ss69100 (ss69100) wrote,
ss69100
ss69100

Categories:

До чего доводит христианство... или Осторожно, Дугин!

Филосов и публицист Александр Гельевич Дугин „воцерковился в лоне Русской Православной Церкви”, „стал с 1998 года прихожанином единоверческого храма Михаила Архангела  Русской Православной Церкви в Михайловской слободе”.

И с каждым годом публикации Дугина становятся всё менее и менее значимыми и актуальными.

Хотя  ещё года 3-4 назад читать его было достаточно интересно и полезно.

Одна из последних работ Александра Гельевича опубликована на сайте Изборского клуба. Её сложно обойти вниманием, настолько она... оригинальна.

Желающие ознакомиться с полным текстом найдут её здесь, а мы лишь дадим несколько выдержек из статьи с минимумом комментариев. С минимумом, ибо многое в авторском исполнении и так достаточно красноречиво.

Начнём, как говорится, с начала.

„Иногда можно услышать от критиков укоры в том, что Четвертая Политическая Теория не дает позитивного образа будущего, оперируя с тем, что многим представляется «абстракциями». Я хотел бы откликнуться на эту критику, и изложить то, как я вижу будущее.

Нижеследующее есть, однако, не более, чем научная метафора. Вот каким должны стать общество и мир, после победы или даже в самом ходе борьбы за Четвертую Политическую Теорию.
Общество должно строиться в форме иерархии на основании эйдетически-экзистенциального принципа, т. е. в основе иерархического критерия должна быть положена мера интенсивности проживания эйдетического бытия. Это есть не что иное, как различные этажи или градусы экзистирования Ангелов.

Надо принять как догму: люди не живут – Ангел живет сквозь нас, и чем ярче и интенсивнее он живет, тем выше иерархический уровень того, сквозь кого он живет, и соответственно, тем меньше в том, сквозь кого он живет, индивидуального начала.

Ангел и эго присутствуют в человеке в обратной пропорции: чем больше Ангела, тем меньше эго. Чем скромнее и аскетичнее человек, чем меньше в нем индивидуального, тем выше он занимает пост в истинной иерархии.

В самом высшем из людей вообще не должно быть ничего индивидуального, эгоистического и материального. Собственное должно быть стянуто к минимуму, свернуто.

Монашество здесь антропологический образец.”
Уже достаточно спорно, ибо Дугин предлагает в качестве идеала полный аскетизм. Однако представители монашества не дали обществу избыток нравственных и полезных людей; избыток по сравнению с немонахами.

Более того, подобный аскетизм - это крайность, т.е. проявление экстремизма, пусть и с благими намерениями. А любой экстремизм разрушителен для человека и губителен для общества.

Нужны примеры? Пожалуйста: мать, любящая до умопомрачения собственного сына. Контролирующая каждый его шаг, сдувающая с него пылинки, избегающая малейшего потенциального риска. Какой мужчина вырастет из подобного тепличного ребёнка?!!

Можно и пример из общественной жизни привести. Скажем, вполне справедливое и понятное желание Гитлера принести счастье чистокровным арийцам при использовании крайних методов привело к крушению Германии. Где они, эти истинные арийцы, полурастворённые в африканских и азиатских мигрантах?!!

Из этих двух очевидных примеров понятно, что нужны не крайности, а чувство меры.

Но давайте вернёмся к „научной метафоре” Дугина.

„Итак, во главе стоит царь-философ, он соответственно представляет собой существо, в котором вообще нет индивидуальности, царь-философ, философский царь, который уже ничем, по сути дела, от воплощения этого персонального Ангела не отличается. Это вид как таковой.”


Чувствуете, куда желает завести общество научная метафора философа? К созданию отдельных видов людей. Кстати, курсив в цитате выше - от Александра Гельевича.

Читаем ниже.

„Далее. Царь-философ окружен другими философами —  сакральными жрецами, которые ведут ангельское бытие, – это могут быть монахи, аскеты, созерцатели, грезовидцы, математики, люди, которые погружены в созерцание абсолютно бесполезного, никому не нужного.

Аристотель говорил, что есть полезное знание (φρόνησις), умножаемое с годами и максимальное в разумной старости, и бесполезное (σοφία), доступное сразу независимо от возраста, не приращаемое и не убывающее, служащее не чему-то еще, а самодостаточное и самоценное.

Для Аристотеля самым высшим и аристократическим является бесполезное знание, мудрость, σοφία. Властители Платонополиса должны быть софийными личностями.

Философы будут летать и кататься на дельфинах, которые тоже будут философами.
Над всеми будет парить Великий Ворон.”
Следующая каста - это берсеркеры, воины-бароны.

А вот ремесленники, оказывается будут вообще не нужны. Потому что „Третьей кастой станут Поэты и Крестьяне.”

Более того, учёный прописывает и порядки, которые будут царить в создаваемом им обществе.

„Увидев колос или осла, не говоря о хлеборобе или пастухе, все граждане Платонополиса должны будут приветствовать их пением.”


Интересно, а философ просчитал реакцию осла на возможные частые встречи с поющими ему ... согражданами в течение дня?

Это, конечно, забавляет, но вот уже раскрытие настоящих идеалов будущего человечества - это по-настоящему печалит.

„Во главе человечества встанут Хлеб и Вино.”


До чего же негативно действует на некогда невоцерковлённых людей принятая православная обрядность! Классическое „Хлеба и Зрелищ” значительно усилено православным философом до „Пожрать и Нажраться”, если отойти от норм метафорического научного языка.

К сожалению, печальные моменты в научной метафорике Александра Гельевича одним „Вином” не исчерпываются. Философ покусился на саму, веками отшлифованную народную мудрость: по одежке встречают - по уму провожают. В новом обществе будет действовать иное правило:

„По одежке встречают и по одежке провожают. Будет абсолютный культ одежды.”


Понятное дело, что уже процитированное выше создаёт почву для расцвета в обществе самого махрового либерализма.

„Плюральность типов политического и антропологического творчества должна поощряться.”


Или вот:

„Мораль изменится: слово «зло» будет исключено из лексикона и также все плохие выражения: вместо них будет введено градуальное понятие – «менее хороший». Менее хороший человек украл на базаре булку.”


Т.е. вор, как и любой преступник - хороший человек. Правда, менее хороший, нежели считающие его хорошим окружающие, но, тем не менее, всё же хороший.

Возвращаясь к одежде, отметим, что крестьянам вменяется новая обязанность: вплетать в обязательную бороду спелые колосья.

А вообще, не только крестьянам, но и всем остальным жителям общества, о котором мечтает Дугин, вряд ли можно позавидовать: сама суть человека, фактически, будет упразднена.

„Бóльшую часть времени люди будут проводить за тем, чтобы одеваться и переодеваться.”


Хотя поэтам повезёт больше чем крестьянам: первых будут обучать 10-15 иностранным языкам, а вот крестьян-кормильцев „вообще ничему не будут обучать, кроме босса новы и танго”.

Заканчивается же статья вполне здравой фразой:

„Приблизительно такое общество и предлагается строить в качестве цели Четвертой Политической Теории.”


Не знаю, как вам, уважаемый читатель, но мне советский колхозник даже без вплетённых в бороду спелых колосьев на порядки ближе и понятнее, нежели дугинский крестьянин, умеющий танцевать танго...
*
P.S. Возможно, высокие материи философа мне, малограмотному по дугинским меркам советскому человеку, попросту недоступны для понимания. Так что прошу строго не судить.

Лишь отметим, что редакция сайта Изборского клуба, похоже, разделяет взгляды своего уважаемого члена.
*

P.P.S. Вторую же часть заголовка, очевидно, Александр Гельевич и читатели поймут по-разному...
***

Tags: Дугин, зло, империя, мера, народ, наука, общество, суть, теория, философия, церковь, человек
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments