?

Log in

No account? Create an account
мера1

ss69100


К чему стадам дары свободы...

Восстановление смыслов


Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
А не подучить ли нам логику? Ловушки языка
мера1
ss69100
1. Тайная мудрость языка


Наш обычный язык, язык, на котором мы говорим, является полноправным соавтором всех наших мыслей и дел.

И причём соавтором более великим, нежели мы сами. В известном смысле, он классик, а мы только современники самих себя.


Источник этого, обычно не бросающегося в глаза, величия языка и его тайной мудрости в том, что в нем зафиксирован и сосредоточен опыт многих поколений, особый взгляд на мир целых народов.

С первых лет детства, втягиваясь в атмосферу родного языка, мы усваиваем не только определённый запас слов и грамматических правил. Незаметно для самих себя мы впитываем также свою эпоху, как она выразилась в языке, и тот огромный прошлый опыт, который отложился в нем.


Обычный, или естественный, язык складывается стихийно и постепенно. Его история неотделима от истории владеющего им народа. Искусственные языки, сознательно создаваемые людьми для особых целей, как правило, более совершенны в отдельных аспектах, чем естественный язык. Но это совершенство в отношении определённых целей оказывается недостатком, когда речь идёт об иных задачах.

Естественный язык столь же богат, как и сама жизнь. Разнородность, а иногда и просто несовместимость его функций – причина того, что не каждую свою задачу он решает с одинаковым успехом. Но как раз эта широта не даёт языку закоснеть в жёстких разграничениях и противопоставлениях. Он никогда не утрачивает способность изменяться с изменением жизни и постоянно остаётся столь же гибким и готовым к будущим переменам, как и она сама.

Разнообразные искусственные языки, подобные языкам математики, логики и т.д., и генетически и функционально вторичны в отношении естественного языка. Они возникают на базе последнего и могут функционировать только в связи с ним.

Обычный язык, предназначенный прежде всего для повседневного общения, имеет целый ряд своеобразных черт. В определённом смысле их можно считать его недостатками.

Этот язык является аморфным как со стороны своего словаря, так и в отношении правил построения выражений и придания им значений. В нем нет чётких критериев осмысленности утверждений. Не выявляется чётко логическая форма рассуждений. Значения отдельных слов и выражений зависят не только от них самих, но и от их окружения.

Многие соглашения относительно употребления слов не формулируются явно, а только предполагаются. Почти все слова имеют не одно, а несколько значений. Одни и те же предметы порой могут называться по-разному или иметь несколько имён. Есть слова, не обозначающие никаких объектов, и т.д.


Эти и другие особенности обычного языка говорят, однако, не столько об определённом его несовершенстве, сколько о могуществе, гибкости и скрытой силе.

Богатый и сложный естественный язык требует особого внимания к себе. В большинстве случаев он верный и надёжный помощник. Но если мы не считаемся с его особенностями, он может подвести и подстроить неожиданную ловушку.


2. Многозначность

Одна из основных трудностей понимания говорящими друг друга связана с тем, что слова, как правило, многозначны, имеют два и больше значений. Так, словарь современного русского литературного языка указывает семнадцать значений самого обычного и ходового глагола «стоять» с выделением внутри некоторых значений ещё и ряда оттенков: «находиться на ногах», «быть установленным», «быть неподвижным», «не работать», «временно размещаться», «занимать боевую позицию», «защищать», «стойко держаться в бою», «существовать», «быть в наличии», «удерживаться» и т.д.

У прилагательного «новый» – восемь значений, среди которых и «современный», и «следующий», и «незнакомый»… Когда что-то называется «новым», не сразу понятно, что конкретно имеется в виду под «новизной»: то ли радикальный разрыв со старой традицией, то ли чисто косметическое приспособление её к изменившимся обстоятельствам.

Неоднозначность прилагательного «новый» может быть причиной ошибок и недоразумений, как показывает рассуждение, переквалифицирующее новатора в консерватора: «Он поддерживает все новое; новое, как известно, – это хорошо забытое старое; значит, он поддерживает всякое хорошо забытое старое».


Есть слова, которые имеют не просто несколько разных значений, а целую серию групп значений, слабо связанных друг с другом и включающих десятки отдельных значений. Таково, к примеру, обычное слово «жизнь».

Во-первых, «жизнь» – это «бытие», «существование», в отличие от смерти; во-вторых, это «развитие», «процесс», «становление», «достижение»; в-третьих, имеется огромное число областей, у каждой из которых очень мало общего со всякой другой: органическая и неорганическая жизнь, общественная, культурная, богемная и т.д.; в-четвёртых, под жизнью понимается определённого рода распорядок или уклад: жизнь столичная, периферийная, яркая или будничная, театральная или профсоюзная и т.д.; в-пятых, жизнь – это «оживление», «подъем» или «расцвет жизненных сил», а также протекание или время жизни: «раз в жизни», «заря жизни», «на всю жизнь» и т.д.

Разнообразие значений слова «жизнь» столь велико, что даже тавтология «жизнь есть жизнь» не кажется бессодержательной, пустой: два одинаковых слова звучат как будто по-разному.


Подавляющее большинство слов многозначно. Между некоторыми их значениями трудно найти что-то общее (скажем, «глубокие знания» и «глубокая впадина» являются «глубокими» в совершенно разном смысле). Между другими же значениями сложно провести различие. При этом чаще всего близость и переплетение значений характерны именно для ключевых слов, определяющих значение языкового сообщения в целом. Во многом это свойственно и философскому, и научному языку.

Многозначность не препятствует успешному функционированию естественного языка. Зачастую мы её даже не замечаем.

Многозначность – естественная и неотъемлемая черта обычного языка. Сама по себе она ещё не недостаток, но содержит потенциальную возможность логической ошибки.

В процессе общения всегда предполагается, что в конкретном рассуждении смысл входящих в него слов не меняется. Если мы начали говорить, допустим, о звёздах как небесных телах, то, пока мы не оставим эту тему, слово «звезда» должно обозначать именно эти тела, а не звезды на погонах или ёлочные звезды.

Требование, чтобы каждое языковое выражение, используемое в процессе общения, являлось именем одного и того же объекта (и значит, не было многозначным), называется

принципом однозначности.

Как только этот принцип нарушается, возникает логическая ошибка, называемая эквивокацией. Такая ошибка допущена, к примеру, в умозаключении: «Мышь грызёт книжку; но мышь – имя существительное; следовательно, имя существительное грызёт книжку». Чтобы рассуждение было правильным, слово «мышь» должно иметь одно значение. Но в первом предложении оно обозначает известных грызунов, а во втором – уже самое слово «мышь».

Ошибки и недоразумения, в основе которых лежит многозначность слов или выражений, довольно часты и в обычном общении, и в научной коммуникации. Лучше всего проанализировать их на конкретных примерах.

Начнём с самых простых и очевидных.

«Каждый металл является химическим элементом; латунь – металл; значит, латунь – химический элемент».

«Всякий человек – кузнец своего счастья; есть люди, не являющиеся счастливыми; значит, это их собственная вина».

«Старый морской волк – это действительно волк; все волки живут в лесу; таким образом, старые морские волки живут в лесу».

В первом умозаключении в двух разных смыслах используется понятие «металл», во втором

– «счастливый», в третьем – «волк».

Многозначность обыгрывается и в такой загадке: «Голова – как у кошки, ноги – как у кошки, туловище – как у кошки, хвост – как у кошки, но не кошка. Кто это?» Ответ: кот. Слово «кошка» обозначает и всех кошек, и только кошек-самок.

Более двухсот лет назад английский врач Д.Хилл был забаллотирован на выборах в Королевское научное общество. Спустя некоторое время он прислал в это общество доклад такого содержания: «Одному матросу на корабле, на котором я работал судовым врачом, раздробило ногу. Я собрал все осколки, уложил их как следует и полил смолой и подсмольной водой, получающейся при перегонке смолы.

Вскоре осколки соединились, и матрос смог ходить, как будто ничего не случилось…» В то давнее время Королевское общество много рассуждало о целебных свойствах подсмольной воды и дёгтя. Сообщение доктора Хилла вызвало большой интерес и было зачитано на одной из научных сессий. Через несколько дней Хилл прислал обществу дополнительное сообщение: «В своём докладе я забыл упомянуть, что нога у матроса была деревянная».


Деревянная нога – это тоже нога, хотя и не в прямом смысле. В некоторых случаях её можно назвать просто «ногой». И если забыть о переносном смысле, в каком она является «ногой», возникнут недоразумения.

Во многих странах для выписки всевозможных счётов применяется ЭВМ. Один предприниматель, некоторое время не пользовался энергией от городской электростанции. Но тем не менее получил счёт от электронного бухгалтера. Счёт вполне справедливый, на 0,00 марок. Поскольку такой счёт оплачивать бессмысленно, предприниматель бросил его в мусорный ящик. Вскоре пришёл второй счёт, за ним третий – с грозным предупреждением. Не дожидаясь штрафа, предприниматель послал чек на 0,00 марок. ЭВМ успокоилась.

Здесь двусмысленно слово «счёт». Для предпринимателя счёт на 0,00 марок – это вовсе не счёт, для ЭВМ это обычный счёт, и он, как и любой другой, должен быть оплачен.

Писатель начала века В.И.Дорошевич, в своё время прозванный королём русского фельетона, удачно использовал многозначность слов обычного языка в сатирическом рассказе «Дело о людоедстве». Пьяный купец Семипудов дебоширил на базаре. При аресте, чтобы придать себе вес, он похвалился, что прошлым вечером «ел пирог с околоточным надзирателем».

Но у полицмейстера Отлетаева, как на грех, оказался рапорт об исчезновении околоточного
надзирателя Силуянова. Возникло подозрение, что он съеден в пирогах. Завертелось дело, последовали допросы с пристрастием, массовые аресты. В конце концов забулдыга надзиратель отыскался, но несчастный купец, обвинённый в людоедстве, уже был осуждён на каторгу «по законам военного времени».

Молодой австралийский антрополог Р.Дарт, открывший позднее первую в Африке ископаемую человекообразную обезьяну – австралопитека, получил в 1922 г. место преподавателя в Иоганнесбургском университете. Перед отъездом в Южную Африку один из его учителей сказал ему: «В своих бумагах на вопрос о вероисповедании вы везде отвечаете: „свободомыслящий“.

Но там сильная религиозная атмосфера. Я бы написал в графе „религия“ – „протестант“. Они не станут допытываться, какого сорта вы протестант и против чего вы протестуете». Дарт, однако, не согласился со столь своеобразным толкованием «протеста».


В романе испанского писателя К.Рохаса король говорит художнику Ф.Гойе: «…свободным на самом деле можно быть лишь в том случае, если тебя не зачинали. Свободны только те, которые никогда не были, ибо даже мёртвые отбывают наказание».

Многозначность многих, притом ключевых, слов приводит к тому, что они, порой, обозначают прямо противоположные вещи. Свободным обычно называют человека, действующего без принуждения, делающего без препятствий со стороны то, что он находит нужным.

В другом, весьма скептическом и мрачном смысле свободны только мёртвые, поскольку
в реальной жизни будто бы невозможно быть свободным. В ещё более мрачном смысле свободны лишь те, кто вообще никогда не появится на свет. Два последних смысла превращают свободу в чистейшую фикцию.

В «Исторических материалах» Козьмы Пруткова повествуется о герцоге де Рогане, которому врач приписал принимать особое лекарство по двадцать капель в воде. Когда на другой день врач зашёл к больному, тот сидел в холодной ванне и спокойно пил ложечкой прописанные капли. «Так и великие люди иногда тоже недогадливыми были», – заключает Козьма Прутков. И в самом деле, герцогу не хватило сообразительности отличить приём двадцати капель лекарства, растворённых в воде, от приёма лекарства, сидя по шею в воде.

В басне «Стан и голос» Козьма Прутков обращается уже к двум значениям слова «стан»:

…Какой-то становой, собой довольно тучный, Надевши ваточный халат, Присел к открытому окошку И молча начал гладить кошку.

Вдруг голос горлицы внезапно услыхал… «Ах, если б голосом твоим я обладал, – Так молвил пристав, – я б у тёщи Приятно пел в тенистой роще

И сродников своих пленял и услаждал!» А горлица на то головкой покачала:

И становому так, воркуя, отвечала: «А я твоей завидую судьбе: Мне голос дан, а стан тебе».

Использование многозначности слов и выражений – один из излюбленных приёмов юмористов и сатириков.

Тому же Козьме Пруткову принадлежат афоризмы: «Если хочешь быть спокоен, не принимай горя и неприятностей на свой счёт, но всегда относи их на казённый», «Взирая на высоких людей и на высокие предметы, придерживай картуз свой за козырёк».

Об одном крайне неосторожном пешеходе сказали: «Он умер естественной смертью: переходил улицу на красный свет светофора!»

«Тень – самый верный спутник человека, но даже она его покидает, когда над его головой сгущаются тучи».

В этом афоризме переплетаются прямой и переносный смыслы оборота «сгущаются тучи». «На следующий день после Ватерлоо Наполеон проснулся невыспавшимся и совершенно разбитым».

Наполеон действительно был разбит при Ватерлоо.

«– Я навсегда покончил со старым, – сказал своему напарнику матёрый уголовник, выходя из квартиры антиквара». Не совсем ясно, что сделал этот уголовник: то ли покончил со своим прошлым, то ли с антикваром.

«Не топчитесь на месте – это может завести слишком далеко». Выражение «зайти слишком далеко» имеет два разных смысла: прямой (перемещение в пространстве) и переносный.

«Не стой где попало – попадёт ещё»! Двусмысленным является выражение «не стой где попало». Оно может означать «не стой в месте, где уже случались неприятности» (в этом случае после слова «стой» должна стоять запятая) или же «не останавливайся, не подумав, где стоишь».

«Едят, как правило, тех, кто не по вкусу». Глагол «есть» также имеет прямой и переносный смыслы.

«Чтобы накалить атмосферу в коллективе, порой достаточно пары тёплых слов». Взаимные отношения людей в коллективе могут быть накалёнными, а слова тёплыми только в переносном смысле. Прямой и переносные смыслы слов «накалённый» и «тёплый» здесь как бы перекликаются.

«Когда вагоновожатый ищет новые пути – трамвай сходит с рельсов». Двусмысленным является оборот «искать новые пути».

«Материя бесконечна, но почему-то все время кому-нибудь не хватает на штаны». Философское понятие материи подменяется во второй части предложения понятием материала, из которого шьют одежду.

Мальчик пришёл домой с одноклассником и сказал:

– Посмотри, мама, это мой друг. Он необыкновенный человек!

– Чем же он такой необыкновенный?

– Он учится ещё хуже, чем я!

С эпитетом «необыкновенный» мы обычно связываем положительную оценку («необыкновенный герой», «необыкновенные знания»). Но это же слово может усиливать и отрицательную оценку («необыкновенный злодей»).

– Что такое монархия? – спрашивает учитель ученика.

– Это когда правит король.

– А если король умирает?

– То правит королева.

– А если и королева умирает?

– Тогда правит валет.

Ученик путает представителей королевской семьи с персонажами из карточной колоды. Словам «король» и «королева» он придаёт, скорее всего, иное значение, чем то, какое придаётся им учителем. А может быть, только при третьем вопросе он вдруг «подменяет» короля и королеву их карточными двойниками и вручает бразды правления монархией валету.

Трудно, разумеется, поверить, что есть ученики, знакомые с картами ближе, чем с традициями наследования трона.


Но вот реальный случай из жизни строителей, описанный в сатирическом журнале. Бригадиру надо было поправить балконную стойку, покривившуюся на самом видном месте.

Он влез туда с молодым рослым парнем, новичком на стройке, поддел стойку ломом и приказал:

– Бей но ребру!

Парень удивился и спросил:

– Ты что, с ума сошёл?

– Бей по ребру! – закричал бригадир и добавил несколько «разъясняющих» слов. Тогда парень размахнулся и ударил бригадира кувалдой по рёбрам. Бригадир птицей полетел с третьего этажа, к счастью, в сугроб.

Суд новичка оправдал, а в частном определении указал: «Прежде чем отдавать команды, надо объяснить, что они означают». Вполне логичный совет.

– Джексон, что случилось? – спрашивает поручик идущего по двору казармы рядового Джексона с загипсованной рукой.

– Я сломал руку в двух местах, сэр.

– Впредь избегайте этих мест, Джексон.

Двусмысленный диалог, в котором места переломов на руке смешиваются с местами на территории, где это случилось.

Многозначными могут быть не только отдельные слова или части фраз, но и целые фразы. Историк Геродот рассказывает, как лидийский царь Крез вопрошал божество в Дельфах, начинать ли ему войну с Персией, и получил ответ: «Если царь пойдёт войной на персов, то сокрушит великое царство». А когда разгромленный и попавший в плен Крез упрекнул дельфийских жрецов в обмане, они заявили, что в войне действительно сокрушено великое царство, но не Персидское, а Лидийское.

Изречение Ф.Гойи, начертанное на одном из его офортов, «Сон разума рождает чудовищ» стало знаменитым.

Оно допускает два разных истолкования. Разум, когда он бодрствует, преграждает путь чудовищам; когда разум спит, они, пользуясь отсутствием противодействия, выходят на свет. И совсем иное истолкование: сам разум в кошмаре сна рождает мерзких призраков и чудовищ, одолевающих человека; человек не способен прийти к согласию с миром, пока не отыщет покоя и согласия с самим собой.

Поэт Н.А.Некрасов давал такой совет: Правилу следуй упорно:

Чтоб словам было тесно, а мыслям просторно.

Смысл этого правила, всем известен: необходимо говорить немногословно, но речь должна быть богатой мыслью. Однако, если подойти к этому правилу казуистически, оно получит другое толкование. Тесно бывает тогда, когда чего-то много, а просторно – когда чего-то мало. Получается как раз обратный смысл – побольше слов, поменьше мыслей.

«Согласно философам эпохи Просвещения, – читаем мы в одной книге, – правом человека является то, чтобы право давало ему право воспользоваться защитой права, когда его право нарушается».

Здесь «право» означает как «право человека», так и «государственное право». Но путаницы из-за этого не возникает.

Одного человека, никогда не видевшего жирафа, долго уверяли, что у жирафа очень длинная шея. Но человек в это никак не хотел поверить.

– Не может быть – твердил он. – Никак не может быть.

В конце концов его повели в зоопарк, подвели к клетке с жирафом и сказали:

– Ну вот, видишь, какая у него шея? Человек всплеснул руками и воскликнул:


– Не может быть!

В двух разных ситуациях фраза «Не может быть» имела, очевидно, разные смыслы. До знакомства с жирафом она означала, что животное с такой длинной шеей не может существовать. После того, как человек увидел жирафа и вопрос о его существовании отпал, «не может быть» означало уже уверенность в том, что такое длинношеее животное неестественно, поскольку не имеет того обычного вида, который присущ животным.

Козьма Прутков советовал: «Если видишь на клетке слона надпись „буйвол“, не верь глазам своим». Однако остаётся неясным, чему именно не следует верить. Не верить надписи на клетке и не считать слона буйволом или же, наоборот, не верить тому, что видишь в клетке, а верить надписи и считать слона буйволом.


Гость, приглашённый к физику Н.Бору, увидел прибитую над дверьми его дома лошадиную подкову.

– О, я не думал, что вы, человек науки, верите в предрассудки! – воскликнул гость.

– Очевидно, я в них не верю, – ответил Бор. – Но я слышал однако, что подкова приносит счастье независимо от того, веришь в это или нет.

Здесь хорошо видны два смысла фразы «Я не верю». И наконец, несколько не совсем серьёзных загадок, основанных на многозначности.

В комнате есть свеча и керосиновая лампа. Что вы зажжёте первым, когда вечером войдёте в эту комнату? Ответ: спичку.

У некоего фермера восемь свиней: три розовые, четыре бурые и одна чёрная. Сколько свиней могут сказать, что в этом небольшом стаде найдётся по крайней мере ещё одна свинья такой же масти, как и её собственная? Ответ: ни одна, поскольку свиньи не говорят.

Сколько лет отцу, единственному сыну которого исполнилось семь лет? Ответ: тоже семь лет, так как он стал отцом, когда родился его сын.

Действительно ли композитором надо родиться? Ответ: да, не родившись, невозможно писать музыку.

Ученик старшего возраста спрашивает малыша:

– Сколько будет пять умноженное на семь плюс два?

– Тридцать семь, – отвечает малыш.

– Ни в коем случае. Это будет сорок пять. А сколько будет пять умноженное на семь плюс два?

– Сорок пять.

– Неправильно. Это будет тридцать семь.

В выражении «пять умноженное на семь плюс два» не указана последовательность, в какой выполняются умножение и сложение Отсюда возможность двух результатов.

Учёные вымышленной страны Лагдо, описанной английским сатириком Д.Свифтом, избегали словесных изъяснений. Поскольку слова – это названия вещей, они объяснялись друг с другом, показывая соответствующие предметы. Словарный запас каждого мудреца зависел от вместимости его мешка.

Боязнь слов – это чаще всего боязнь многозначности обычного языка. Наивно, конечно, думать, что её можно избежать, не называя вещи, а показывая их. И вещи, и даже полное молчание столь же многозначны, как и слова.

В конце концов в обычных условиях многозначность опасна лишь для тех, кто не умеет должным образом обращаться с языком. Умелое использование способно превратить многозначность из опасного подводного камня в хорошее средство придания нашим мыслям и словам большей гибкости и выразительности.



***

Спасибо анонимному коллеге за ссылку.

Предыдущая часть здесь.



  • 1

Интересно, спасибо



Edited at 2017-04-30 22:10 (UTC)

Благодарю за понимание и поддержку.

  • 1