ss69100 (ss69100) wrote,
ss69100
ss69100

Categories:

Лживые постулаты перестроечной интеллигентской пены-2.1

Постулат второй. Революция направлена на разрушение коммунистической системы и возрождение России

Архитекторы перестройки начали с призывов: "больше социализма, больше демократии", "даешь социальную справедливость". Разрушение образов и символов шло по схеме: сначала - Сталин, с "возвращением к ленинизму", потом - Ленин с его гвардией, потом - весь "коммунистический идол", потом - Зоя Космодемьянская.

Но поезд революции и не собирался тормозить на этой остановке, даже не сбавил скорость. Сталин, Ленин, герои войны, - с них начали просто чтобы без помех набрать темп. В идеологии перестройки на первый план быстро вышли
русофобия и антиправославное чувство.

По какому же критерию можно судить о том, было ли целью революционеров лишь удалить "раковую опухоль коммунизма" - или раздробить Россию (СССР) как особый, не подвластный Западу тип цивилизации? Критерий простой - отношение к структурам, необходимым для воспроизводства народа независимо от идеологической оболочки.


Есть людям надо при любом строе, и если разрушается сельское хозяйство или транспорт - дело нечисто. Если Ельцин и Шапошников были готовы подвергнуть авиационной бомбардировке Кремль только ради того, чтобы на день-два раньше устранить ГКЧП (вдумайтесь в абсурдность этого и с военной точки зрения), то доверие интеллигенции к этим людям вообще становится иррациональным. Но рассмотрим проект по порядку.


Разрушение способа совместной жизни народов . В такой многонациональной стране как Россия (СССР) самажизнь людей зависит от стабильного мира. Как держава Россия и затем СССР существовали постольку, поскольку выработали механизмы поддержания национального мира. Тот, кто допускал разрушение этих механизмов, замахивался не на коммунизм, а на страну , для которой и Ленин, и Брежнев - лишь эпизоды истории.

Какова же позиция демократов? Многие из них вообще утверждали, что Россия - фантом. Так, для Г.Павловского ("Век ХХ и мир") Россия - "не государство, не империя, не страна... Россия - просто некий ряд людей".

А вот суждение доктора наук из Института Востоковедения А.Празаускаса: Россия и СССР - это "своеобразный евразийский паноптикум народов, не имевших между собой ничего общего, кроме родовых свойств Homo saрiens и искусственно созданных бедствий".

Но вот факты: в России проживало в начале века 1,5 млн. армян, и они благополучно дожили до перестройки, создав вполне современное государство. В Турции жило 2,5 млн. армян - они почти все были уничтожены или ассимилированы.

Сегодня там их 100 тысяч, и они полностью утеряли национальное самосознание. Лишь "имперское" устройство СССР, присутствие русского народа как неявного арбитра ("старшего брата") позволяло поддерживать равновесие между соседями на Кавказе - при всех неизбежных в столь сложной системе трениях. Сказать, что части этой системы не имели между собой ничего общего, мало мальски образованный человек мог только в качестве интеллектуальной диверсии.

Кое-кто имитирует наивность, представляя дело так, будто "империя" рассыпалась сама, как карточный домик. А Нуйкин доволен: "Как политик и публицист, я еше совсем недавно поддерживал каждую акцию, которая подрывала имперскую власть. Поэтому мы поддерживали все, что расшатывало ее. А без подключения очень мощных национальных рычагов ее было не свалить, эту махину".

И добавляет с милым цинизмом: "Сегодня политики в погоне за властью, за своими сомнительными, корыстными целями стравили друг с другом массу наций, которые жили до этого дружно, не ссорясь". Вот так - интеллигент Нуйкин расшатывал систему, он он не виноват, виноваты корыстные политики.

Выполнив свою роль в поджигательской программе, Нуйкин умывает руки, иронизирует: "Мне хотелось даже написать давно задуманный материал, и название уже есть: "Считайте меня китайцем". Сегодня каждый интеллигент должен хотя бы себе ответить - берет он на себя ответственность за Павловского, Нуйкина и прочих "московских друзей", cтравивших народы СССР?

Но ведь на деле режим продолжает ту же политику и сегодня. По западной прессе прошла статья советника Ельцина, директора Центра этнополитических исследований Эмиля Паина "Ждет ли Россию судьба СССР?". Надо послушать нашему интеллигенту, на волю которого ссылается "этнополитик". Пора и внутри страны знать то, чем хвастаются за рубежом перед строгим хозяином: интеллигенция сознательно разрушала СССР ради своих идеологических целей. Паин пишет:

"Когда большинство в Москве и Ленинграде проголосовало против сохранения Советского Союза на референдуме 1991 года, оно выступало не против единства страны, а против политического режима, который был в тот момент. Считалось невозможным ликвидировать коммунизм, не разрушив империю".

Что же это за коммунизм надо было ликвидировать, ради чего не жалко было пойти на такую жертву? Коммунизм Сталина? Мао Цзе Дуна? Нет - Горбачева и Яковлева. Но ведь это подлог. Эти правители не тянут даже на звание социал-демократов. Они неолибералы правее Тэтчер. От коммунизма у них осталось пустое название, которое они и так бы через пару лет сменили.

И вот ради этой шелухи либеральные интеллигенты стали "власовцами холодной войны" и обрекли десятки народов на страдания, которых только идиот мог не предвидеть. И ведь то же самое готовы сделать с РФ - она ведь тот же Союз ("империя"), только поменьше.

Паин доволен: "Я внимательно слежу за публикациями моих коллег, которые всего год назад считали распад России неизбежным и даже желательным".

Бывает, в условиях глубокого кризиса люди теряют ориентиры, мечутся, наносят раны своей стране и своему народу. Но в момент отрезвления их охватывает горе и раскаяние. Видим ли мы сегодня что либо подобное в среде нашей "либеральной интеллигенции"?

Можем ли представить себе, что Нуйкин выйдет перед сиротами и беженцами, рванет на себе рубаху и крикнет: "Я разжигал национальные конфликты. Нет мне, мерзавцу, прощения!". Нет, такого представить себе нельзя. Не только ни тени раскаяния нет за содеянное - продолжают хвастаться и шумно праздновать день "независимости" в память о принятии фатальной декларации о "суверенитете", которая, по признанию Паина, "ускорила процесс разрушения СССР".

Эти Декларации по сути означали ликвидацию главных скреп Союза. Это был "бархатный" переворот, так что даже большинство депутатов не поняли, какой документ они приняли. Был декларирован раздел общенародного для СССР достояния, ликвидация единого ресурсного, экономического и интеллектуального целого. Такой раздел означал разрушение целостной дееспособной системы.

Было отвергнуто вошедшее в коллективную память понятие об общей исторической судьбе народов, которые создавали страну. Неизбежно возникли острые конфликты в связи с дележом ресурсов. "Суверенизация" заведомо предполагала создание в СССР множества "Кувейтов" и внезапно обедневших соседних регионов - "Ираков".

Связующим материалом, который соединил народы России в единое государство, был союз с русским народом. Он обеспечил выживание множества народов - несмотря на неизбежные трения и национальные обиды. Охваченные "демократическим" угаром таджикские студенты и не предполагали, что это означает в реальности - но их советники знали прекрасно.

Средняя Азия - сложнейший мир. Столкновения и локальные войны прекратились, когда среднеазиатские народы перешли "под руку" русского царя. В этнический реактор были введены "охлаждающие стержни". Был выработан - совместными усилиями - изощренный механизм гашения конфликтов. Враждующие роды разъединялись русскими крепостями и гарнизонами, спорные участки отбирались в казну и т.д. В СССР это дополнилось посредничеством обкомов, премиями и орденами.

Что произошло, когда все эти "стержни" были внезапно выдернуты, а гарнизоны стали, соблюдая нейтралитет и суверенитет, безучастно взирать на уничтожение детей и стариков? Целые области оказались выброшенными из цивилизации и поставлены на грань уничтожения. Дом, реально еще не разделенный, загорелся.

Ряд республик заявили, что становятся нейтральными государствами и не будут входить ни в какие блоки. Это разрушало русский народ. Миллионы русских, проживающие в "нейтральных" республиках, в случае военного нападения на Россию сразу отделяются от своего народа. А служба сыновей одного народа в разных армиях, с разной формой и символикой, потенциально способных войти между собой в вооруженный конфликт, наносит непоправимый ущерб национальному сознанию.

И нельзя считать радикальных интеллигентов такими глупыми, что они подожгли дом наших народов лишь для того, чтобы изжарить себе яичницу "перестройки". Яичница была лишь поводом, а целью - именно дом.
"Архитекторы" притворно удивлялись: как это все взорвалось?

Говорят: СССР рухнул под грузом противоречий. Противоречия, мол, - всему причина, а перестройка лишь освободила их из под гнета режима, и это хорошо! По этой логике, дом сгорает потому, что деревянный, а не потому, что какой-то негодяй плеснул керосина и подпалил. Поджигатель, мол, лишь освободил свойство дерева гореть.

Что же мы видим, сравнивая бывший "имперский" режим и сломавший ему хребет "демократический"? При старом режиме всем было вбито в голову , что народы СССР - одна семья, что надо друг друга уважать и друг другу помогать.

Реальность была не безоблачна, но важно, какие догмы вбиваются в голову. Новый режим предложил как принцип жизни закон рынка , и вбивает в головы соответствующие догмы (конкуренция вместо солидарности, личное против общего). Это - идеи , послужившие керосином при поджоге дома. А что на практике?

Говорят, прежний режим "подавлял противоречия", и это очень плохо. Да, подавлял - и в мыслях ни у кого не было создать организацию для убийств по национальному признаку. При первых поползновениях на инициаторов бросалась вся свора репрессивных сил режима.

Но разве не для того существует власть, чтобы подавлять разрушительные импульсы оголтелого меньшинства поджигателей, которые есть в любом народе? Разве власть не обязана охранятьвоспроизводство страны ? И эту важнейшую функцию советский режим выполнял неплохо.

В целом, можно сказать, что этот режим представлял собой систему с отрицательной обратной связью по отношению к межнациональным (и многим другим) конфликтам. Каждый конфликт (и даже флуктуация, случайная вспышка противоречий) запускал экономические, культурные и репрессивные механизмы, которые этот конфликт или конструктивно разрешали, или по крайней мере подавляли острые проявления.

Что же мы имеем взамен? Демократия "раскрепостила" прежде всего именно поджигателей (так же, как в экономике - воров). Они провели серию пробных акций и поняли, что поджог разрешен, поскольку полезен для разрушения империи.

Что это за новое мышление - посылать в Фергану безоружных курсантов против толпы преступников, сжигающих людей живьем? Это обычное пособничество преступникам в политических целях. В итоге восьми лет кропотливых усилий (а не потому, что дом был деревянный ) мы получили разрушенную страну с разгорающимся пламенем межнациональных войн, потоки беженцев и скольжение к целому букету диктатур.

В СССР усилиями "архитекторов" была создана система с положительной обратной связью относительно конфликтов. Каждое противоречие, вырождающееся в конфликт, благодаря культурным, экономическим и репрессивным действиям системы стало автокаталитически разрастаться. Если прежняя система автоматически тормозила и гасила конфликты (независимо от личных качеств и ресурсов отдельных начальников), то нынешняя с такой же неуклонностью и автоматизмом конфликты разжигает.

И ничто в поведении демократов не изменилось. Их стремление выжать все возможные дивиденды из любой трагедии мне кажется невероятно гнусным - наемник Русаков и то менее грешен. Даже если бы мы забыли, что "чеченская бомба" кропотливо создавалась Бурбулисом со Старовойтовой и всей их командой, хватит и того, что они делают сегодня. Чего стоит одно только выдвижение С.А.Ковалева на Нобелевскую премию! "Миротворец", который разрушал СССР, прекрасно зная, что этим открывает стране вены, что те ручьи крови, которые уже пустил Горбачев, станут реками.

Послушаем, какие он выбирает слова, обосновавшись в бункере Дудаева и питаясь с его стола: " Русские танки давят чеченских женщин и детей! Русские самолеты бомбят мирные жилища!". Из горящего Грозного, что придает слову Ковалева особый авторитет, он старательно представляет конфликт как этнический: русские против чеченцев! Это не просто ложь, это испытанный способ стравливания.

А назавтра он запускает в мир новую мину: в Грозном он выполняет секретное поручение Козырева, предлагающего переговоры Дудаеву. Кто же такой Козырев? Министр иностранных дел. Иностранных! Так что Ковалев, Козырев и вся их клика заявляют: переговоры с Дудаевым они рассматривают как прерогативу Министерства иностранных дел, ибо Чечня - иностранное государство, против которого развязана агрессия России (которую другой демократ, Э. Паин, называл "внешним врагом Чечни").

Тут же выскакивает крестный отец Дудаева Бурбулис: Чечне надо предложить отношения с Россией на правах конфедерации. Дальше - больше, с подачи С. Ковалева начинаются стенания о том, что надо пригласить цивилизованных миротворцев - хоть какие-нибудь голубые каски. Пока что речь об ООН или СБСЕ, а завтра заговорят о НАТО. Люди должны привыкнуть к тому, что еще вчера показалось бы чудовищным.

А вдумайтесь в слова члена Президентского совета Смирнягина: "Блиц-криг против Чечни не удался". На какую реакцию он рассчитывает, переходя на язык гитлеровских стратегов? Против каких еще областей России разрабатывают наши "демократы" свои планы "Барбаросса"? Но вдуматься наша либеральная интеллигенция не желает.

Уничтожение государства . Всей программе демократов была присуща крайняя антигосударственность. По замыслу "архитекторов", государство не только должно было утратить в глазах человека всякий священный смысл - оно было превращено в коллективного "врага народа". Проклятия в адрес государства и всех его институтов стали почти обязательным довеском к уверениям в лояльности к демократическому режиму.

Уже с первых лет перестройки атаки на все подсистемы государства приобрели такой жесткий характер, что не вызывает сомнения - было задумано не его реформирование, а слом. Причем слом отнюдь не окостеневшего, а эволюционирующего государственного организма.

Можно было быть недовольным темпами эволюции, можно было всеми доступными средствами ее ускорять, но невозможно отрицать, что на протяжении одного поколения и общество, и тип власти, и весь государственный уклад менялись очень существенно - пусть наиболее активные сегодня 50-60-летние интеллигенты пробегут мысленно историю своей жизни. Нет, не в окостенелости дело, а в душевной склонности именно к революции как антиподу плавного развития.

Под огнем оказались буквально все элементы государства - от органов хозяйственного управления, военно-промышленного комплекса, армии и милиции до системы школьного образования и детских домов. Л.Баткин, призывая к "максимальному разгосударствлению советской жизни", задает риторические вопросы: "Зачем министр крестьянину - колхознику, кооператору, артельщику, единоличнику?..

Зачем министр заводу, действительно перешедшему на хозрасчет и самофинансирование?.. Зачем ученым в Академии наук - сама эта Академия, ставшая натуральным министерством?" ("Иного не дано"). В лозунге "Не нужен министр заводу!" - формула колоссального по масштабам проекта разжижения общества , превращения России в бесструктурное образование, которое в принципе долго существовать не может.

Подумать только, Академия наук стала главным объектом атаки демократов-ученых! То, что писал Л.Баткин в 1988 г. - лишь клише, установка для послушных демократов. Ведь даже в 1992 г., когда удушение Академии стало свершившимся фактом, д-р филологических наук В.Иванов пишет в "Независимой газете": "У нас осталась тяжелая и нерешаемая проблема - Академия наук.

Вот что мне, депутату от академии, абсолютно не удалось сделать - так это изменить ситуацию, которая здесь сложилась. Академия по-прежнему остается одним из наиболее реакционных заведений". Этот филолог и депутат считает себя вправе уничтожать, оправдываясь идеологическим фантомом "реакционности", ядро всей русской науки, которое вовсе не он создавал. Рукоплещите, русские интеллигенты!

Советское государство было представлено монстром - в противовес якобы "маленькому" либеральному государству. Это был элементарный обман. Либеральное государство ("Левиафан") огромно и прожорливо. Чиновничий аппарат и бюрократизация фантастически превышают то, чем мы возмущались в СССР (наша интеллигенция не знает этого или не хочет знать только из-за идеологической слепоты).

Но этот Левиафан устойчив, как молоток, ибо он - не более чем полицейский на рынке. Это машина, лишенная святости. Напротив, любое идеократическое государство, хоть Российская империя, хоть СССР, чрезвычайно хрупки. Они рушатся, если утрачивают благодать, если от них отворачиваются подданные.

Это хорошо знают губители России. Отравлять души людей им помогала интеллигенция. Во многом по невежеству, "не зная общества, в котором живет". О том, что наше гоcударство было "нецивилизованным", мы наслышаны много. Как образец нам указывались институты Запада как продукт якобы естественной эволюции общества. Поскольку этот постулат утверждался со всем авторитетом науки и престижем "духовных лидеров" типа Сахарова и Лихачева, в массе своей интеллигенция ему поверила - и помогла идеологической машине КПСС внедрить этот постулат в сознание большинства населения.

Но этот постулат - ложь. Не только не существует "естественной" или "правильной" модели общественных институтов и норм, но и, более того, многие советские нормы и традиции, смешные для человека Запада, были наследием традиционного общества и в этом смысле были естественны для России, не испытавшей той культурной мутации, какой стала для Запада Реформация.

Возьмем самый крайний случай, который давно стал предметом издевательств для просвещенного интеллигента - традиция советских органов торжественно принимать решения единогласно. Фотографии Верховного Совета СССР с единодушно поднятыми руками вызывали хохот. Во, тоталитаризм, ха-ха-ха! То ли дело на Западе - за решение надо бороться, все в поту, и перевес достигается одним-двумя голосами. Ясно, что у них решения гораздо правильнее.

Здесь мы видим прискорбное невежество интеллигента. Ведь что означает ритуал голосования в обеих "моделях"? Он отражает главную метафору общества. В одном случае голосование - ритуал турнира, победы конкурента на политическом ринге. Во втором случае - демонстрация единства и подтверждение общей солидарной воли.

А компромисс и поиск решения в обоих случаях ищется до ритуальной церемонии голосования.
Ритуал демонстрации единства - древний ритуал, сохраняемый традиционным обществом. Это мы видим и в процедурах голосования в советах директоров японских корпораций, где не жалеют времени и сил на предварительное обсуждение проектов решения, но принимается оно единогласно. Это мы видим и в сохранившихся "примитивных" обществах, изучаемых антропологами.

Читаем у Леви-Стросса: "Насколько глубоко могут быть укоренены в сознании установки, совершенно отличные от установок западного мира, безусловным образом показывают недавние наблюдения в Новой Гвинее, в племени Гауку-Кама. Эти аборигены научились у миссионеров играть в футбол, но вместо того чтобы добиваться победы одной из команд, они продолжают играть до того момента, когда число побед и поражений сравняется.

Игра не кончается, как у нас, когда определяется победитель, а кончается, когда с полной уверенностью показано, что нет проигравшего... Важно отметить, что почти во всех абсолютно обществах, называемых "примитивными", немыслима сама идея принятия решения большинством голосов, поскольку социальная консолидация и доброе взаимопонимание между членами группы считаются более важными, чем любая новация. Поэтому принимаются лишь единодушные решения.

Иногда дело доходит до того - и это наблюдается в разных районах мира_- что обсуждение решения предваряется инсценировкой боя, во время которого гасятся старые неприязни. К голосованию приступают лишь тогда, когда освеженная и духовно обновленная группа создала внутри себя условия для гарантированного единогласного вотума".

Может, просвещенному человеку и это смешно, но это уже - вопрос ценностей. Опыт, однако, показал, что без традиций и "иррациональных" норм, запретов и ритуалов, может существовать, да и то с периодическими болезненными припадками (вроде фашизма) лишь упрощенное, механистическое общество атомизированных индивидуумов.

Сложные поликультурные, а тем более полиэтнические общества устойчивы до тех пор, пока не позволяют пошлой рационализации навязать им "прогрессивные" западные нормы. Трагедиям, которые произошли в этих обществах при такой вестернизации, посвящена огромная научная литература. Но побудить ознакомиться с нею нашего демократа невозможно.

Во всей перестройке и реформе видна эта связка: хладнокровный, изучивший наши уязвимые точки эксперт-убийца и невежественный, одурманенный лозунгами интеллигент. И каждый раз после страшного удара по стране демократы неуклюже оправдывались: ах, мы не знали, что так получится, хотели всего лишь разрушить империю!

Вот философ Э.Ю.Соловьев рассуждает: "Сегодня смешно спрашивать, разумен или неразумен слом государственной машины в перспективе формирования правового государства. Слом произошел. Достаточно было поставить под запрет правящую коммунистическую партию. То, что она заслужила ликвидацию, не вызывает сомнения. Но не менее очевидно, что государственно-административных последствий такой меры никто в полном объеме не предвидел...

Дискредитация, обессиление, а затем запрет правящей партии должны были привести к полной деструкции власти. Сегодня все выглядит так, словно из политического тела выдернули нервную систему. Есть головной мозг, есть спинной мозг, есть живот и конечности, а никакие сигналы
(ни указы сверху, ни слезные жалобы снизу) никуда не поступают. С горечью приходится констатировать, что сегодня - после внушительного рывка к правовой идее в августе 1991 г. - мы отстоим от реальности правового государства дальше, чем в 1985 г.".

В каждой фразе кривит душой философ и усугубляет вину своего цеха. Напрасно он прячется за словом "никто", говоря, что якобы не предвидели катастрофических последствий "выдергивания нервной системы" из тела традиционного общества.

Эти последствия не просто "предвидели" и Горбачев, и Яковлев, и молодцы из корпорации "РЭНД". Эти последствия настолько хорошо изучены и в истории, и в социальной философии, что результат можно было считать теоретически предписанным. Да и эксперименты были проведены.

Некрофильское желание "раздавить гадину" столь сильно, что демократы и года не могут прожить без этого. В 1993 эта их страсть была удовлетворена расстрелом Дома Советов - вспомните счастливое лицо Гайдара. Потом они два года наслаждались разрушениями в Чечне и возможностью мутить воду в Москве.

Им было позволено (или приказано?) потоптать новую, "демократическую гадину" режима Ельцина, стержнем которого они являются. Как же так? Да ничего страшного, дело есть дело. Разве советский строй и КПСС топтали не члены Политбюро Яковлев и Шеварднадзе да политработники Гайдар и Бурбулис - под присмотром генсека?
Сегодня - новый этап того же процесса, но отличается он разве что количеством крови.

Где это видано, чтобы генералы на действительной службе, вроде Громова и Лебедя, делали направо и налево заявления, порочащие командование? Все эти заявления согласованы, пусть и неявно. И кто может поверить, что ТВ стало вдруг столь свободным, что может по всем программам тиражировать антиправительственные материалы и мнения? Оно ведь не стало менее тоталитарным - с экрана не слезают те же Гайдар, Юшенков и С.Ковалев.

Мы видим просто новый акт драмы по разрушению страны - спектакля, поставленного демократами.
А.Н.Яковлев, ратуя перед выборами в июне 1996 г. за Ельцина, счастлив: "Впервые за тысячелетие взялись за демократические преобразования. Ломаются вековые привычки, поползла земная твердь". Что поползла, мы и сами замечаем. Но впервые "архитектор" и идеолог ельцинизма честно признал: объект уничтожения - не коммунизм, не краткий миг советской власти.

Рушат тысячелетнюю Россию. Это - новое нашествие хазар и тевтонов. Нет для народа большего несчастья, чем когда могучий враг его не просто грабит, но и ломает его вековые привычки, когда из-под ног выбивают земную твердь. Это все равно как оккупант вышибал из-под ног табуретку.

Разрушение структур цивилизации
Стало общепризнанным, что в России происходит деиндустриализация . Это официально признал, будучи первым замом премьера, Сосковец. Деиндустриализация, то есть уничтожение промышленной системы огромной индустриальной страны, - явление в мире небывалое и истории не известное. Ни одной побежденной в "горячих" войнах стране таких условий не ставили.

Небольшой эксперимент проводят над Ираком, но ни в какое сравнение с Россией это не идет, так как режим власти там сменить не удалось. Операция над Россией настолько чудовищна, что даже многие западные экономисты, работавшие консультантами, спешат отмежеваться. Недавно в своем заявлении целая группа из четырех специалистов отметила:

"Ни одна из революций не может похвастать бережным и уважительным отношением в собственному прошлому, но самоотрицание, господствующее сейчас в России, не имеет исторических прецедентов. Равнодушно взирать на банкротство первоклассных предприятий и на упадок всемирно известных лабораторий - значит смириться с ужастным несчастьем".

Вопрос в том, может ли промышленно развитая страна, лишившись промышленности, одновременно не претерпеть других видов распада - культурного, правового, демографического. То есть, уцелеть как цивилизованная страна со своим местом в истории. На основании всей совокупности данных, которыми мы располагаем, следует сделать вывод, что нет. Деиндустриализация означает полное, по всем позициям, разрушение страны как цивилизованного общества.

Это делает в принципе невозможным "возврат" от советского строя к какой-то иной, исконной российской цивилизации (это - утопия патриотов). Те, кто с радостью поддерживает этот процесс, который составил главное содержание горбачевско-ельцинских реформ, выступают как варвары, разрушающие цивилизацию. Хоть и под крики о "возвращении в цивилизацию".

Многие еще надеются, что можно "выключить электричество и вернуться к лучине" - пережить разруху, на время став "доиндустриальными". Это иллюзии. Одно дело - жить при лучине и пахать сохой, постоянно улучшая свой материальный мир.

Это - культура. Совершенно иное дело - регресс, разрушение культуры. Крестьянин и без водопровода чистоплотен. Большой город, в котором разрушен водопровод и канализация, превращается в клоаку и очаг эпидемий. Возвращение в доиндустриальную эру уже невозможно - существующая масса людей при этом должна будет вымереть.

Реально люди озвереют и перебьют друг друга в борьбе за скудные ресурсы. Если бы мы сегодня отказались от автобуса и метро и вздумали ездить на лошадях, города задохнулись бы от конской мочи.
Человек возник из животного, когда стал создавать свой особый искусственный мир - технику, техносферу. В ней время "выпрямилось" и стало необратимым - возник технический прогресс, "стрела времени" направлена в сторону непрерывного развития техники и освоения мира.

Важно не отдельное техническое средство - лучина у тебя или люстра, - а вся сумма ресурсов, которые техника предоставляет обществу для жизни и ее воспроизводства. И здесь "стрела времени" жестока. Так, регресс неизбежно ведет к разрушению морали. В прошлом веке смерть ребенка от кори или пневмонии была горем, но не признаком безнравственности.

Сегодня, после того как мы несколько десятилетий пользовались надежными средствами предупреждения и лечения этих болезней, высокая смертность детей из-за отсутствия лекарств или денег у родителей означает нравственное одичание. Из докладов Минздрава видно, как по мере реформы Гайдара-Чубайса тают ресурсы здравоохранения и накатывает вал болезней, которые еще вчера были савершенно не страшны для общества.


Что же происходит у нас? Ликвидация промышленности, которая обеспечивала нашу жизнь, вызвала быстрое сокращение доступных для населения ресурсов, сужение всей техносферы, в которой мы живем. Пока что мы этого не ощущаем катастрофически, ибо огромны были запасы ресурсов, накопленные в СССР (избыточные запасы считались дефектом плановой экономики, а сегодня этот дефект обернулся спасительной стороной). Но обвал не за горами.

Все больше признаков того, что оскудение доступных среднему человеку ресурсов размывает устои цивилизации в самом простом смысле. Нищие и бездомные, шныряющие беспризорники, которые уже не ходят в школу, мешочники на всех вокзалах, вшивость, которой не было с войны. Страшное убожество, на грани идиотизма, популярных песен, гремящих из каждого киоска.

Но это - социальная косметика, главное видно меньше. Быстро сокращается главный ресурс цивилизации - энергия. Уже сейчас России выделяется скудный паек, лишь для освещения и обогрева, чтобы избиратели Ельцина нос не вешали. Остальное идет на экспорт. Правители завершают оформление передачи своим западным компаньонам основных месторождений энергоресурсов. Останавливаются целые отрасли.

Деиндустриализация - неведомый миру процесс, и трудно предсказать, как вообще поведет себя при этом техносфера. Не взбесятся ли нефтехимические комбинаты, лишенные запчастей, контрольных приборов и квалифицированных аппаратчиков? Справятся ли машинисты с поездами, когда из систем сигнализации и блокировки будут выломаны на продажу последние медные детали? Вот страшная цифра: уже за первый год реформы, 1992, на 95 тыс жизней больше унесли травмы и несчастные случаи. На 95 тысяч больше за один только год! Изуродованная техносфера выходит из-под контроля.

Важная часть программы - деклассирование. Вот "челноки". Наши социологи ни гу-гу о таком социальном явлении, в которое вовлечено 12 миллионов граждан. Придется почитать американских. Явление это в истории уникальное и вовсе не стихийное.

Родилась идея создать такую уродливую "социальную нишу" в 1989 г., когда готовились планы шоковой терапии для Польши. Там и опробовали эту программу: уже в 1990 г. на 35 млн. поляков было 30 млн выездов за границу за покупками. Была задача: перед приватизацией оттянуть рабочих с заводов, деклассировать их, чтобы не осталось коллективов, которые могли бы сопротивляться передаче собственности. Куда оттянуть такую массу? Эксперты предложили свернуть нормальную торговлю и задержать на время развитие крупного торгового капитала - поощрять дикую для конца ХХ века мелочную, базарную торговлю с рук.

Говорилось тогда в западной прессе, что это создаст питательную среду для преступности, что казна не получит от торговли налогов, что социальные издержки будут просто чудовищны. Но все это признали приемлемым ради слома общественного строя.

В России произведено искусственное снижение социального положения, квалификации, самоуважения огромных масс людей, которые еще вчера были необходимыми и продуктивными членами общества. То, чем занимаются у нас эти торговцы, бывшие рабочие и инженеры, на Западе оставлено, как скрытая благотворительность, для маргиналов - спившихся безработных, наркоманов, подростков-цыган.

Когда в РФ политические задачи будут решены, торговый капитал, обладающий транспортом, электронными системами информации и расчетов, оборудованием и помещениями складов и магазинов, разорит и ликвидирует всех этих челноков и ларечников в течение месяца. Как бы они ни "топали", их издержки на единицу товара в сотни раз превышают издержки нормальной торговли.

А главный результат "реформы", который и предопределяет все остальные - явный уже распад души в значительной части народа. Это именно распад , а не превращение в душу "цивилизованного человека". В 1918 году, уже после того как миллионы людей прошли четыре года кровавой бойни, радикалам с обеих сторон потребовалось полгода больших усилий, чтобы заставить русских стрелять друг в друга. В октябре 1993 года огромная толпа хорошо одетых москвичей стояла на солнышке и наблюдала, как в сотне метров расстреливают из танков здание, в котором были тысячи безоружных русских людей.

И при каждом удачном выстреле толпа кричала от радости. И политические предпочтения здесь абсолютно не при чем. Речь идет о сломе вечных культурных норм и запретов - об утрате цивилизации. Палач не должен выступать по телевидению, как это сделали стрелявшие из танков по Дому Советов офицеры, и говорить: "Я умело сделал свое дело". А раз это делают офицеры, это делает телевидение, это спокойно смотрят телезрители - значит, Россия как цивилизация надломлена.

Все это еще не привело к слому, катастрофе, потому что оказалась неожиданно высокой, даже необъяснимой прочность и советской морали, и советской техники. Народ стихийно (и даже, можем сказать, подпольно) сопротивляется одичанию, и основная масса людей проявляет поразительную нравственную стойкость. Но эти ресурсы не вечны, как не вечны ресурсы советских самолетов, поездов метро и рижских электричек. Не подкрепляемые строем жизни и материальными средствами, все это изнашивается.

И не надо, как некоторые, вспоминать войну - и тогда, мол, было трудно, а народ не одичал. Тогда ненормальные материальные условия компенсировались душевным подъемом и солидарностью - было много горя, но не было тоски и апатии, не было моря брынцаловской водки. И главное, само государство и его идеологическая машина - радио, кино, пресса - старались людей укрепить и поднять, а не задавить и духовно растлить.

И какими бы дефектами советского строя и личными удобствами при режиме Ельцина ни оправдывали свою позицию на выборах те, кто проголосовал за продолжение его программы, они должны осознать свою ответственность.


С.Г. Кара-Мурза


***

Источник и примечания.


Окончание постулата следует.

Tags: Ельцин, Родина, Россия, СССР, Чечня, демократы, история, народ, перестройка, русский, советский, человек, экономика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments