мера1

ss69100


К чему стадам дары свободы...

Восстановление смыслов


Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Госдолг Беларуси достиг критического максимума-2
мера1
ss69100

БОЛЬШОЙ ВНЕШНИЙ ДОЛГ — ВОЗМОЖНОСТЬ ПОТЕРИ СУВЕРЕНИТЕТА СТРАНЫ

В статье «Суверенитет России — реальность или миф?» (http://inance.ru/2017/03/suverenitet-rossii/) приводится такое понимание суверенитета:

«Суверенитет государства — это реализованная способность государственной власти осуществлять полную функцию управления в согласии глобальной, внутренней и внешней политики государства».

Имеют ли представление чиновники, предприниматели, представители некоммерческого сектора и СМИ, просто обыватели о полной функции управления? Понимают ли — что такое действительный суверенитет? Большой внешний долг свидетельствует о том, что на экономическом уровне суверенитет Беларуси обеспечивается не в полной мере.

А как дела обстоят на других приоритетах обобщённых средств управления обществом?

Избавлена ли Беларусь от наркотического геноцида алко/табачной мафии на пятом приоритете? Нет. Основные меры по преодолению данной проблемы предпринимаются зачастую самим обществом (через развитие разнородных общественных инициатив, народных движений, но не через системную государственную политку отрезвления населения).

Беларусь, как и Россия, по-прежнему не обладает суверенитетом на четвёртом приоритете. Экономика России и Беларуси по-прежнему под внешним управлением ростовщической транснациональной банковской мафии (политкорректно: совокупной банковской корпорации), хотя предпринимаются коллективные попытки отстроиться от долларовой системы, как её проводника.

На третьем приоритете — по-прежнему беспредел либеральных СМИ, мракобесие ряда идеологий и вероучений. Различные технологии, ГОСТы и ТУ принимают заведомо с вредом для здоровья живущих и будущих поколений. Тут ещё очень много работы.

На втором приоритете — по-прежнему фальсифицируется история государств, не публикуются документы, которые давно должны быть опубликованы, подобно материалам комиссии А.П. Покровского (Россия), хотя тут кое-какие подвижки есть.

На первом приоритете — неспособность освоить методологию, необходимую для осуществления управления по полной функции. Отсюда и невозможность и нежелание обеспечить суверенитет по всем приоритетам. К тому же образовательные стандарты настолько безбожно устарели, что говорить об адекватной науке и системе образования, особенно в гуманитарной сфере, не приходится.

Однако, эта оценка состояния государства и правящих «элит», а как эта проблематика осознаётся в целом в обществе? А она востребована некоторой долей молодёжи по их собственной инициативе, а не по принуждению старших или под давлением системы образования, которая занимается пропагандой ссудного ростовщического капитала.

ПРОПАГАНДА ЗАПАДНОГО ССУДНОГО ПРОЦЕНТА

Какое экономическое образование получает молодёжь в ВУЗах, какие знания получает в области финансово-денежной политики, в том числе и по учебникам, чтобы в дальнейшем стать грамотным управленцем?

Что касается наших учебников по «экономике», то при описании функций и роли кредита в экономике в них преобладает мажорный тон и используются стандартные фразы о «о важной роли кредита в обеспечении общественного воспроизводства», о «вкладе кредита в повышение благосостояния населения», о «стимулирующем воздействии кредита на научно-технический прогресс» и т.п.

Вот что пишет российский учёный В.Катасонов:

«Чтобы быть уверенным, что я не ошибся в перечислении «добродетелей» кредита, беру с полки (наугад) один из учебников («Деньги, кредит, банки»: Учебник. Под ред. проф. Г.И.Кравцовой. Мн.: БГЭУ, 2003) ), написанный коллективом авторов Белорусского университета (полагаю, что Белоруссия — это не «заграница», а «наши люди») и читаю следующее:

«Роль кредита в повышении жизненного уровня населения. Значительный социальный потенциал кредита раскрывается во многих аспектах его функционирования:

• благодаря кредиту повышается эффективность общественного воспроизводства, а значит, более полно удовлетворяются потребности общества, растёт жизненный уровень;

• являясь одним из факторов внедрения прогрессивной техники и технологии, кредит способствует замещению тяжелого и малоэффективного труда, росту производительности общественного труда и, в конечном счёте, доходов населения;

• « кредит положительно воздействует на состояние потребительского рынка в соответствии с приоритетами социальной политики… ;

• большое социальное значение имеет потребительский кредит, способствующий более быстрому росту реального жизненного уровня населения» (с.25б).

Комментарии, полагаю, излишни. И далее в таком же духе десятки страниц…».

Наши учебники по экономике формируют у студентов превратное понимание многих других вопросов, касающихся современной финансовой и денежной системы. Так, авторы почти в один голос говорят о банках как «финансовых посредниках», которые выполняют функцию «перераспределения капитала» между отраслями, рынками, отдельными компаниями и т.п., «способствуя формированию оптимальных пропорций воспроизводства». Звучит красиво: «финансы поют романсы».

Только после таких «романсов» у молодых людей появляется представление, что банки лишь берут деньги у одних лиц (физических, юридических) и передают эти деньги другим лицам. Т.е. банки — лишь «посредники», причём «белые и пушистые», трудящиеся исключительно для общества. А о том, что банки «создают» новые деньги, причём немалая часть этих денег оседает, в конце концов, в этих же банках, из учебника понять не может даже умственно продвинутый человек.

В учебниках также озвучивается бредовая идея, что банки «участвуют в создании общественного продукта». Однако никто не видел ни одного «банковского продукта», который бы можно было использовать для удовлетворения естественных потребностей человека. Такие «банковские продукты» нельзя есть, одевать, использовать в быту и в производстве. Разве что для растопки камина или печки — если «продукт» имеет бумажную основу.

В советских ВУЗах не всё было плохо: нам правильно объясняли, что банковская деятельность относится к сфере обращения, что банки новой стоимости не создают, а лишь участвуют в перераспределении общественного продукта, созданного трудом людей, занятых в промышленности, строительстве, сельском хозяйстве.

Сегодня Федеральная служба государственной статистики Российской Федерации (Росстат) пыжится, пытаясь обосновать на основе «методических рекомендаций МВФ», каким образом в стоимостной оценке произведенного валового внутреннего продукта (ВВП) России несколько процентов приходится на банки. Надо же как-то обосновать «общественную значимость» ростовщиков! Та же ситуация и в Беларуси.

Для того, чтобы у читателя не закралось сомнения в том, что банки — «белые и пушистые» существа, авторы учебников не жалеют своих сил, Так, они усердно разъясняют, что между теми мрачными субъектами, которые в Средние века назывались «ростовщиками» (достаточно вспомнить кровожадного Шейлока из «Венецианского купца» Шекспира), и сегодняшними «цивилизованными» банкирами (которые ходят в галстуках и пользуются компьютерами), существуют «принципиальные различия».

Нас убеждают, что «современный банковский кредит» — это совсем иное, чем «ростовщический кредит».

«Ростовщический кредит, — как пишут авторы одного учебника, — обычно рассматривается как исторический предшественник банковского кредита. Его характерными признаками являются сверхвысокие процентные ставки и использование на потребление или для выплаты долгов» — Финансы, деньги, кредит: Учебное пособие. Под ред. Е.Г. Черновой. — М.: ТК Велби, 2004, с. 80.

Но разве мы не видим, какие ростовщические проценты «закручивают» сегодня наши «цивилизованные» банкиры? Разве банки не дают кредиты «на потребление и для выплаты долгов»?

Вспомним, как ещё в первой половине 2008 года (до начала кризиса) банки раздавали деньги направо и налево, и им было наплевать, на какие цели клиенты их будут расходовать (лишь бы было обеспечение). Все эти «умствования» авторов учебников преследуют цель создать «ореол святости» вокруг современных ростовщиков, которые якобы «порвали» со своим «тёмным прошлым».

Речь идёт не более, чем о смене «вывесок» (раньше были «убийцы», теперь их стали называть «киллерами»; раньше были «проститутки», теперь он стали «путанами» и т.п.), для того, чтобы сделать привлекательными для молодёжи «социально значимые профессии» эпохи «денежной» революции.

Уж если говорить всерьёз об изменениях уровня ссудного процента при переходе от Средних веков к Новому времени, то действительно, следует признать тенденцию снижения ставки процента. Однако это было обусловлено не тем, что ростовщики стали «другими», что они перестали быть «ростовщиками», а тем, что резко увеличилось предложение ссудного капитала. Особенно после того, как ростовщикам удалось легализовать частичное резервирование своих обязательств.

И сегодня мы видим, что при любой возможности (нарушениях баланса спроса и предложения на рынке ссудного капитала) «цивилизованные» банкиры перевоплощаются в Шейлоков и Гобсеков.

Многие фразы и даже целые страницы наших учебников по «экономике» похожи на «приветствия трудящимся» по случаю празднования очередной годовщины победы «денежной революции». Подобное «нейро-лингвистическое программирование» сознания студентов «профессиональными экономистами» необходимо банкирам для закрепления завоеваний «денежной революции».

В конечном счёте, самым ценным ресурсом «рыночной экономики» является не нефть, не земля и даже не деньги. Самый ценный ресурс для ростовщиков — дурак, т.е. человек, который не понимает, в каком мире он живёт. Такого человека можно обманывать, эксплуатировать, использовать «втёмную».

Ростовщики рассуждают так: в жизни дураками рождается ничтожно малое количество детей (доли процентов); значит, надо сделать так, чтобы их стало много. Вот и создан «конвейер», на котором налажено массовое производство дураков.

Производство организовано в школах, колледжах, институтах, университетах. Основной инструмент производства — учебники по «экономике», написанные «профессиональными экономистами» в духе mainstream. А потом такие горе-специалисты приходят во власть, отчего страдает общество, поскольку эти специалисты не владеют основами комплексного системного управления страной.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В Беларуси пороговым значением для экономической безопасности считается уровень внешнего госдолга к ВВП 25%, а внутреннего — 20%, а также платежи по обслуживанию госдолга — 10% доходов республиканского бюджета. Приемлемы ли эти параметры для страны?

«Порог» зависит не только от экономики, но и от политической системы. Если меняется система принятия решений или налоговое законодательство, то моментально меняется «порог», не говоря уже о том, что всё это вместе зависимт от глобального финансового климата. Скажем, в России в 1998 году это произошло сразу после резкого упрощения налоговой системы, когда она стала работать лучше.

Ещё одна переменная — отношение выплат к бюджетным расходам. Когда значительная их часть уходит на обслуживание долгов, то это существенно отражается на доходах, инвестициях и потреблении. Это не слишком заметно, если численность населения и экономика в целом растут.

Но в условиях демографического и экономического спада, рост долгов и объём выплат способны серьёзно усугубить ситуацию. Тогда нынешние 10% через 3—4 года вырастают вдвое. А если они остаются на уровне 10% или падают, это замечательно.

Беларусь сейчас в таком цикле, когда должна брать в долг, а не выплачивать. Поэтому, если долг поднимается чуть-чуть в ближайшие 2 года — это небольшая проблема. Если рост приходит на какой-то нормальный уровень, заканчивается сокращение экономики, если страна выходит на средний уровень роста в регионе, то хотелось бы, чтобы долг не рос.

То, что мы хотим видеть: в случае нормального роста долг не растет. Если падает — хорошо, а если страна растёт в плане численности населения, то постоянный долг, как учат современные экономисты, — это совершенно нормально, т.к. в следующем столетии он делится на большее количество людей.

То, что мы передаем внукам, это то, что мы получили от своих дедушек и бабушек. Но экономисты, всё же добавляют, что «главное — не забывать, что когда начинаются хорошие времена, то долг надо погашать».

На наш взгляд, экономическая система может и должна быть без ссудного процента и ростовщических долгов. При этом долги по каким-то проектам и отраслям, конечно, могут быть, но не должно быть такого, чтобы вся экономика становилась долговой — построенной на благополучии будущих поколений.

Извечный вопрос: Что делать и как снизить госдолг?

Долговую нагрузку на экономику Беларуси получится снизить тогда, когда эффективно работающие предприятия смогут обеспечить достаточные темпы экономического роста. Но для этого нужны реформы в реальном секторе — те самые, на проведение которых белорусское правительство уже брало деньги и у МВФ, и у ЕФСР.

Ещё один вариант, прямо связанный с предыдущим, — снижать фискальную нагрузку на экономику. Но решение вопросов о сокращении налогов и вообще о значительном стимулировании бизнес-активности в стране белорусский президент пока отложил на октябрь.

«Валютные обязательства Беларуси в 2018 году составят порядка 2,5 млрд долларов, около 1,6—1,7 млрд планируется рефинансировать», — сообщил первый заместитель министра финансов страны Максим Ермолович.

Он также отметил, республиканский бюджет на 2018 год сформирован с профицитом в 500 млн рублей, весь объём профицита Минск рассчитывает получить за счёт поступления в бюджет экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты. То есть рост экономики и возможность гашения госдолга Беларуси зависит напрямую от экономики России и ЕАЗС.

Ну и самый тяжёлый, долгий, но зато наиболее эффективный путь — это изменить финансовый климат планетной экономики, что, конечно, неподъёмная задача для такой небольшой экономики, как белорусская, но зато вполне подъёмная для союза стран. Не зря же в ЕвразЭС планируется введение единой валюты к 2025 году, а сам Евразийский Союз имеет тенденцию к расширению.

Ничего не может быть приоритетнее для любого государства, чем возможность свободно распределять свои ресурсы, более или менее согласовываясь с пожеланиями своего населения.

Всему этому могут положить конец высокие долги, которые напрямую угрожают способности правительств контролировать свои бюджетные приоритеты. Именно эту проблему необходимо решать в срочном порядке властям Беларуси.

ИАЦ

***



Источник.


  • 1
(Анонимно)
то рухнет первый, Беларусь или США????

США конечно. Белоруссии это небольшая страна и не может рухнуть. Она может быть оккупирована НАТО или воссоединится с Россией.

(Анонимно)
Оккупировать Беларусь невозможно.
Там всегда партизаны.
Пусть выбирают, или Россия, или рухнут вместе с США.

Партизаны без внешней поддержки быстро локализуются и уничтожаются.

(Анонимно)
то рухнет первый, Беларусь или США????

  • 1
?

Log in

No account? Create an account