October 13th, 2013

мера1

„Свобода, равенство, братство” - что скрывается за либеральной триадой?

Понять, что же такое на самом деле представляет из себя либерализм очень непросто. Вся проблема заключается в том, что он прикрывается очень привлекательными на первый взгляд лозунгами. Но если хорошо подумать, то оказывается, что этот самый пресловутый либерализм является орудием страшной силы, направленной на уничтожение России.

Либерализм апеллирует к так называемым общечеловеческим ценностям. Но существуют ли эти общечеловеческие ценности вообще? Существуют ли такие идеальные представления, которые безоговорочно разделяет все население планеты. На самом деле - это великая абстракция, уводящая человека в мир иллюзий и ослабляющая его иммунитет к окружающим опасностям. Поэтому то идея общечеловеческих ценностей с восторгом воспринята именно той частью нашей российской интеллигенции, которая склонна к чересчур идеализированным представлениям об окружающем мире.

Я утверждаю, что в современной жизни, к сожалению, большинство преследует только свои индивидуальные цели и исповедует частные идеалы. Более того, нет единства в миропонимании различных социальных групп, народностей, наций. Если для человека коммунистического воспитания идеалами могут быть: «мир, труд, май». То для последовательного монархиста - «вера, император, отечество». А для какого-нибудь папуаса с далеких островов: «охота, женщина, человеческое мясо». У олигарха - «деньги, деньги, деньги», у политика - «власть, деньги, власть…».

Поэтому апелляция к ценностям абстрактным, которые противопоставлены ценностям национальным, присущим именно нашему народу, и попытка реализовать эти абстрактные идеалы в жизни - есть разрушение вековых устоев любого национального государства, разрушение патриотизма, разрушение государственности со всеми вытекающими последствиями.


Рассмотрим следующую либеральную абстракцию: «свобода, равенство, братство». Возможна ли в реальной жизни реализация этих категорий? Нет, конечно!

Collapse )
мера1

Притча о толерантности или О правах гельминтов и глист-парадах


Собрались как-то в кишечнике одного человека глисты на политический симпозиум.

Сперва выступила аскарида. Она поведала высокому собранию, что прогресс не повернуть вспять, а потому прошли те темные времена, когда с глистами жестоко и бесчеловечно боролись. И нужно де решительно и окончательно покончить с дискриминацией глистов в организме. Ибо глобализационные процессы требуют развития толерантности.

Описторхи восторженно аплодировали и скандировали равенство в правах с клеткам печени.

Затем слово взял широкий лентец. Он сделал доклад об истории вопроса. Дескать, было раньше золотое время, когда про глистов никто и не знал, не то, чтобы с ними бороться. Но потом наступило смутное и темное время, когда глистов нашли и стали вероломно травить и выводить. Однако развитие не стоит на месте. И теперь никто не смеет поставить под сомнение равноправие глистов на питание и свободу их самоопределения в организме. Угнетать глистов медпрепаратами и прочим мракобесием никому не позволено. И что нужно всеми мерами искоренять глистофобию. Так как глисты равны всем органам человека. И что негоже стоять на пути прогресса.

Блок микроскопических паразитов внес предложение объявить иммунную систему шовинистической, а человеческие организмы, не имеющие глистов - отсталыми и не прогрессивными. Предложение было единодушно поддержано высоким собранием.

Печеночный сосальщик в блоке с описторхами выступил за то, чтобы выделить глистам квоту на кровоснабжение в соответствии с их потребностью. И приравнять в правах к головному мозгу.

Collapse )

мера1

Д. Рид - „Спор о Сионе”, Гл.34 „Конец лорда Нортклиффа” (в сокр.)

Предыдущая глава здесь.
В течение трёх лет после мировой конференции 1919 года приходилось находить поводы, чтобы продолжать держать британскую армию в Палестине, якобы для выполнения почётной миссии, фактически же для прикрытия дела, носившего характер геноцида. Эта весьма нелёгкая проблема была успешно разрешена.

Официальные документы раскрывают внушительную картину тайных манипуляций правительств великих держав с весьма гнусными целями: метод оказания «непреодолимого давления на международную политику» непрестанно совершенствовался на практике.

После того, как Версальская конференция утвердила сионистские претензии на Палестину (списав тем самым со счёта эмансипированных западных евреев, от имени которых пытался возражать Сильвен Леви), следующим шагом было расчленение Турецкой империи странами‑победительницами на конференции в Сан Ремо в 1920 году. Эта конференция использовала хитроумный трюк, придуманный Вейцманом ещё в 1915 году, предоставив Великобритании «мандат» на управление Палестиной. Протесты против этого предприятия заявлялись с самого начала и становились всё громче, поскольку его истинный характер становился всё более явным, но Бальфур заверил Вейцмана, что эти протесты «считаются не имеющими значения и разумеется не повлияют на уже окончательно принятые политические решения».

Здесь перед нами снова одно из тех загадочных заявлений, столь часто повторявшихся впоследствии, что в одном только данном вопросе политика не должна быть, не может быть и никогда не будет изменена, причём национальные интересы, честь страны и все прочие соображения объявлялись не имеющими значения. Нам неизвестен ни один другой случай в истории, когда бы возможно было установить незыблемый принцип высшей государственной политики без учёта собственных национальных интересов и консультации общественного мнения в какой‑либо стадии данного вопроса.

Ллойд Джордж был в Сан Ремо главным образом обеспокоен, как бы «мороз» мирного времени не хватил раньше срока, поставив под угрозу достижение поставленных тайных целей, сказав Вейцману: «Вам нельзя терять времени. Сегодня весь мир – как Балтийское море накануне замерзания . Пока ещё оно в движении, но как только оно замёрзнет, Вам придётся биться головой об лёд в ожидании второй оттепели».
Collapse )