ss69100 (ss69100) wrote,
ss69100
ss69100

«Контакт» на реке Арму (окончание)

...Клятва

Возвратившись в сферическую конструкцию, Загорелый поставил меня напротив и начал свои внушения. Я хорошо запомнил тот разговор.

– Не убивай! Строго начал он.

А я, балбес, возьми да спроси.

– Кого, людей или вообще?

– Ни-ко-го! Вперившись в меня своими немигающими глазами нараспев сказал он. - Ты должен поклясться, что больше никогда не возьмешь ружье!

И я, стоя на коленях, повторял слова клятвы, сказанные мне на ухо, а в голове эхом раскатывались слова - не убивай!, не убивай!...

Я снова был выведен из равновесия жестким и холодным поведением Загорелого и нервно дрожал. И тут меня словно прорвало. Я, словно в истерике, затараторил: - Зачем я вам нужен; зачем я дал клятву, что не буду никого убивать, почему, зная так много, вы не даете ответа, вы, наверное, Боги..., тогда кто я? – вопросы сами собой сыпались из меня, я задавал их и задавал, пока Загорелый не остановил меня, коснувшись моей головы.

– Ты еще не знаешь смысла жизни, а это значит, ты не знаешь себя, - спокойно сказал он.



Текст из тетради: «…мы корректируем динамику противоречий, нейтрализуя или активизируя их. Каждое существо, на вашей планете, рождается прикрепленным к оси иерархии для синтеза психических вибраций. В момент корректировки иерархия нестабильна и подвержена влиянию резонанса. Конфликт может привести к запредельному всплеску и трагедии.

Для регуляции процесса мы инициируем «доменов». «Домены» могут быть активными пассивными и нейтральными. Для выполнения своих функций они наделены колоссальной энергией, так как элементы внешних связей у них открыты. «Домены» являются двойниками «доноров», у них общие точки связи, поэтому, в момент рождения «домена», мы вынуждены нейтрализовать активность «донора»-производителя».

И, выдержав короткую паузу, продолжил.

– Ты «донор».

– А как ты узнал, что я донор?

– Мы это знали с самого начала. Если бы ты был «исполнителем», ты бы умер. Не каждый «диспетчер» может выдержать наше присутствие. Только «нейтральные» остаются в живых.

– Теперь вы будете у меня брать кровь? – обреченно спросил я.

– Мы уже взяли у тебя все, что нам нужно – ответил Загорелый.

Я тупо промолчал, сообразив, что с кровью это не связано.

Текст из тетради: «Знакомые слова обретали здесь иной смысл. Поначалу мне казалось, что все эти «доноры», «исполнители», «диспетчеры», «домены» и т.п., о которых говорил Загорелый, это люди живущие на Земле. Я даже спросил об этом, на что «бледный» ответил:

- «В процессе задействованы все уровни, включая живые организмы. Иерархия устроена таким образом, что, к примеру, «диспетчером» может быть что угодно, не только человек».

«Определение жизни очень условно и, как многие другие условности, /используемые людьми (пим. автора/, служит для ограничения разброса вариантов познания…».

– А рассказать о вас и обо всем этом я могу? – спросил я, ободренный тем, что эксперименты закончились.

– Можешь, это ничего не изменит. Только малая часть людей на Земле способна понять то, что ты видел и слышал. Остальные будут глухи и безразличны к твоим рассказам, в худшем случае твои «бредни» могут привести к агрессии, а это очень опасно.

– Почему малая часть и кто эти люди?

– Потому, что только миллионная часть, из всех живущих на этой планете, «регулировщики», остальные заполняют иерархию «исполнителей». «Регулировщики» есть везде. Под их влиянием активизируются все остальные.

– А «диспетчеры»?

– Для тебя это одно и то же. Иерархия «диспетчеров» объединяет все уровни системы.

Говорили они немного невнятно, а иногда их речь становилась словно пение цикад. Я снова спросил Загорелого, откуда они, на что он произнес какое-то невнятное слово, а «бледный» добавил, что это то же самое, что в нашем представлении Земля. Живут они, по нашим понятиям, рядом.

Текст из тетради: «Когда они разговаривали со мной, мне казалось, что я это уже где-то слышал. Во всяком случае, многие из слов и даже фраз, они взяли из прочитанных мной этим летом книг. Но смысл, который, как мне казалось, они вкладывали в свою речь, иногда не совпадал с произносимыми словами. Так говорят иностранцы или попугаи.

– Откуда вы знаете про психизм? Я недавно читал Пьера де Шардена, он также пишет о психизме, - спросил я «бледного».

- Общаясь с тобой, мы пользуемся только понятными для тебя терминами - тем языком, на котором ты говоришь, а наше общение, как ты заметил, построено на другом уровне вибраций...».

«Гармонические вибрации - основа всех процессов, это и материя, и память…».

«Вибрации позволяют создавать замкнутые цепи, объединяющие разные уровни запаздывания и синтезировать так называемые психические вибрации – основу разумной деятельности...».

– Почему же вы не установите с нами контакт? - поинтересовался я.

– Тебе это уже объяснили, - сухо добавил он.

Доказательства

Осмелев, я стал шарить глазами, ища какой-нибудь небольшой предмет, чтобы утащить его в качестве доказательства, но там ничего такого не было.

Наконец я увидел у проема небольшие камушки и, как бы невзначай, засунул один себе в карман. Потом, когда я показывал мужикам в качестве доказательства этот камень, меня подняли на смех.

– Таких камней мы тебе сколько хочешь наберем у дороги, нашел дураков.

И я его выкинул, а сейчас жалею. Было еще одно доказательство – небольшое красное пятно у меня на лбу, это когда меня «отключили», но оно через неделю бесследно исчезло.

В конце Загорелый сказал: - Жди, мы еще вернемся.

А «тощий» прочирикал.

- Это вы по незнанию думаете, что мы прилетаем с других планет. В действительности мир устроен иначе... Мы живем рядом с вами, вместе с вами и даже внутри вас. Хи, хи, хи, - рассмеялся он неестественным кукольным смехом.

Внезапно суета прекратилась, все словно куда-то ушли. Остались только двое «призрачных», как мне показалось тех же, что притащили меня сюда. Они подвели меня к моему погасшему костру. Один из них сказал.

– Назад смотреть нельзя, забирай свои вещи и уходи.

– Какие вещи? - спросил я озираясь.

– Эти.

На валежине, у погасшего костра, я увидел ружье, топорик, нож и рюкзак, словно их кто-то аккуратно сюда положил.

Помню как я, словно пьяный, карабкался через завал и, не удержавшись, все-таки оглянулся. Недавно яркая, фантастическая конструкция потускнела и, как мне показалось, стала проваливаться прямо в землю, словно мираж, растворяясь среди деревьев.



По дороге домой я решил однозначно - первым вертолетом улечу отсюда, да и вообще из Приморья смотаюсь. Однако судьба распорядилась иначе.

Я тогда долго, больше месяца, приходил в себя. Когда немного отошел, хотел все что видел записать, но не мог написать ни одного слова. Письма домой писал, а про это не мог. Только через год стало кое-что получаться.

Самое обидное было то, что рассказав друзьям о самых простых и, как я думал, понятных эпизодах той ночи, я ничего, кроме насмешек, в ответ не услышал. Ко мне стали относиться совсем по-другому, как к дурачку. А если бы я рассказал им все. Меня, как пить дать, отправили бы в психушку. Прав был Загорелый – меня никто не хотел понимать и никто, по настоящему, мне не верил.

Расплата

Я ждал их на следующий год, но никто не прилетел. Никого не было и через год.

А тут мужики в который раз на меня насели, ты, говорят, только тогда и освободишься от своих глюков, когда зверя убьешь.

Обида тут меня взяла. Столько времени я держу свою клятву, а они меня за дурака держат.

Ты бы знал, что мне пришлось перетерпеть за это время.

Поэтому-то я сдался тогда на уговоры мужиков.

- Хорошо, - говорю – принесу я вам мяса, но сам есть не буду.

И стал тут я сам себя распалять да подбадривать.

– Плевал, - говорю - я на этих инопланетян. Все равно больше никогда их не увижу. Забыли они меня, да и на кой ляд я им сдался.

Только я за ружье браться, а по телу вроде как дрожь пробежала. Не отпускает клятва проклятая. Ну, да ладно, думаю, будь что будет.

Встал я раненько, еще засветло, взял ружьишко да в тайгу. Отошел от сторожки километра полтора-два, там крутосклон весь в зарослях элеутерококка и аралии, одним словом чепыжник. Еле как продрался сквозь него. Выхожу на мысок, смотрю, а за валежиной медведь лежит. Не белогрудка – большой, бурый! Метров пятнадцать от меня, не больше. Прицелился, бах, чувствую, попал. Хорошо попал, медведь даже не пикнул. Вот думаю тебе и клятва, убил зверя как муху на стекле.

Подхожу, а он вдруг прыг на задние лапы и ко мне. Я, было, хотел бежать, а он наступил мне на ногу и не пускает. Схватился я его за его лапы и начали мы бороться. Так минут пять друг друга из стороны в сторону тягали. Он меня на полметра выше, когда на задних лапах.

Как-то странно он себя вел, стоит, головой крутит, смотрит на меня то одним, то другим глазом. А у меня почему-то страх исчез напрочь. Ничего, думаю, ты со мной не сделаешь. Может ты и не медведь вовсе. Решил я его по морде ударить, и ударил. А он освирепел, да как хватит меня за лицо и опрокинул.

Очнулся я на карачках, ничего не вижу, лицо огнем горит. Потрогал лицо, чувствую, дело совсем худо, порвал он меня крепко. Встал я на коленки, прижал руки к голове и давай хрипеть.

- Не хотел я его убивать, это они меня заставили. Помогите мне выйти отсюда.

Тут вдруг я увидел я луч света. Ни деревьев, ничего другого, только яркий луч. И снова я увидел себя как бы со стороны. Вот я взял в одну руку оторванный нос, в другую болтающийся глаз и пошел, не разбирая дороги.

Я хорошо помнил, по каким заломам и крутякам мне пришлось идти на это место, однако, возвращаясь назад, я ни разу не споткнулся, хотя ничего не видел, кроме яркого луча света.

После длительной паузы Виктор отрешенно добавил, - А ведь выбор у меня, тогда действительно был, не тронул бы я медведя, все бы было по-другому. Все сходится.

Из медицинской карты

Поступил 2 ноября 1994 года в 11-30 в тяжелом состоянии

Диагноз: укушенная рана с разрушением костей лицевого черепа

Была сделана операция 3 ноября в 12-00.

4 ноября в тяжелом состоянии отправлен санбортом во Владивосток.

Выписан с присвоением 2 группы инвалидности

Лечащий врач, делавший Виктору Ветчинникову операцию:

– Видеть он ничего не мог, т.к. один глаз был выдран полностью, а другой висел на зрительном нерве. Укушенная рана лица с повреждением костей носа и скулы вызвали обильное кровотечение. Без экстренной помощи такие травмы заканчиваются болевым шоком с потерей сознания и, как правило, приводят к гибели пострадавшего на месте трагедии.

Пришел я в себя уже во Владивостоке. Помню, в соседней палате девочка умерла от аппендицита, а я – покойник, выжил. Там, в больнице, мне стало спокойней на душе. Теперь у меня есть доказательства, что я с «Ними» встречался.

- Без посторонней помощи ты бы не смог выбраться из тайги, – сказал мне хирург, который меня оперировал.

Я теперь точно знаю, они где-то рядом..., - Виктор на какое-то время замолк, словно собираясь с мыслями и, со вздохом, продолжил, - Всегда рядом. Иногда я чувствую, что Загорелый стоит за моей спиной. Поначалу, я оборачивался в надежде увидеть своего мучителя, но всякий раз натыкался на пустоту. Я много раз попытался заговорить с ним, но он не отвечал. Прошлой зимой, перед новым годом, разговор все-таки состоялся. Если точнее, говорил он, а я, глядя в «живую» пустоту, молча слушал. Лишь иногда, я односложно отвечал на его странные вопросы. Загорелый начал с того, что…

В этом месте Виктор поперхнулся и замолчал.

Свидетели

Я прекрасно понимал, что рассказ Ветчинникова не вписывается в представление об окружающем нас мире и будет воспринят как очередная байка. Именно поэтому я постарался не включать совсем уж странные и непонятные места из его рассказа. Чтобы хоть как-то вывести сюжет из мира фантазий в мир реальный, в котором, собственно и произошли столь драматичные события, я опросил людей, знавших Виктора и работавших с ним в разные годы.

Анатолий Ткаченко



Ты знаешь, я думаю, он не врет, не из таких. Арминская партия стояла далеко от жилых мест, в горах и для пьянки там возможности не было. Помню, прилетели мы с Пряхиным в партию, а мужики нам говорят, что по приходу с солонца Лось «погнал» про зеленое свечение, про инопланетян, которые его пытали и заставили поклясться, чтобы он никого не убивал… После чего он действительно двое суток спал и не выходил из барака.

До этого был неплохой, удачливый охотник. А тут как обрезало. Мужики после его терроризировали, уговаривали пойти убить зверя. «Вот убьешь и сразу вся твоя шиза пройдет». А он только головой мотал, не соглашался.

Арминский участок – суровые, гиблые места.

Валерий Пряхин



Ветчинникова я знал неплохо. Он имел средне-техническое образование, лесной техникум и до экспедиции работал лесником где-то на Волге. В 1988 году устроился к нам канавщиком затем был переведен в топорабочие. Грамотный, трезвомыслящий, не болтун и не фантазер, не верил ни в Бога, ни в черта. Претензий к работе не было. Целое лето мы с ним из одного котелка питались.

Помню, наш рабочий встретил меня в Рощино - я тогда выехал на базу с нарядами - и говорит, твой Лось «погнал дуру» про инопланетян, надо его в психушку везти. Я вылетел в партию только через день. Захожу к рабочим в барак, смотрю, Витя мой испуганный на кровати съежился. А толпа балдеет. От него я тогда ничего добиться не смог. Вечером пригласили мы его в нашу «офицерскую» палатку и там, втроем, кое-как разговорили. Правда он нас предупредил, что если будем смеяться - уйдет.

А нам не до смеха, может действительно надо вывозить. Он сразу показал нам на карте, где с ним случилась эта история. Ключ называется Разлука, это приток ключа Вешнивецкого. Я хотел сходить туда, но на следующий день выпал снег. А в середине октября мы закончили на Арминском свои работы. Добираться туда сложно. Так и не довелось там побывать.

До этого случая, годом раньше, там работала бригада канавщиков, они-то и сделали в распадке ключа Веселого солонец, который нашел Виктор. С мясом у нас были перебои, а за рыбой мужики ходили аж на Валинку, это километров 15 – 20. Места там суровые, в июле в телогрейках ходили.

Нам он тогда рассказал следующее: Пришел на солонец. Заполночь замерз, развел костер «спиновать» до утра. Смотрю, говорит, друза звезд садится на сопочке за елками. От нее вдруг луч выдвинулся. Спрятался я за корч, но они меня все равно нашли. Хотел стрелять, но не дали. Некоторые из них как мы, а некоторые полупрозрачные.

Тем летом на ключе Веселом стояли лагерем канавщики. Геологом у них был Вадим Гуков. Они рассказывали, что две ночи подряд видели, как звездный клубок вертикально падал в район ключа Вешнивецкого. Мы, говорят, умные, не то что ваш Лось и болтать про это никому не будем.

Из рассказа Ветчинникова о том, что он видел в их корабле, я запомнил геометрические переливающиеся и мерцающие фигуры, которые показывали инопланетяне и то, что они ему строго настрого запретили убивать кого-либо. Как говорил Виктор, он стоял на коленях и клялся, божился, что больше ни одной птички не убьет. Конечно, все это очень странно, но я ему верю.

Вячеслав Теплоухов



Я лично знаком с ним не был. О его встрече с инопланетянами слышал, но посчитал это просто байкой. Ветчинников у нас работал хорошо и вальщиком, и раскряжевщиком, на все руки мастер. Жил он в балке на нижнем складе. Обычно он там оставался и на выходные, сторожить. В тот ноябрьский день 1994 года мы приехали на вахтовке на наш лесопункт, было начало десятого. И только мы вышли из вахтовки, смотрим, из тайги выходит человек, телосложением напоминавший Лося, с окровавленным, изуродованным лицом. Какие-то кровавые куски болтались из стороны в сторону, когда он передвигался. Ни в одном фильме ужасов такого не увидишь. Поначалу мы просто оцепенели. Когда опомнились и поняли, что это действительно наш рабочий Ветчинников, подбежали, а он, услышав наши голоса, рухнул без памяти. Затащили мы его в вахтовку и на всех газах в районную больницу. Я после этого еще несколько дней не мог прийти в себя. Жуткая была картина.

Послесловие

После выписки Виктор жил в селе Рощино, перебиваясь случайными заработками да пособием по инвалидности. Домой ехать наотрез отказался.

– Кому я там такой нужен, - говорил он своим немногочисленным друзьям.

Весной 2000 года Виктор Ветчинников исчез. В этот период он работал в одной из лесозаготовительных фирм сторожем. Приехав на участок, мужики помогли ему занести в сторожку рюкзак с продуктами. На следующий день его там не оказалось. Продукты и вещи остались нетронутыми. Даже бутылка водки, которую они засунули ему на прощанье в рюкзак, была на месте. Заблудиться там негде, местность открытая, дороги...

Анатолий Бирюков

Я перед последней поездкой Виктора заходил к нему в комнату, в общежитии. Посидели немного, пришел парень, шофер, говорит ему: «Поехали на смену, продукты уже купили». Виктор сторожил на Малых Сибичах.

Через день пришел от лесорубов мужик, спросил, не появился ли Виктор. Так я узнал, что он исчез. Он предложил мне посторожить, пока Лось не объявится. Я согласился.

На участке я оказался уже на третий день. Ну, думаю, все равно найду, куда ему деваться. Километров десять вниз и вверх по ручью прошел, безрезультатно. Даже если бы медведь задрал, все равно что-нибудь бы осталось. Да и вороны бы заорали. Дней шесть ходил, никаких следов. Тишина.

Пропал без вести…

…остались только конспект и старенькая тетрадка. Каждый раз, перечитывая записи Виктора, я нахожу что-то новое. Картины пережитых Ветчинниковым событий меняются, словно в калейдоскопе, поражая своей фантастической клочковатостью и недосказанностью. Местами они больше похожи на затейливый шифр, чем на записи воспоминаний. Я почему-то уверен, что у этой истории будет продолжение и самое интересное еще впереди.

В 2001 году я предпринял попытку добраться до описанных в повести мест. Но обстоятельства сложились так, что по непредвиденным обстоятельствам экспедиция была остановлена на полпути. Та же участь постигла и следующие мои попытки, но я не теряю надежды.

Все изложенные факты и события произошли в верховьях реки Арму, одной из самых прекрасных и таинственных рек Дальнего Востока, на территории, еще не раздавленной колесом цивилизации.


Ф. Крониковский.



***
Tags: НЛО, загадки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments