ss69100 (ss69100) wrote,
ss69100
ss69100

Categories:

Операция Цыганский барон — провалившаяся попытка уничтожить партизанское движение

«…Ты не жди, фашист, пощады!
За грабеж и за разбой
Пулемётом и гранатой
Рассчитаемся с тобой.

Немцев мы не раз уж били,
Но о том они забыли.
А на этот, видно, раз
Долго будут помнить нас».

Партизанская частушка

Партизаны во время Великой отечественной войны заставляли немецких оккупантов быть всё время настороже, не давая немцам покоя ни днём, ни ночью, создавая для них невыносимые условия.

Вечный страх внезапного нападения партизан преследовал немцев на всей временно оккупированной территории СССР. Немецкое командование вынуждено было выставлять охрану и разрабатывать планы карательных операций против партизан.

Первоначально командование тыловым районом 2-й танковой армии не проводило широкомасштабных мероприятий против партизан. В 1941 году партизаны ещё не беспокоили немецкий тыл так, как в 1942—1943 годах.

В первые недели оккупации Брянщины, вопрос борьбы с партизанами решался с помощью воинских частей действующей армии. Войска же, предназначенные для поддержания порядка, находились в Беларуси — в распоряжении командующего частями обеспечения тыла группы армий «Центр» генерала М. фон Шенкендорфа.

По состоянию на 2 октября 1941 года под его началом находились 707-я и 339-я пехотные дивизии, 1-я кавалерийская бригада СС, 221-я, 286-я и 403-я охранные дивизии (Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg. — Stuttgart, 1983. — Bd. 4. — S. 573.). Охранные войска появлялись по мере усиления партизанского движения.

Однако к весне 1943 года обстановка в оккупированных областях СССР стала выходить из-под контроля немецких органов, ответственных за поддержание «порядка и безопасности». Командование 2-й немецкой танковой армии в целях уничтожения очагов «бандитского сопротивления» не раз проводило карательные операции с привлечением фронтовых соединений.

Параллельно с этими операциями немцы провели в Беларуси и на Украине самую крупномасштабную и наиболее известную акцию против партизанского движения под кодовым наименованием Цыганский барон (Zigeunerbaron), о которой наша статья.

НЕМЦЫ ОБЕСПОКОЕНЫ ПАРТИЗАНСКИМ ДВИЖЕНИЕМ

По немецким источникам, в 1941 году против советских партизан действовало 78 специально выделенных батальонов. В 1942 году их было уже 140. В первой половине 1943 года — уже 270, а к концу года их было свыше 500.

18 августа 1942 года Гитлер, понимая, что партизанское движение вышло далеко за рамки незначительного локального фактора боевой обстановки, издал решительный приказ, получивший известность как Директива фюрера № 46. Приказ начинался следующим заявлением:

«Зверства бандитов на Востоке приняли такой размах, который является для нас неприемлемым, поскольку угрожает стать серьезной опасностью для тылового снабжения и эксплуатации оккупированных территорий».

Гитлер требовал покончить с партизанами до наступления зимы для того, чтобы

«не допустить серьёзных препятствий при проведении вермахтом операций в зимнее время».

Он назначил рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера ответственным за сбор и оценку информации о ходе антипартизанской борьбы; кроме того, Гиммлеру передавались все полномочия по организации операций против партизан на всех территориях, подчинявшихся гражданской администрации.

Гиммлер и Гитлер

Гитлер назначил начальника штаба ОКХ ответственным за проведение антипартизанских операций в прифронтовых районах, а также распорядился о том, чтобы резервные части, перебрасываемые на Восток, в качестве боевой подготовки задействовались для выполнения таких операций.

Сознавая, что партизанское движение нельзя обуздать одними только военными средствами, Гитлер в первый раз признал, что для успешного ведения борьбы с партизанами необходимо заручиться поддержкой населения на соответствующих территориях.

Для этого было необходимо, во-первых, обеспечить ему достаточный жизненный уровень, чтобы люди не уходили в партизаны, и, во-вторых, создать стимул для активного сотрудничества с оккупационными властями, назначив значительные награды за такое сотрудничество.

Кроме того, Гитлер впервые дал разрешение на формирование на оккупированных территориях частей по борьбе с партизанами использование в них местного населения из числа военнопленных. Помимо боевых соединений, расположенных непосредственно на линии фронта, в расположение немецкого военного командования были выделены охранные дивизии, части полевой жандармерии и тайной полевой полиции, а также полицейские подразделения из националистически и антисоветски настроенного населения СССР.

Осенью 1942 года русские добровольцы приняли присягу на верность фюреру. Вот каким был текст присяги в полку русских добровольцев «Вейзе»:

«Я клянусь перед Богом этой святой клятвой, что я в борьбе против большевистских врагов моей родины буду беспрекословно подчиняться верховному главнокомандующему всеми вооруженными силами Адольфу Гитлеру и как храбрый солдат в любое время готов отдать свою жизнь за эту клятву».

Численность полицейских формирований к началу января 1942 года составляла более 60 тысяч человек, что превышало вдвое состав немецкой полиции порядка, используемой на оккупированной территории.

Генерал вермахта Штейфон обходит строй солдат Русского Корпуса, интегрированного в вермахт, 1943 год

Для уничтожения партизан были созданы и так называемые ягдкоманды (истребительные команды). Их структура давала возможность бороться против партизан весьма ограниченными силами. Они применялись чаще всего для проведения разведки боем. Численность их колебалась от взвода до роты.

Главное в их тактике — скрытное продвижение, позволяющее как можно ближе подойти к партизанам, внезапно атаковать их и постараться уничтожить. К формированию «истребительных команд» или «охотничьих» (jagdkommando, zerstorungskommando) немцы приступили осенью 1941 года.

Несколько позже была утверждена инструкция, согласно которой в команды «охотников» следовало отбирать опытных, бесстрашных и хорошо подготовленных солдат и унтер-офицеров, способных успешно действовать в любой обстановке. В ягдкомандах служили, главным образом, штрафники.

От этих людей не требовалась хорошая военная подготовка. В таком деле необходим был инстинкт, навыки человека, близкого к природе, поэтому предпочтение отдавалась военнослужащим, работавшим до войны егерями и лесниками.

Ягдкоманда (Jagdkommando), Курская область, январь 1943 год

Ягдкоманды применили против партизан их собственную тактику. Они скрыто выслеживали советских патриотов и внезапно атаковали их с близкого расстояния, расстреливали или захватывали пленных (языков) — словом, действовали так, как действуют охотники. На исходный рубеж в район предстоящей боевой операции команда могла выходить самостоятельно или её доставляли в кузовах машин, плотно закрытых брезентом.

Высадка обычно производилась на ходу, на участке дороги, закрытом от дальнего наблюдения густой растительностью, складками местности, полуразрушенными строениями и т. д. Боевые группы команды, как правило, передвигались в ночное время, а днём личный состав отдыхал, тщательно замаскировав своё место стоянки. Чтобы исключить внезапное нападение противника, выставлялись боевое охранение и наблюдатели.

«Охотники» совершали нападения и на крупные партизанские колонны. Замысел таких нападений заключался в том, чтобы сорвать ту операцию, для осуществления которой колонна выдвигалась на исходный рубеж. Неожиданный огневой налёт из засады (длительностью 10—15 секунд) выбивал командиров и пулеметчиков, заставлял партизан тащить назад в лагерь раненых. К тому же исчезал фактор внезапности, в результате им приходилось отказываться от намеченной операции. Один из бойцов ягдкоманды вспоминал после войны:

«Охота на партизан продолжалась два-три дня. Мы прочесывали местность и всякого, кого встречали в лесу, будь он с оружием или без оружия, обычно убивали без следствия и суда».

Ягдкоманды постоянно контактировали с армейскими частями, что позволяло быстро и своевременно организовывать операции против народных мстителей. Наиболее успешно «охотники» действовали весной — летом 1944 года, во время проведения крупных антипартизанских акций («Моросящий дождь», «Ливень», «Праздник весны», «Баклан» и др.) в Беларуси, в результате которых партизаны понесли самые большие потери за всю войну.

Тем не менее, несмотря на профессиональную подготовку, «охотничьи команды» вермахта и нацистских спецслужб не смогли кардинальным образом изменить ситуацию на фронте борьбы с советским партизанским движением.

Для усиления борьбы с партизанским движением и советской разведкой в оккупированных районах нашей страны наряду с управлениями полиции безопасности и СД в марте 1942 года был создан специальный орган Зондерштаб «Р» (Особый штаб по России).

В его задачи входило выявление дислокации партизанских формирований, их руководящего состава, численности, партийной прослойки и совершение террористических актов в отношении командно-политического состава. Возглавить структуру поручили Б.А. Смысловскому, которому присвоили звание майора.

На фото: Б.А. Смысловский со своими коллегами по абверу (второй справа за столом), 1942 год

Мобилизационный отдел ОКХ уже долгое время пытался довести до сведения командования, что Германия не обладала достаточными людскими ресурсами для ведения эффективной борьбы с партизанами только своими силами.

Однако, независимо от того, что говорилось в Директиве фюрера № 46, Гитлер не отказался от своих планов свести русское население до положения рабов и подвергнуть его самой безжалостной эксплуатации.

Как следствие, он отказался предоставить достаточные стимулы для обеспечения настоящей поддержки немецких властей. К тому же, по мере того как год близился к завершению, русские люди всё больше начинали понимать, что шансы Германии одержать победу стремительно падают. Отнюдь не идеализируя немецкую армию и своих товарищей из СС и СД, гестаповцы предупреждали:

«Необходимой предпосылкой борьбы с партизанами является пресечение всех актов произвола и бессмысленной жестокости по отношению к русскому населению. У многих солдат хождение с дубинкой, которую они пускают в ход при первой возможности, стало чем-то само собой разумеющимся…

Доверие русского населения к немецкой армии, являющееся необходимым условием для умиротворения страны, может укрепиться только в результате справедливого обращения, энергичного проведения хозяйственных мероприятий, целеустремленной и близкой к жизни пропаганде и действенной борьбе с бандитизмом…»

Но при этом отнюдь не отвергались пытки и репрессии по отношению к партизанам или к тем, кого только подозревали в принадлежности к ним или к подпольным просоветским организациям.

Германская разведка и гестапо уделяли большое внимание работе внутри партизанского движения. Начальник тылового района Северного фронта в сентябре 1941 года требовал

«создать широкую сеть секретных агентов, хорошо инструктированных и знающих ближайшие пункты явок. Создание этой организации является совместной задачей дивизий охраны тыла и тайной полиции».

В партизанские отряды засылалась агентура из числа предателей Родины с задачей разложения их изнутри, проведения террористической и диверсионной деятельности. Часто группы агентов под видом партизан или разведчиков Красной Армии, снабженных подлинными документами и радиоаппаратурой, забрасывались в партизанские соединения для выявления мест их расположения.

Боевые операции против партизан зависели от разведданных, в большинстве случаев добытых агентурным путём.

В особых указаниях по борьбе с партизанами, а их в разное время было издано немецким командованием несколько, 11 ноября 1942 года, 10 февраля 1943 года и 1 апреля 1944 года, говорилось, что

«облавы против партизан без агентуры и проводников всегда будут безрезультатными, поэтому их следует предпринимать только с использованием агентуры».

Как только численность партизан в партизанском крае достигала 5 — 10 тысяч или более, они становились неуязвимыми для операций, проводившихся против них силами местной полиции.

А поскольку немцы редко могли позволить себе выделить крупные силы регулярной армии для проведения масштабных антипартизанских операций, партизаны могли чувствовать себя в относительной безопасности. Карательные операции немцев, проводившиеся против партизан, отличались особой жестокостью.

Немцы относились к участникам партизанского движения как к обыкновенным бандитам, поэтому пленных партизан ждала только смерть — расстрел или виселица. В свою очередь, это вызывало ответную реакцию со стороны партизан. Немцы совместно с «полицаями», а иногда и с регулярными войсками устраивали крупные антипартизанские операции, в которых гибло много мирных жителей.

Крупные силы немцев и коллаборационистов прочёсывали лес и уничтожали всё живое. Лишь некоторых оставляли, для угона на работы в Рейх. Считалось, что человек ушедший в лес или оказавшийся в деревне или даже районе, контролируемом партизанами, будь он даже без оружия, автоматически становился врагом Рейха, на что были соответствующие приказы.

Мол, «хороший человек» в лес не пойдёт, он либо сам партизан, либо из семьи партизан. Кроме этого гитлеровцы формировали из изменников родины лжепартизанские отряды, которые занимались всяческой дискредитацией советских партизан.

Агитационный плакат на украинском




Молодёжная аналитическая группа


***

Источник.


Tags: Белоруссия, МАГ, Отечество, СССР, война, войска, история, народ, патриот, советский, статистика, фашизм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments