мера1

ss69100


К чему стадам дары свободы...

Восстановление смыслов


Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Ротшильды и Нобели захватывают российскую нефть-2
мера1
ss69100

Ранее, в 1914 г., заручившись поддержкой большинства, компания попыталась захватить в свои руки «Товарищество бр. Нобель» [116].

Разгадав манёвр, Нобели сами стали скупать поглощающие его компании, но, как пишет В. Сеидов, «события октября 1917 года остановили эту лихорадочную гонку» [108].

Однако Дрейфусами дело не ограничилось.

«Помимо Рокфеллера, Ротшильдов и Нобелей в последнее десятилетие XIX века в нефтяную войну включился ещё один клан. Родоначальником этого клана, благодаря которому появилась на свет компания «Шелл», стал бизнесмен англо-еврейского происхождения Маркус Сэмюэл.

Приложив немалый труд, Маркус Сэмюэл наладил тесные связи с шотландскими торговыми домами в Калькутте, Сингапуре, Бангкоке, Маниле, Гонконге и других городах Индостана и Дальнего Востока».

Б. Осбринк «Империя Нобелей. История о знаменитых шведах, бакинской нефти и революции в России»


Итак, на стороне Ротшильдов играло ещё одно семейство, отвечавшее за восточную сбытовую сеть. Маркус Сэмюэл-младший и Сэмюэл Сэмюэл в 1869 г. подключились к отцовскому банку «Samuel» Маркуса, ставшего в 1925 г. лордом Бирстедом, чьи предки прибыли в Лондон в 1750 г. из Голландии и Баварии.

Начало карьеры Сэмюэла положила торговля мидиями, но новый виток в ней наступил после создания с помощью Ротшильдов компании «Shell Transport & Trading Со.» и открытия Суэцкого канала [116; 257; 258], принадлежность которого к Великобритании стала возможна благодаря кредиту в 4 млн. фунтов, предоставленному бароном Лайонелом Ротшильдом из «NM Rothschild & Sons» при содействии Дизраэли [230] и открытие которого случилось именно в 1869 г. В 1882 г. Англия оккупировала Египет, закрепив контроль над каналом [272].

В 1897 г. братья Сэмюэлы основали «Shell Transport», или «British Dutch» [116]. В этот же год в компании обратили внимание на то, что «Standard Oil» потихоньку скупает ценные бумаги общества [274], и у этого, видимо, были свои причины.

Не факт, что известны все условия кредита, выданного на приобретение канала, так как «Standard Oil» неожиданно отказали в разрешении проводить танкеры через Суэц, и вся нефть, впоследствии шедшая на Восток этим путём, стала монопольно принадлежать компании Маркуса Сэмюэла-младшего совместно с домом Ротшильдов [116].

Всего из 69 нефтяных грузов, прошедших через Суэцкий канал к концу 1895 г., лишь четыре принадлежали конкурентам Маркуса [274]. С 1891 г. контора «Russell & Amholz» через парламент и прямое обращение к министру иностранных дел лорду Солсбери лоббировала выдачу разрешения на проход через Суэц для других неназванных клиентов, которыми, по общему мнению, являлись Рокфеллеры, но им опять отказали.

В 1901 г. Рокфеллеры предложили уже лично Маркусу Сэмюэлу 13 млн. долларов и директорский пост в «Standard Oil», а также покупку у него флотилии за 40 млн. долларов, но снова получили ожидаемый отказ [116; 274] в доступе к «ключу» от восточных ворот.

Восточная Азия окончательно стала вотчиной братьев Сэмюэлов. Сэм десять лет прожил в Японии, являясь организатором поставок оружия обеим сторонам в китайско-японской войне 1894–1895 гг. и послевоенного правительственного займа Японии со стороны лондонского Сити размером 4,5 млн. фунтов. Заём предусматривал создание железнодорожной инфраструктуры в префектурах Иокогама и Осака, что в целом ложилось в общую экспансионистскую политику Ротшильдов, инвестировавших в железнодорожные коммуникации по всему миру.

«Во всём, что относится к искусству механики, англичане долго играли руководящую роль. Они были главными поставщиками угля и развили огромную железную и стальную промышленность.

Они были первыми в признании необходимости строить железные дороги, они доставили значительную долю капиталов для прокладки рельсовых путей по всему материку Америки, в Азии, Африке и других странах. В качестве морской державы они, естественно, стремились монополизировать морские перевозки и постройку торговых судов для всяких целей и для всех хозяев.

По всему миру английские товары перевозились на английских грузовых судах и английскими товарными поездами, распространяя английское влияние и собирая для англичан барыши далеко за пределами досягаемости пушек вездесущего английского военного флота».

В. Ньюбольд «Как Европа вооружалась к войне (1871–1914)»

На Востоке фирма «Samuel Samuel & Со.» поначалу являлась дистрибьюторами рокфеллеровского керосина марки «Devoes». Он продавался в синих канистрах, которые местные жители использовали как черепицу.

Однако племянники братьев Марк и Джо Абрахамс создали дистрибьюторскую сеть с собственными резервуарами, распространяя керосин «Shell» в новых, красных, канистрах. О том, как менялась доля рынка, можно было судить по меняющемуся цвету крыш домов, которые, как и азиатский керосиновый рынок, становились в прямом смысле «Rothschild», чему как раз способствовало закрытие Суэца и финансовый контроль над строительством Транссибирской магистрали.

Ответ не замедлил себя ждать: в 1899 г. началось восстание ихэтуаней, которые под националистические лозунги разгромили резервуары «Shell», расположенные в Кантоне, Ханчжоу, Тяньцзине и Шанхае [274].

Но на азиатском театре у Сэмюэлов были не только враги. Маркус Сэмюэл дружил с Джином Кесслером [274], главой голландской компании «Koninklijke Nederlandsche Maatschappij tot Exploitatie van Petroleumbronnen in Nederlandsch-Indie» («Королевское общество по эксплуатации нефтяных месторождений в Нидерландской Индии»), впоследствии ставшего «Royal Dutch» [257].

В конце 1890-х гг. компания вела обширную исследовательскую деятельность по поиску нефти на Суматре, но в декабре 1900 г. Кесслер умер от сердечного приступа и в течение суток его заменил [274] Хендрик Огаст Вильгельм, вошедший в историю бизнеса как Генри Детерлинг и с юных лет работавший в «Dutch Twentsche Bank» в Амстердаме [257].

В 1903 г. в Шанхае по предложению Детердинга была реализована идея его предшественника на посту главы «Royal Dutch» и компания объединилась с «Shell» в качестве совместного предприятия с Ротшильдами, названного «Asiatic Petroleum Со.» [233; 274].

Окончательно союз был оформлен в январе 1907 г. В альянсе «Royal Dutch Shell» одна голова находилась в Лондоне, другая в Гааге: 40 % принадлежало «Shell Trading & Transport» [274], а 60 % — «Royal Dutch Petroleum» [116; 232].

Несмотря на то, что Маркус Сэмюэл занимал должность председателя, а Детердинг — исполнительного директора, основные решения принимал именно последний, лоббируя интересы парижского Ротшильда. Примечательно, что секретарём компании станет служащий по имени Дж. Кеннеди [274].

О политике Детердинга А. Костон писал: «Связав свою судьбу с судьбой Сити, успешно сопротивляется яростным атакам своего американского конкурента» [257]. Описывая политику «Royal Dutch Shell», исследователи Я. Кумминс и Дж. Бизант отмечают: «Маркетинговая стратегия заключалась в том, чтобы максимально приблизить производство к клиентам и создать бизнес в Европе, Южной Америке, Вест-Индии и Южной Африке».

В Европе Маркус Сэмюэл вложил 90 тыс. фунтов в приобретение у «Deutsche Bank» немецкой компании «Gehlig-Wachenheim», поставщика российского керосина. В будущем она станет компанией «PPAG», которая совладела компанией «Steaua Romana» и приобретёнными Детердингом новыми нефтяными месторождениями в Румынии, что, вне сомнения, угрожало позициям «Standard Oil» [274], которых постепенно выталкивали еще и из Европы.

Несмотря на предложение, «Royal Dutch Shell» не просто отказалась от слияния со «Standard Oil», но и бросила вызов её монополии в самих США, приступив к бурению скважин в Калифорнии [116].

Компания «Shell of California» после пяти лет поисков, на которые ушло 3 млн. долл., наконец открыла месторождение в Аламитосе. На пике добычи «Shell» имела не менее 270 скважин ставшего самым производительным в мире месторождения на Сигнал-хилле, откуда ежедневно извлекали 6 тыс. баррелей сырья высочайшего качества [274].

Теперь 43 % своей продукции «Royal Dutch Shell» извлекает из почвы США, спонсируя в противовес «Standard Oil» Демократическую партию и настраивая Конгресс и общественное мнение в прессе против треста Рокфеллера [257].

В 1909 г., после череды восстаний и революций, во главе Венесуэлы на четверть века оказался Хуан Висенте Гомес, ставший благодаря «Shell» самым богатым человеком не только своей страны, но и всей Южной Америки.

При этом «забота» о населении у приведённого к власти диктатора выразилась в отказе от обычной на тот момент системы образования, потому что «необразованные люди, несомненно, более счастливы». В 1913 г. компания «Shell» вышла на рынок Южной Америки, благодаря геологу Ральфу Арнольду получив богатейшие месторождения Венесуэлы [274].

Чтобы проникнуть на рынок, компании нужно было взломать систему. Важно признание, сделанное командующим корпусом морской пехоты США генерал-майором Смедли Батлером:

«В 1914 году я помогалобезопасить” Мексику, и особенно Тампико, для американских нефтяных компаний. Я помогал превратить Гаити и Кубу в “подходящее местодля накопления прибылей банком “Нэйшнл сити бэнк ”. Я помогал грабить полдюжины республик Центральной Америки для Уолл-стрита…

В Китае в 1927 году я помогал присматривать за тем, чтобы “Стандард ойл” могла беспрепятственно делать свое дело»
[379]. В 1921 г. делегация Рокфеллера снова столкнулась с Джеймсом Ротшильдом прямо в приёмной диктатора [346].

В Мексике Детердинг выкупил общество «Мексиканский орёл» с огромными нефтяными концессиями и своим флотом, лишив Рокфеллеров рынка сбыта. Противостояние в Центральной Америке дало старт целой череде новых революций и переворотов, за которыми стоял передел нефтяных концессий.

Вновь «Shell» появилась в Мексике уже позже, открыв компанию «La Corona» [257; 274], а революции продолжили сопровождать противостояние компаний уже на Востоке.

В 1903 г. Нобели провели переговоры с представителями конкурирующего «Standard Oil» в Берлине, а сразу вслед за этим — с Эдмоном Ротшильдом в Париже.

По возвращении, готовясь к слиянию со «Standard Oil», они провели ревизию собственных нефтяных активов для расчёта курса акций, установив, что акции недооценены на 8-10 %. Хотя новую цену представитель «Standard Oil» в Лондоне Джеймс Макдональд назвал слишком высокой, слияние Нобелей и Рокфеллеров не состоялась и по другой причине.

По странному стечению обстоятельств в Баку началась стачка, в результате которой у Нобелей сожгли 36 буровых вышек и разорили контору. Масло в огонь подлило противостояние на национальной почве, при котором погрому подверглись армянские предприятия [116].

Вне сомнения, у забастовок были серьёзные предпосылки. По свидетельству английского инженера Артура Биби-Томпсона, работавшего в бакинской нефтяной промышленности, смертность среди нефтяников была сравнима лишь со смертностью на золотых приисках в Африке [264]. Однако восстание произошло именно на предприятиях Нобелей.

Управляющий Вильгельм Хагелин был удивлён требованиями рабочих, потому как по сравнению с другими компаниями рабочий день у них был короче и кроме того они получали ежегодный процент от прибыли. Тем не менее, в Балаханах, где горело 300 нефтяных вышек, и Баби-Эйбате по всему городу виднелись сожжённые дома и окровавленные трупы.

Волнения начались и в Батуми, организованные местными социалистами, среди которых был Иосиф Сталин. С 1901 г. он состоял в Тифлисском комитете РСДРП, в 1907 г. принимал участие в съезде социал-демократической партии в Лондоне, а по возвращении был избран членом бакинского большевистского комитета.

На менеджмент «Товарищества бр. Нобель» постоянно совершались покушения, а в 1906 г. в беспорядках погиб батумский управляющий Хагер [116]. В 1927 г. В. Маяковский напишет:

«Если держим наготове помпы на случай фабричных поджогов и пожаров и если целит револьверы и бомбы в нас половина земного шара — это в секреты, в дела и в бумаги носище суёт английский агент, контрразведчик ему титул, его деньгой англичанка мутит» [248].

Насколько справедливыми эти строки могли бы быть и для предреволюционного времени? Дело в том, что инициатором стачки был заместитель директора Биби-Эйбатской ТЭС в Баку Л. Красин, под руководством которого печаталась и распространялась через сбытовую сеть «Товарищества бр. Нобель» газета «Искра»; он же руководил подготовкой террористических актов, а впоследствии — боевой террористической группой при ЦК [116; 234; 235].

После революционных событий Красин станет представителем СССР в Лондоне, а во время этих событий, в 1919 г., управляющий делами Нобелей Артур Лесснер будет задаваться вопросом: «Отношения с рабочими портились — прежде всего благодаря странной тактике англичан, всегда выступавших против работодателей. Они что, хотели так привлечь рабочих на свою сторону?»[116].

Корни «странной тактики англичан» было бы правильнее исследовать с момента подавления луддитского движения. За прошедшие после него сто лет английский истеблишмент, вероятно, осмыслил не только как подавлять рабочие движения, но и как управлять ими, эксплуатируя протестные настроения общества [117], чем и занимался в Баку и Батуми в начале XX века:

«Существует банда “сестёр”, возглавляемая двумя гигантами, “Shell” и “Exxon” (бывшая “Standard Оil”)… История их конкурентной борьбы в масштабе всего мира долгое время была неразрывно связана с историей всего общества, финансируя целые нации, разжигая и поддерживая войны…

Нередко они были похожи на частные правительства, в пользу которых некоторые западные страны преднамеренно отказались от своих дипломатических функций и международных интересов… они представляли намного больше, чем только самих себя; они были центральной частью целой экономической системы Запада» (цит. по: [274]).

A. Sampson «The Seven Sisters»

Женевский Центр исследований предпринимательства и общества в 1995 г. писал: «После пика 1901 года добыча нефти в Баку начинает падать… Революционное движение начала века, одним из главных очагов которого был Бакинский район и Батуми, где начинал свою деятельность Сталин, было одной из причин сокращения добычи нефти» [117].

В сложившейся ситуации вопрос объединения в «Standard Oil» отложили до 1920 г. Конец братству Нобель предрекали и ранее, ещё после смерти в 1896 г. двоих представителей семьи — Роберта и Альфреда, но революционные волнения и падение конъюнктуры, приведшие к снижению доли России в мировой добыче в период с 1904 по 1913 г. с 31 до 9 %, нанесли «Товариществу бр. Нобель» такой ущерб, что потребовалось девять лет работы, чтобы снова достичь уровня 1904 г. [116].

Конкурентное противостояние вышло на уровень, недоступный Нобелям. За два месяца до начала Первой мировой войны Уинстон Черчилль писал: «Посмотрите, сколько в мире областей, богатых нефтью! И всего две гигантские корпорации — по одной в каждом полушарии — контролируют это пространство» [274]. Они-то и станут основными участниками передела.

В то же время благодаря сделке Ротшильдов «Shell» стала самым крупным иностранным игроком, владеющим пятой частью всей нефти на российском рынке [274]. В 1912 г. банкиры переуступили «Royal Dutch Shell» участие в трёх основных нефтяных компаниях, оценённое в 35 млн. рублей, в обмен на 20 % долю в компании, возглавляемой Г. Детердингом [108; 112].

Получив также банковские активы «Shell» в Париже, они сконцентрировались на привычном банковском бизнесе [ИЗ]. В источниках количественный показатель инвестиций Детердинга в бакинские промыслы приводится в размере 20 млн. долл., вложенных до 1917 г. [246].

Видимо, речь идёт о средствах, вложенных помимо покупки, стоимость которой В. Осбринк оценивает в сумму, равную 27,5 млн. руб., отмечая, что «так банкирский дом Ротшильдов избежал потерь, связанных с войной и русской революцией» [116]. Новая форма союза была более устойчива, чем картельное соглашение с Нобелями, которым, по выражению Виктора Ротшильда, теперь пришлось вести «распродажу погорелого после большевистской революции добра» [107].

Представитель Нобелей в 1919 г. безрезультатно провёл переговоры с Детердингом о слиянии, после чего переключил внимание на сделку со «Standard Oil of New Jersey» [116].

Возможно, неудача переговоров с «Shell» кроется в том, что секретная англофранцузская конвенция, подписанная 23 декабря 1917 г. в Париже, поделила Россию на «зоны действия», по которой Кавказ и так становился такой зоной для англичан [239]. Но и американская сторона не спала.

В 1917 г. репортёр «The New World» Лев Троцкий для проживания в Байонне и Нью-Джерси использовал предоставленную ему недвижимость «Standard Oil». «Вскоре, — писал о Троцком его коллега Уильям Стилл (William Still) — «он поймёт, как могущественны банкиры Уолл-стрит, желающие финансировать революцию в России»[288].

Упомянутый Ландау, кстати, станет стипендиатом Рокфеллеровского фонда и в конце 20-х годов будет открыто декларировать приверженность идеям Троцкого [333]. Революция в России не дала ей возможность участвовать в послевоенном переделе мира, а на этом фронте баталии только разворачивались.

В аналитической записке, составленной для главы политической разведки Стюарта Кэмпбелла её сотрудником Гербертом Уэллсом, последний вообще не включил Россию начала XX века в число субъектов мирового передела, старт которому дала Первая мировая:

«Только пять или шесть великих держав обладают экономическими ресурсами, необходимыми при современных условиях ведения войны,это Соединенные Штаты Америки, Англия, Франция, Германия, Япония и, быть может, Австро-Венгрия».

При этом зоной ответственности писателя-фантаста была именно Германия, о судьбах которой он писал: «Относительно будущего немецких колоний я имею твёрдый взгляд, а именно, что эти колонии никогда больше не должны подпасть под контроль Германии в военных и военно-морских целях».

Далее Уэллс предлагал: «Допущение Германии в Союз само по себе уже исключало бы враждебную монополизацию сырьевых продуктов. Наши условия мира могли бы поэтому выставляться как условия, на которых Германия может быть приглашена участвовать в “Союзе наций”» [100].

Кстати, по условиям Лиги Наций любому принятому в это мировое сообщество государству предоставлялось равенство в эксплуатации недр Ближнего Востока [260].



Д.Ю. Перетолчин


***

Источник и ссылки.


Предыдущая часть здесь.



?

Log in

No account? Create an account