November 7th, 2019

мера1

На своем опыте я почувствовала силу и состоятельность советской образовательной системы

Интересный разговор о том, какие вызовы несут нам проекты цифровизации экономики и знаний, какие ветры несут сюда эти зарубежные новации и как вообще живется нашему человеку ТАМ, состоялся с приглашенным лектором НГУ Ириной Мухиной.

Ирина Константиновна Мухина — гражданка России и Канады, выпускница механико-математического факультета Новосибирского госуниверситета, кандидат физико-математических наук со специализацией в методах искусственного интеллекта с 25-летним стажем практического и управленческого опыта в финансовых транснациональных корпорациях Северной Америки на должностях главного аналитика, менеджера, руководителя ИТ-проектов и управляющего портфелем активов для глобальных инвестиционных и пенсионных фондов.

Архитектор потоков больших данных для оцифровывания бизнес-решений с внедрениями и применениями в банковских, страховых, инвестиционных, пенсионных, рекламных и образовательных индустриях.

Разработчик эксклюзивных курсов по «Интеллектуальной обработке больших данных» для мастер-програм Финтех в РАНХиГС и НГУ; приглашенный лектор по темам «Интеллектуальные системы для бизнеса», «Человек —центральное звено экономики знаний» и «Нужные профессии для оцифрованного будущего»; учредитель и президент Инновационного образовательного центра познания и творчества iECARUS и частной школы «Эрудит» в городе Торонто.


— Ирина Константиновна, Вы уехали потому, что..?

— Так сложилось. Первый переезд был именно переездом по сугубо личным причинам внутри тогда еще большой страны СССР — на Украину. Когда же началось переформатирование Советского Союза, называемое гласностью и перестройкой, и на Украине из щелей среды «обиженных советской властью» полезли «тараканы национализма», нам с мужем стало понятно, что там растить детей нельзя.

Интеллектуальный и профессиональный потенциал нашей научной семьи требовал иной почвы: муж — физик-теоретик, самый молодой доктор наук на Украине, я — кандидат наук в области искусственного интеллекта.

Мы приехали в командировку в 1991 году в перестроечную Москву, а там — большая барахолка, все куда-то едут, и с мешками. Приехали в тогда еще Ленинград, а там тоже все схлопнулось, все остановилось, государство разобрали по кирпичикам, финансирование научной деятельности в стране закончилось.
Collapse )
мера1

Поколение созидателей: Я счастлив, что жил в СССР

Слушая по телевизору и читая в газетах ежедневно о беспросветной жизни в СССР, которую я хорошо помнил, я не могу не сравнивать ее жизнью в нынешнем хваленом либерально-демократическом капитализме.

Какую жизнь я помню, скорее, даже не просто помню, а ношу в своем сердце, как память о матери и первой любви?

Первое, что мне приходит в голову: это была светлая и беззаботная жизнь.

Не райская, но близка к ней. Ни тебе безработицы и нищеты, ни олигархов и киллеров, ни МММ и ОПГ, ни рэкетиров и рейдеров, ни коррупции и лоббизма, ни проституции и порнографии, в том числе детской, ни бомжей и беспризорников, ни исчезновение людей и продажи их за границу, в том числе детей, ни духовно-нравственной деградации народа и его вымирания.

Collapse )
мера1

Когнитивная война

Когнитивная войнаИз аннотации. 27 августа 2019 года Международный дискуссионный клуб «Валдай» опубликовал доклад с названием «Будущее войны», согласно которому современные военные действия можно уже разделить на три сферы:

- Кибервойна
- Кинетическая война
- Когнитивная война.
Когнитивная война отличается от информационно-психологической. В ней подавляется и подчиняется сознание противника.

Военные действия в сфере культуры преследуют следующие цели:
Collapse )