мера1

ss69100


К чему стадам дары свободы...

Восстановление смыслов


Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Прокомментированный доклад Изборскому клубу
мера1
ss69100

ИСЛАМСКАЯ МЕЧТА, ИЛИ ЦИВИЛИЗАЦИОННЫЙ ПРОЕКТ, которого как бы и нет, но в то же время он уже существует.

Глобальный финансово-экономический кризис 2007-2008 гг. – точка перехода к принципиально новому историческому периоду, а может быть, и к новой исторической эре.

Дело даже не в самом этом событии, ведь циклические кризисы в мировой глобальной капиталистической экономике вполне закономерны.

Необычное в том, что сам этот первый в новом столетии и новом тысячелетии глобальный кризис был достаточно успешно спрогнозирован и смоделирован ещё за несколько лет до того, как он собственно проявился.

Но, во-первых, никто его не смог предотвратить.

А во-вторых, прошло уже десять лет, но многие профессионалы считают, что этот кризис до сих пор не преодолен, он весьма удивительным образом развивается, и на самом деле мрак глобальной исторической неопределённости только разрастается.

Тектонические, непредсказуемые социально-экономические, культурно-политические и геополитические сдвиги уже начались на планете Земля и будут продолжаться на протяжении как минимум пятидесяти-шестидесяти лет, в результате которых сформируется совершенно новая и необычная реальность.


Этот наступающий период станет временем совершенно радикальных трансформаций практически во всех сферах: технологической, экономической, социальной, культурной, геополитической и т.д.

Всё более ожесточённые, кровавые конфликты и войны будут сотрясать континенты. Вероятность глобальной и страшной конфронтации с каждым годом будет становиться всё более явственной не только для специалистов, но и для сотен миллионов обывателей.

[Насчёт обывателей - спору нет. Но лишь потому, что такие, Карл, специалисты.

Вероятность „глобальной и страшной конфронтации” с каждым годом... уменьшается. Просто автору, к сожалению, неведомо понятие „глобального управления”. Впрочем, для изборцев - это типично.

Поясняем. Для этого поставим себя на место глобальных управителей.

Современные войны слишком ресурснозатратны. Хотя безвозвратную потерю некоторых металлов можно было бы пережить, рассчитывая на новые, с малым потреблением энергии технологии по трансмутации элементов Периодической таблицы Менделеева.

Главное в другом. Поражающая сила современного оружия такова, что от мировой ядерной войны необратимо пострадает биосфера. А это уже серьёзная невосполнимая угроза для жизни потомков глобалистов. Поэтому они делают всё возможное, чтобы подобной войны не было.

Понятно и другое: всё возможное - не означает всё. Какая-нибудь мерзость вроде Клинтон подобную войну развязать пытается всеми способами. Но и на это есть ответ. И мы все этот ответ знаем. Видим по Сирии. Ответ - это Россия. Сильная и справедливая Россия. И хотя до справедливости нам пока ещё далековато, однако, как известно, не боги горшки обжигают - добьёмся и этого. - Прим. ss69100.]

Возможно, это странное, постоянно дрожащее время будет каким-то манером напоминать тусклый переход от погрязшей в роскоши и в чувственных извращениях одряхлевшей Римской цивилизации к сумрачной, жестокой и аскетической религиозности Средневековья… Но в любом случае уже во второй половине нынешнего столетия человечество окажется совершенно иным.

Если сформулировать сухо и без патетики, то речь идёт о грандиозном переходе к совершенно иной цивилизации. К какой – на самом деле никто по-настоящему и не знает… Но очень многие искренне убеждены, что им-то всё известно. Помните старый анекдот? По улицам Древнего Рима идёт демонстрация рабов. Впереди несут огромный транспарант: «Да здравствует феодализм – светлое будущее человечества!».

Формально именно кризис 2007-2008 годов стал зримым началом заката западного проекта – единственной в истории человечества цивилизации безусловного господства материального над религиозным. Хотя признаки надвигающейся системной катастрофы копились с начала прошлого века. (Ещё в 1918 году впервые был опубликован «Закат Европы» Освальда Шпенглера.) В любом случае Запад, как единственная безраздельно доминирующая ныне цивилизационная модель в мире, судя по всему, уже перешёл точку невозврата.

Во-первых, по причине постепенного исчерпания невозобновляемых природных ресурсов (включая широкомасштабное и непрерывное ухудшение состояния воды и воздуха во всём мире), необходимых для воспроизводства социально-экономической модели массового производства и массового потребления, на которой и зиждется социум и социально-экономическая модель современного Запада.

Де-факто планета Земля сегодня просто не способна обеспечивать такое воспроизводство: требуется уже 1,7 планеты, чтобы удовлетворить потребности в продовольствии и других биологических ресурсах.

Иначе говоря, Запад продолжает существовать за счёт прямого грабежа земной биосферы. И это притом, что почти треть, точнее 31%, пищи в мире выбрасывается на свалки.

Именно Запад стал главным фактором непрерывной деградации земной биосферы.

Например, с 2011 года загрязнённость мирового океана достигла такого уровня, что природные механизмы самоочищения уже не успевают восстанавливать его природное здоровье. Западная цивилизация превратила миллиарды людей в беспощадных, прожорливых, безумных паразитов, яростно уничтожающих планету Земля.

Во-вторых, переход в шестой технологический уклад, появление принципиально новых инновационных технологий постепенно формируют необычную, парадоксальную ситуацию, когда вроде бы устоявшиеся, привычные социально-психологические, социально-культурные, политико-экономические механизмы выживания, воспроизводства и развития общественной жизни просто перестают работать.

Например, в связи с расширением промышленной роботизации неожиданно появилась и стала резко обостряться проблема «избыточного, ненужного населения» в самых развитых западных странах.

Или вдруг внезапно оказывается, что традиционные механизмы социальной солидарности и взаимопомощи, базовые моральные принципы, регулировавшие сотни лет социальную жизнь, совершенно не нужны в наступающем историческом периоде.

[Неточность. Эти механизмы Запад ломает, но они нужны. И будут снова востребованы в любом незападном нормальном укладе, который будет. Ибо человеческое общество без солидарности, без высокого уровня нравственности выжить не сможет. Биосфера не позволит. - Прим. ss69100.]

Для внедрения же принципиально новых социальных моделей (даже если предположить, что таковые уже существуют, что весьма сомнительно) необходимы либо большой отрезок исторического времени, либо большая война.

В-третьих, классический протестантский капитализм (основа западной цивилизации) вот уже лет тридцать или сорок как исчерпал свой внутренний адаптационный к внешним изменениям потенциал, свою способность к опережающей рефлексивной самотрансформации.

Сегодняшним сверхсложным глобальным социально-экономическим механизмом практически уже невозможно более или менее рационально управлять.

[Обществом, где практикуется ростовщичество - источник кризисов - действительно далее управлять сложно. Однако экономика без ссудного процента в условиях нынешней компьютерной развитости не только возможна, но и жизненно необходима. - Прим. ss69100.]

Возможно, в последний раз в истории такая системная самотрансформация западной цивилизации началась в тридцатые годы ХХ века при Франклине Рузвельте. Правда, и при Р. Рейгане была продекларирована необходимость глубоких изменений, которые, однако, оказались даже в среднесрочной перспективе настолько неадекватными, что практически сразу же привели к тяжелейшему обострению системных противоречий внутри высшего американского истеблишмента в 2000-2001 гг.

В-четвёртых, в последние пятнадцать-двадцать лет происходит стремительный рост межгосударственных и внутринациональных системных противоречий практически везде в рамках глобальной цивилизации (в США, ЕС, России, Китае) на фоне резкого обострения глобальных кризисных трендов.

[Противоречия между государствами не системные, а надуманные. Они - результат действий национальных элит западных стран, в основном - американских. И методы известны: либо цветные революции, либо демократические бомбардировки, либо односторонние экономические санкции.

Схожая ситуация и с т.н. внутринациональными противоречиями. Опять-таки - ничего системного, а в подавляющем большинстве случаев - это результат действия внутри стран разлагающих их западных НГО. - Прим. ss69100.]

В-пятых, глубинный моральный кризис науки окончательно превратился в драматический фактор деградации западной цивилизации.

Современная наука для материалистического Запада, ставшая своего рода базовым религиозным институтом, оказывает сегодня решающее и безальтернативное воздействие на мировосприятие и сознание социума и элит. Потеряв практически всю свою общественную независимость, отказавшись от важнейших моральных идеалов и реальной социальной ответственности, рационалистическая наука превратилась в важнейший компонент и стимулятор бесконечного материального воспроизводства.

В-шестых, всё более неразрешимой становится демографическая ситуация на Западе. В последние десятилетия резко ускорилось старение населения в основных западных странах одновременно со снижением рождаемости и роста абортов.

Навязываемый гипертрофированный индивидуализм, а отнюдь не экономические факторы, приводит к тому, что, например, уже сорок процентов немок вообще не собираются заводить детей. И в странах ОЭСР это стало уже устойчивым социальным трендом.

Одновременно однополые семьи гомосексуалистов и лесбиянок, которые всё более и более поднимаются на щит, в принципе не могут иметь детей. Собственно, хотя бы по этому параметру нынешний Запад представляет собой пример суицидальной цивилизации.

В-седьмых, для всё более атомизирующегося западного социума за последние тридцать лет одной из наиболее характерных черт становится либо резкое снижение значимости, либо прямой распад социально консолидирующих идеологий и идеологических моделей.

А после окончания холодной войны, после продекларированного «конца истории» исчезло последнее представление о некоем «общем деле», которое более или менее эффективно объединяло социум западной цивилизации.

И постепенно на первый план выступает действительно трагическая, в историческом контексте, проблема западной материалистической цивилизации – проблема смысла жизни, как коллективной, так и личностной.

Во имя чего существуют личность и социальные общности в этой цивилизации? Чтобы постоянно покупать появляющиеся на рынке всё новые и всё такие же бесполезные товары? (А ведь ещё Сократ предупреждал: «Как много на свете вещей, которые мне не нужны!»)

Или для появления на банковском счете новых цифр и новых нулей? А может, для роста знания всего человечества? А что даёт это «знание» в конечном счёте? Ведь один из неартикулируемых ныне выводов квантовой механики как раз и заключается в том, что всё более масштабная аккумуляция дискретной, даже квантифицированной информации обратно пропорциональна уровню понимания усложняющейся реальности.

II.

Всё более явственная немощь западной цивилизации подсвечивается и начавшейся конкуренцией новых цивилизационных проектов.

Пекин уже сформулировал и презентовал свою стратегическую «китайскую мечту», выдвинув собственный китайский проект для всего мира. Скандальное избрание Трампа резко обострило продолжающуюся почти два десятилетия конфронтацию в американском социуме и высшем американском истеблишменте, в том числе и по поводу судьбы «американской мечты» в XXI веке.

Растущее противостояние и обостряющиеся конфликты всё больше сопровождают дискуссии по поводу европейского цивилизационного проекта. Растёт число политических и политико-интеллектуальных групп в России, которые продуцируют идеи и концепции, касающиеся «русского проекта».

Однако во всех этих попытках присутствует несколько принципиальных моментов, которые сдерживают возможный оптимизм.

Во-первых, даже Китай с его «социалистической идеологией» и всё более враждебная Западу Россия [Да ну?! А может это Запад, который становится всё более враждебным России? Это Россия внедрила на территории США тысячи НГО, разлагающих страну? Россия обвиняет Запад в хакерских атаках?

Надо бы поточнее выражаться.  - Прим. ss69100.]
на самом деле являются неотъемлемыми компонентами нынешней глобальной цивилизации, западной по своему происхождению.

КНР встроена в эту цивилизационную иерархию как «мировая мастерская», а Россия – как один из мировых поставщиков энергоресурсов. Противоречия между Соединёнными Штатами, с одной стороны, и Россией и Китаем, с другой, — это противоречия внутри одного и того же цивилизационного ареала, проявление борьбы за новый баланс сил внутри одной и той же западной модели.


[Слишком обобщённо. И Китай, и Россия и США, несмотря на некоторые общие элементы капитализма, по сути - разные цивилизации. А тонкое капиталистическое наслоение как на Китай, так и на Россию глубинной цивилизационной сути этих стран даже в среднесрочном плане не меняет. - Прим. ss69100.]

Во-вторых, западная цивилизация предельно материалистична, и именно этот многообразный и многосторонний материализм является базой и одновременно критерием её развития. С этой точки зрения ни нынешний китайский социум, ни российское общество не уступают тем же США в соответствующих материалистических стремлениях и настроениях.

В-третьих, ни в России, ни в Китае, ни в США, ни в Европе нет ответа на ключевой вопрос: «А что дальше — после капитализма?» Нет, футурологические представления и сценарии существуют, достаточно много и разных аналитических разработок. Однако отсутствует самое главное – нет теории или доктрины именно как основы нового цивилизационного проекта.

[В России есть: Концепция Общественной Безопасности. - Прим. ss69100.]

Великая Октябрьская революция как раз примечательна тем, что дала уникальный шанс реализоваться альтернативной капитализму исторической теории, на основе которой и была предпринята попытка осуществить «красный проект». Сейчас нет и таких условий, и такой принципиально новой теории.

Что же касается предельно многоукладного, полинационального Исламского мира, то здесь положение ещё более сложное и противоречивое.

Большая часть т.н. мусульманских правящих классов, элит и кланов также практически полностью встроена в западную цивилизационную модель.

Но одновременно с этим присутствуют целые ареалы социально-экономической жизни со своими многочисленными социальными группами в мусульманских странах, которые самодостаточны, минимально связаны с глобальной системой разделения труда, а иногда даже – сознательно или несознательно — изолированы от глобального экономического механизма.


При этом для многих мусульманских социальных групп формы и направления развивающейся деградации Запада уже являются свидетельством приближения Судного дня.

Никакого собственного цивилизационного проекта у Исламского мира нет, нет и соответствующего целостного политико-интеллектуального образа или системы интеллектуальных представлений. Прежде всего потому, что отсутствует консолидированная политико-интеллектуальная элита, которая могла бы стать ответственным субъектом такого потенциального проекта.

Тем не менее в мусульманском геополитическом пространстве циркулируют несколько протоцивилизационных проектов.

В недрах современной турецкой элиты, формированию которой существенно поспособствовал президент Реджеп Эрдоган, активно прорабатывается целый комплекс идей и предложений по возрождению «великого Оттоманского государства», тюркского геополитического пространства.

Речь идёт в настоящее время скорее о создании некоей интеллектуально-идеологической конструкции на базе универсального ислама, идей пантюркизма и турецкого национализма, что в перспективе может стать интеграционным полем для многих исламских стран и сообществ. Поскольку Турция уже давно максимально интегрирована в глобальный западный экономический механизм, то в лучшем случае речь идет о формировании новой модели турецкого государства, о превращении Турции в полноценную региональную супердержаву.

В какой-то степени похожий проект развивается и в Тегеране. Нельзя забывать, что великая исламская революция 1978-1979 гг. в Иране развивалась в том числе и под лозунгом консолидации «обездоленной глобальной мусульманской уммы». Однако в настоящее время достижение глобальных целей Тегерана объективно подчинено задачам закрепления геополитических и геоэкономических изменений в региональном балансе сил.

В любом случае ни иранская, ни турецкая национальные стратегии не могут реально претендовать даже в отдалённой перспективе на статус общеисламского цивилизационного проекта. И одна из причин этого – удивительное разнообразие Исламского мира, который в той или иной форме присутствует практически в каждой стране на нашей планете.

При всём этом разнообразии есть четыре фактора, которые действительно объединяют глобальную умму – божественное Откровение, зафиксированное в Священном коране, общие универсальные религиозные ценности и нормы, историческая память о великом исламском прошлом и растущий почти повсеместно уровень живой религиозности.

III.

В современной парадоксальной диалектической реальности этот, казалось бы, совершенно аморфный Исламский мир гораздо ближе к выработке и реализации собственного цивилизационного проекта, чем другие мировые центры.

Практически во всех геополитических точках Исламского мира начиная с острова Ява, где проживают почти десять процентов всех мусульман мира, и вплоть до джунглей Нигерии, во всех джамаатах Европы, США и Латинской Америки, идёт зачастую невидимое посторонним взглядам бурное, ожесточённое духовное сражение, доходящее до прямой политической конфронтации по поводу будущего уммы, связи этого будущего с настоящим и прошлым.

Но если в других местах нашей планеты дискуссии о предпосылках, сценариях и перспективах новых цивилизаций происходят в комфортных кабинетах и уютных дискуссионных залах, то в Исламском мире они разворачиваются в мечетях, на улицах, в подполье, тюрьмах и концентрационных лагерях, на полях кровавых сражений.

Принципиально важно то, что в эту, всё более разгорающуюся борьбу за общее цивилизационное будущее вовлечены не десятки и сотни высоколобых интеллектуалов, а сотни тысяч и миллионы представителей самых различных классов и социальных групп.

Во многих точках Исламского мира вспыхнули и уже проявились особые социально-духовные тигели, где происходят магические мутации, в результате которых и формируется необходимая критическая масса пассионариев, способных стать двигателями и лидерами грядущей исламской цивилизации.

Почему начавшийся глобальный переходный период наиболее радикально, бескомпромиссно, в кровавых тенях и полутенях выразился и проявляется, прежде всего, в мусульманской ойкумене? Случайна ли усиливающаяся волна социально-политических кризисов, катастрофических изменений, кровопролитных войн, начавшихся распадов государств и социумов именно в Исламском мире?

Ответ верующего человека может быть только один: ничего и никогда случайного не бывает, во всём проявляется промысл Божий.

И приписывать волну т.н. «цветных революций» и самых кардинальных, непредсказуемых социально-политических трансформаций неким суперсекретным стратегиям Вашингтона, Лондона или Москвы означает только лгать и грубо льстить соответствующим властным центрам.

[Весьма спорное утверждение. Или мы отрицаем доказанную и очевидную реальность? - Прим. ss69100.]

С точки зрения марксистской методологии среди сложнейших комбинаций системных противоречий на первое место необходимо ставить именно внутренние объективные противоречия, особо выделяя антагонистические. При этом, конечно, внешние факторы также играют существенную роль, но именно через направленное провоцирование, управляемое рефлексивное стимулирование этих самых внутренних проблем и противоречий.

Начнём с того, что именно Исламский мир является зоной наиболее острого проявления глобального системного кризиса.

Здесь сложнейшим образом переплетены около семидесяти основных, всё более обостряющихся системных противоречий: межукладных, социально-классовых, экономических, идеологических, политико-конфессиональных, геополитических, культурных, межэтнических и т.д. Бескомпромиссность острейшей социально-политической конфронтации внутри Исламского мира по поводу возможного будущего мусульманского цивилизационного проекта определяется как раз особой сложностью всех этих факторов.

Новая стадия глобальной стратегической неопределённости, начавшийся объективный переход в шестой технологический уклад резко усиливают все эти противоречия. А далее оказывается, что безусловное большинство правящих коррумпированных режимов в Исламском мире в принципе оказываются неспособны решать все эти появляющиеся сверхсложные комплексные проблемы. Особенно в контексте сохраняющихся базовых исламских традиций и экспектаций со стороны социума.

В исламе высшей социальной ценностью является справедливость. Пророк Мухаммад говорил: «Не создал Аллах Всевышний на земле вещи лучше, чем справедливость».

Священный Коран постоянно отмечает особое, уникальное значение справедливости в жизни общества: «О вы, которые уверовали! Будьте стойки в справедливости, свидетельствуя пред Аллахом, если даже свидетельство будет против вас самих, против родителей ваших или родственников.

Будет ли тяжущийся богатым или бедным, рассудит его Господь наилучшим образом. Будьте беспристрастны, в противном случае отступите вы от справедливости. Если же вы уклонитесь от справедливости и отвергнете её, то ведь ведает Всевышний о том, что вершите вы». (Коран, 4:135).


Однажды посланника Аллаха спросили, где предпочтительнее жить – в мусульманской стране, где отсутствует справедливость, или в немусульманском государстве, где следуют принципам и нормам справедливости? Пророк Мухаммад ответил: «Выбирайте справедливое государство».

В исламе традиционно правитель может претендовать на звание справедливого только в том случае, если он лично несёт ответственность за то, как живут его подданные, если он не перекладывает эту ответственность на свое окружение, своих чиновников и т.д.

Самым лучшим государственным устройством в исламской истории считается то, которое эффективно в социально-экономическом плане и способно одновременно обеспечить максимальную социальную справедливость для своего населения, несмотря на имущественные, конфессиональные, культурные и иные различия. Именно такое государство стабильно и устойчиво. И исламская историческая память тщательно хранит воспоминания о таких государствах.

Государственный режим, который экономически неэффективен, но придерживается принципов социальной справедливости, будет всё же в течение какого-то времени пользоваться поддержкой общества и оставаться стабильным. Гораздо менее устойчиво то государство, которое отказывается от социальной справедливости ради т.н. экономической эффективности.

Наконец, наихудшие государства и режимы, которые одновременно и нестабильны, и неустойчивы, это те, которые и неэффективны, и несправедливы. Абсолютное большинство политических режимов в Исламском мире к началу XXI века относилось именно к этому четвёртому типу.


Шамиль Султанов


***
Окончание доклада следует.


Источник.


  • 1

Мдяяя... начал за светлое будущее, закончил битиём лбом об пол! ... продолжение не интересно... (((


Согласен. И всё же продолжение стоит посмотреть.

Надо бы советских времен Богословие Ислама про анализировать,как у нас так и мусульманских странах ориетированных в свое время на СССР  .


Наверняка это совсем другое вероучение)

Учение одно,акценты и запятые другие.


  • 1
?

Log in

No account? Create an account