ss69100 (ss69100) wrote,
ss69100
ss69100

Category:

Существует ли американская нация?

Résultat de recherche d'images pour "Ку-Клукс-Клан"

...Один из современных идеологов «чиканос», профессор Калифорнийского университета (University of California) Армандо Наварро (Armando Navarro), утверждает, что в течение 10-15 ближайших лет штаты Калифорния, Аризона, Нью-Мексико, Невада, Техас и Юта станут наполовину латиноамериканскими: «Я называю это ремексиканизацией, а не реконкистой - формируется новое большинство.

Все изменится. Белый дом от нас на расстоянии вытянутой руки. Мы должны изменить его имя на «Бронзовый дом».

О том, насколько представители «Космической расы» социально активны сегодня в США, говорит в своей книге «Смерть Запада» правый республиканец (в прошлом советник президентов Р. Никсона и Р. Рейгана) Патрик Бьюкенен (Patrick Buchanan).

В главе «Новая реконкиста» он приводит выдержку из манифеста студенческой испаноязычной организации Movimento Estu-diantil Chicano de Aztlan - «Движение студентов-чикано за Ацтлан» (MEChA), действующей на юге и юго-западе США:

«Сердце в руках, руки в родной земле! Мы объявляем независимость нашей метисной страны. Мы - бронзовые люди с бронзовыми орудиями! Перед всем миром, перед всей Северной Америкой, перед всеми нашими братьями на бронзовом континенте мы говорим: мы -народ, мы страна истинных пуэбло, мы - ацтлане».

Далее автор «Смерти Запада» цитирует план MEChA, гласящий: «Ацтлан принадлежит тем, кто сажает семена, поливает посадки и собирает урожай, а не чужакам-европейцам. Мы не признаем неустойчивых фронтиров на бронзовом континенте» и приводит лозунг MEChA - Рог la Raza todo. Fuera de la Raza nada, то есть «Все для нашей расы и ничего для чужих».

Эпиграфом к этой главе является цитата из центральной мексиканской газеты Excelsior: «Американский юго-запад, кажется, постепенно и без единого выстрела возвращается под юрисдикцию Мексики».

Подобные тенденции уже не один год вызывают серьезную тревогу у властей США. В настоящее время они пытаются приглушить проблему, сталкивая между собой наиболее угрожающих государственной безопасности латиноамериканских и чернокожих расистов.

Наиболее ярко, открыто и кроваво это проявляется, например, на улицах Лос-Анджелеса и других южных городов, где структуры ЕМЕ (один из мозговых центров латиноамериканского движения в США) и «Черного авангарда» (вобравшего в себя бывших активистов знаменитых «Черных пантер» и «Армии освобождения»), стыдливо именуемые властями «мегабандами» (сотни хорошо организованных мини-армий, насчитывающие в общей сложности десятки тысяч дисциплинированных, идеологически мотивированных бойцов), ведут между собой настоящую гражданскую войну.

Последний белый президент США Джордж Буш-младший не раз предлагал многократно усилить охрану южных границ и усилить меры борьбы с компаниями, использующими труд миллионов незаконных мигрантов из южноамериканских стран.

Сенат США еще в мае 2006 года большинством голосов одобрил возведение на границе с Мексикой специальной трехрядной стены с колючей проволокой и камерами слежения, протяженностью 600 километров и 800-километровых заграждений для автомобильного транспорта.

Важная деталь: администрация США привлекла к строительству заграждений компании, выполняющие контракты Пентагона. Как заявил один из сенаторов, «хорошие заборы способствуют установлению добрососедских отношений, а не наоборот».

Причем и до этого на американо-мексиканской границе не один год стояла подобная стена, только несколько меньшая по размерам. Ежегодно «демократичные» американцы отстреливают возле нее гораздо больше «перебежчиков», чем это делали «тоталитарные» полицейские из ГДР у Берлинской стены. Так, согласно официальной статистике, в течение одного лишь 2005 года при переходе границы между Мексикой и США были убиты свыше 500 «латинос»...

Все описанное мною в этой главе может свидетельствовать лишь о том, что никакого серьезного разговора о каком бы то ни было формировании широкой американской нации не могло быть и не было. Наличествовал лишь ряд хищных субъектов, сбивавшихся в стаи и кланы, боровшихся между собой, всегда подавляемых волей вашингтонского режима, эгоизм которого был приматом.

А все изменения к лучшему, которые были возможны в американском обществе, являлись лишь слабым отражением процессов, происходящих в Европе и России, причем американские процессы всегда происходили с огромным опозданием.

Думаю, не стоит даже приводить примеры и напоминать, что законы сегрегации в США были отменены лишь в середине XX века, когда в той же России уже давно и речи не могло быть не только о национальном неравенстве (у нас и прежде не было такой дискриминации), но и о социальном и что именно боязнь «прихода коммунистов» заставляла американских горлохватов смягчать свои догмы и давать послабления как этническим группам населения, так и социальным.

Но в чем-то же американцы были первыми, раз так сумели разрекламировать свое первенство? Да, конечно, они как никто другой умели «делать деньги» и захватывать чужое, объявляя его своим.

Нация в США просто не имела возможности стать чем-то органичным, естественным, сформироваться как нечто человекообразное, поскольку американизм был наполнен таким количеством острых противоречий, которые неразрешимы в принципе, а коль надавить, настоять на их разрешении, то разрушается вся система, начинающая отрицать самое себя и переходящая в абсурд, который мы наблюдаем нынче.

Сегодняшнее состояние американского общества является результатом процесса, который похож на болезнь, характеризующуюся преждевременным старением человека, не успевшего стать взрослым: он доживает лишь до подросткового возраста, сменяющегося катастрофическим дряхлением и смертью.

Этот врожденный недуг был распространен в Средневековье, но довольно редок в современной физиологии, зато его подобие было нередким для жизни «государственных образований» и «наций», схожих с американской. Упомянутая мной не раз Золотая Орда сумела создать столь же агрессивную и широко замахнувшуюся, но и столь же нестабильную нацию, и в тот

момент, когда монголы окончательно растворились в той среде народов, которая была ими подчинена, наступил конец золотоордынской истории, и хотя ханы все еще кичились своим монгольским происхождением, как и многие вельможи, но все стало расползаться, орда перестала быть единой, она пришла к закономерному финалу, способному постичь любое ханство, любой султанат и каганат, каждому из которых отведено две или три сотни лет существования, а дальше - тишина.

Лишь некоторые державы и некоторые нации могут быть подобны русской, которая существует уже более тысячи лет, но США, по всей видимости, судьбу России повторить не смогут, а скопируют лишь участь Золотой Орды, и не исключено, что распад американской федерации пойдет даже не по ордынскому лекалу, а по югославскому сценарию.

Как я уже замечал выше, для того, чтоб держава могла стать исторически обусловленной, стойкой к угрозам внешнего и особенно внутреннего характера, она должна опираться на этнос, который считает своей родиной территорию державы (и особенно ядро этой страны, столичный регион), если же главенствующим субъектом стремится стать иной, то есть совсем чуждый народ для данной климатической и природной полосы, то рано или поздно он теряет возможность быть доминантом, он растворяется в естественном (для данного региона) этническом субстрате, а главное -смыслы его государственного строительства неумолимо распадаются, претерпевают крах.

В древней истории бывали случаи, когда совершенно чуждое племя оседало на той или иной территории и могло-таки создать там свое государство и свою нацию, но если проследить детали каждого из таких случаев, то, в конце концов, народ (который сумел навязать свой язык, свой этноним и что-то еще) так сильно изменял себе, так сильно трансформировался в процессе последующей истории, что можно говорить лишь о частичности сохранения идеи его нации, сути его этноса.

Однако чаще всего племя, сумевшее покорить некую территорию, удерживать ее, объявляя себя «высшей расой» (как это сделали монголы или англосаксы), в конце концов приходит к полному краху, его изгоняют или уничтожают в ответ на былые зверства и подлости.

Говоря о появлении сложных наций Нового времени, французской к примеру, которая явилась широким консенсусом враждовавших прежде народов, объединенных-таки в конце концов волей политиков и мыслителей, а не зовом крови или причинами сугубо природно-естественного характера, можно заметить все же, что и сложная нация может (и должна) опереться именно на коренную, первичную этническую сущность, потому те же французы не только не отрекаются от своего галльского происхождения, но даже подчеркивают его.

Хотя, понятное дело, что бывали периоды, когда галлы оказались чем-то наподобие индейцев (сначала для покоривших их римлян, потом для явившихся с северо-запада франков), но римляне имели куда более высокую культурную индивидуальность, куда более тонкую человечность, чем англосаксы (явившиеся в Новое время к индейцам), и хотя римское завоевание Галлии происходило в ту эпоху, когда жестокости были менее порицаемы (а во времена экспансии англоамериканских «отцов-основателей» уже, казалось бы, всходила заря эпохи Просвещения), но даже древним воякам проигрывают англосаксы и выглядят более жестокими, менее человечными, более грубыми и примитивными.

Кстати сказать, когда англы, саксы, юты и прочие германцы, прибывшие из «тевтонского края», обосновались в Британии, они устроили такой чудовищный террор против местных кельтов, что те вынуждены были начать массовую эмиграцию на территорию современной Франции, где немалая часть сумела-таки спастись от геройств и подвигов «потомков славного Арминия».

И как британская нация не сумела стать фактом истории, распадаясь-таки на англичан и шотландцев (и Шотландия уже не только мечтает отделиться, но предпринимает даже конкретные шаги для этого), так и американская, причем в еще большей степени, не сумела вырасти в нечто более сложное, чем система, в которой небольшая кучка англоговорящих граждан повелевает «захваченными в плен» людьми.

И если раньше англичане хотя бы имели то преимущество, которое позволяло им демографически подавлять «низшие расы», ведь, пользуясь технологиями римского наследия (и европейского вообще), англосаксы в той же Америке, с одной стороны, всеми силами вытравляли аборигенов (привозили им зараженные одеяла и пищу, стравливали их между собой или просто убивали), а сами, пользуясь обилием ресурсов, размножались на отнятых у индейцев землях, то сейчас «белые» перестали рожать, причем довольно резко, почти катастрофически, в последнюю четверть века.

И в тот самый момент, когда я пишу эту главу, в ленте новостей пробежала строка, что в США многие обескуражены и расстроены новостью демографической статистики, появившейся после подсчета новорожденных за последний год.

А статистика эта свидетельствует о том, что впервые за всю историю последних столетий белых младенцев в США родилось меньше, чем темнокожих и цветных. Родятся все чаще темнокожие малыши, дети китайцев, иммигрантов, прибывших из прочих азиатских стран, и, как я уже упоминал, резко увеличивается количество так называемых «латиносов», то есть испаноговорящих граждан (и неграждан, то есть нелегалов), и рост их демографии, похоже, может поставить окончательный крест на целостности американской «нации», поскольку испанский язык все более и более отвоевывает себе место под солнцем, освещающим пока еще соединенные штаты, которые в один прекрасный момент могут стать так же чужды друг другу, как сделались разобщены некогда ханства распавшейся Золотой Орды.

Какова же главная черта, характеризующая жизнь «американской нации» в настоящий момент?

Это абсурдизация, переход к хаотическому абсурду, вызванному чересполосицей взаимоисключающих разностей. Но это было бы с полбеды, коль в нынешний момент не стала бы вопиющей необходимость остановить ту политику, которая ведет Америку к пропасти, то есть весь этот, дошедший теперь до абсурда, экспансионизм, раздувание амбиций, бесконечные несправедливые войны.

И в каждом аспекте предмета, желающего называть себя «американской нацией», наблюдаются странные метаморфозы, будто бы являющиеся продолжением прежней Америки, но уже пародирующие ее.

И, быть может, они были бы не так ужасны (для самой «нации»), коль вся их целостность не вела бы к скорой развязке, ведь в абсурд перешло все и вся, даже извечная «национальная идея» американцев - делать деньги! Теперь деньги стали делать в самом банальном смысле слова, их просто печатают, бесконтрольно штампуют, создают из ничего, надеясь на чудеса, не желая видеть той пропасти, к которой устремился весь корабль под названием «США».

Я нарочно посвятил «национальной идее» США и ее «нации» разные главы, поскольку два этих явления связаны друг с другом лишь опосредованно, ведь «идея» никак почти и не соотносится с нацией, верней, смогла жить и даже воплотиться без состоявшейся нации.

Да, национальная идея американизма воплощена в жизнь, здесь я должен согласиться и не спорить. Что являла собой эта идея? «Разбогатеть и прославиться!» Все так и вышло: Америка сумела нахапать немало богатств, и уж, конечно, аббревиатура США смогла навязнуть у всех на зубах, ославить себя. А то, что это богатство - не настоящее, что оно удивительным образом «прокисает», провоцирует крах вашингтонского режима, составляет собой финансовую пирамиду, обреченную завалиться, так это другой вопрос, как и то, что слава Америки - дурная слава.

И была ли нация, не было ли ее? Так ли это важно! Может, и происходило-таки когда-то в прошлом то самое «рождение нации», да только дитя оказалось мертворожденным, ведь его «родитель» - подросток, страдающий недугом преждевременного старения.

Войдет ли память об этой странной общности, об этой несостоявшейся нации в популярные страницы хроник, известных каждому? Будет ли она подобна славе Наполеона, проигравшего, но великого, или станет Арминием, которого никто и не помнит, кроме некоторых ученых да немногочисленных потомков, вернее - вероятных наследников его племени.

Не исключено, что американцы будут подобны монголам Золотой Орды, которые, выйдя к рубежу своего финала, ставшего бесславным, рассеялись, враждуя друг с другом, рассыпались по степи, будто и не было их, а города их славы занесло песком, и сейчас от них остались лишь руины, более запустевшие, чем окраины нынешнего Детройта.

А на территориях, захваченных когда-то ордынцами, снова и с еще более интенсивной энергетикой расселились русские, которые, видимо, и являлись настоящими, законными хозяевами региона и его окрестностей, те русские, нация которых начала путь своего формирования уже более тысячи лет назад, не поддавшись распаду и уничтожению врагами за долгие века, причем одним из самых упорных и ненавидящих врагов Русского Мира был англоамериканизм.

Станет ли звездно-полосатая держава одной большой «окраиной Детройта»? Покажет время. Главный ее враг - она сама.

А пока американизм все еще существует, книга его жизни уже потихоньку выходит в последний тираж, разрозненные части его общества все активнее меняют цвет кожи, но дух его мерзостей, его агрессия, амбиция его «элиты», претендовавшей некогда на звание «ядра нации», все еще продолжает быть верна себе, не дойдя еще, видимо, до той точки, за которой наступит бесславный финал и жестокая очевидность краха несостоявшейся жизни.

***


Из книги Максима Акимова „Преступления США.

Предыдущая часть здесь.

Tags: Америка, Великобритания Англия, США, американцы, бизнес, война, история, народ, нация, общество, рабство, расизм, русский, этнос
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments