ss69100 (ss69100) wrote,
ss69100
ss69100

Categories:

Как ответить на стратегические вызовы? О мобилизационной повестке дня-3

Предлагаемый доклад представлен Изборскому клубу приятелем Березовского С. Батчиковым. Который ранее работал на Потанина.

Кандидат экономических наук предприниматель Батчиков, как и все современные экономисты (за редчайшим исключением), „подобно флюсу - крайне односторонен”.

Поэтому неудивительно, что в части экономического анализа он ориентируется на обласканное Западом светило в лике акад. Аганбегяна.

Тем не менее доклад представляет интерес с точки зрения изучения позиции и умонастроений капиталистов-государственников.

Кроме того, представленный доклад позволит читателю оценить как уровень понимания ситуации в стране и мире учёным экономистом, так и уровень экспертизы Изборского клуба.


*

Авторский доклад Сергея Батчикова Изборскому клубу.

...О социализации бизнеса

Сегодняшняя Россия, в которой доля среднего класса ничтожна и продолжает сокращаться, представляет собой два разных мира — мир трудно живущего в условиях падающих доходов большинства, в котором свыше 40% испытывает нехватку денег на покупку одежды, продовольствия и лекарств, и мир богатеющей год от года верхушки.

Эти два мира в реальной жизни практически не пересекаются, поскольку мир богатых
существует, по выражению академика Львова, в рамках «замкнутого контура жизнеобеспечения» — элитное охраняемое жилье, элитные загородные поселки, дорогие магазины, частные школы и т.д., и т.п.

Мир богатых относится к России как к второсортной стране и предпочитает значительную часть времени проводить на Западе, где уровень социального неравенства, создающий дискомфортную среду, существенно ниже.

Население, живущее на мизерную зарплату, отвечает «замкнутому контуру» взаимностью. Для большинства олигархи — это, если и не социальные враги, то, как минимум, люди из другого мира, с которыми не может быть никаких общих интересов. Демонстративное сверхпотребление богатой верхушки лишь усиливает антагонизм.

Перед государством сегодня в полный рост встала проблема снижения этого антагонизма и выработки государственной стратегии социализации бизнеса. Без восстановления социальной справедливости и установления хотя бы минимального доверия между гражданами и крупным бизнесом никакие общие задачи решать в стране невозможно и развитую экономику не построить.

Когда-то один из наших думающих олигархов сказал, что в результате проведенных «реформ» в нашем обществе не осталось счастливых людей: большая часть населения испытывает огромные каждодневные материальные трудности и просто выживает, прослойка среднего класса ничтожна мала, а крупный бизнес с его родовой травмой приватизации существует под постоянным стрессом — как сохранить свой капитал.

Население крайне негативно относилось и продолжает относиться к итогам приватизации. По данным социологических опросов около 90 процентов россиян считают, что приватизация проводилась нечестно, около 80% россиян выступают за полный или частичный пересмотр ее итогов.

Интересно, что мнение о нечестном характере приватизации разделяет 72%(!) предпринимателей.

Впрочем, удивляться особо нечему, достаточно вспомнить приватизацию практически любого предприятия
(так автозавод ЗИЛ, одно оборудование которого стоило более 1 млрд. долл., был продан за 4 млн. долл. — дешевле стоимости металлолома имевшегося оборудования) или историю мошеннических залоговых аукционов (сначала Абрамович приватизирует Сибнефть за 100 млн. долл., к тому же с использованием бюджетных средств, а через десять лет государство в лице Газпрома выкупает ее обратно за 13 млрд. долл.).

Нобелевский лауреат Джозеф Стиглиц не раз отмечал, что приватизация девяностых является корнем имущественного неравенства в России и призывал признать ее незаконность.

Экспертами и политиками выдвинуто много предложений по итогам приватизации девяностых. Так аналитик и политолог Михаил Хазин выступил с идеей принятия закона о люстрациях, констатирующего, что с точки зрения общественных интересов приватизация была преступным деянием.

Поэтому все люди, которые принимали в ней участие, в соответствии с предлагаемым законом не должны иметь права занимать государственные должности пожизненно, не могут получать государственные пенсии, только страховую, не могут участвовать в программах, предполагающих государственное финансирование.

Если они были бенефициаром приватизации, то в этом случае они не имеют права ни копейки получать из бюджета. Признание преступного характера приватизации и отстранение от любых государственных должностей главного приватизатора девяностых годов, несомненно, имело бы большое символическое значение для общественного мнения.

Не утихают дискуссии о необходимости пересмотра итогов приватизации. Опросы показывают, что число сторонников пересмотра с годами меньше не становится. Шесть лет назад накануне своего предыдущего президентского срока Путин призывал «закрыть тему приватизации 90-х годов», которая была «нечестной, прямо скажем».

В качестве возможного варианта решения этого вопроса Путин тогда назвал «разовый взнос» в пользу государства. С аналогичной инициативой выступали ранее депутаты Госдумы, предлагавшие взимать разовый налог с крупных состояний, созданных во время приватизации.

А еще раньше эту идею высказывал академик Николай Петраков. Идея «разового взноса» родилась из опыта других стран, где был введен так называемый windfall tax — налог на «доходы, принесенные ветром».

Так в Великобритании он был введен лейбористами в 1997 г. и представлял собой одноразовый сбор, который должны были выплатить предприятия, приватизированные в 1980-е годы при Тэтчер. Благодаря этому налогу правительству Блэра удалось пополнить казну более чем на 5 млрд. фунтов, которые были направлены на социальные программы.

В России, однако, обсуждение этой идеи прекратилось с окончанием предвыборной президентской кампании 2012 года. Подготовленный Счетной палатой доклад о нарушениях закона и моральных норм в ходе приватизации в Госдуме обсуждать не стали…

Справедливости ради надо сказать, что использовать опыт Великобритании и рассчитать одноразовый налог достаточно непросто. Правительство Блэра взяло за основу для расчета налога прибыль, которую компании получили в течение четырех лет после приватизации.

В российской практике установить эту прибыль будет крайне проблематично: она, как правило, выводилась за пределы РФ, и определить ее размер по серой бухгалтерии будет сложно.

Не избежать и многочисленных разбирательств в иностранных судах. Да и касался этот английский налог отнюдь не владельцев нефтеносных пластов, которые переданы в личное пользование олигархам лишь в России, да в восточных монархиях.

Помимо введения windfall tax высказываются и другие идеи. Отклик в России получила в частности «клятва дарения» (The giving pledge) — пропагандистская кампания, развернутая по инициативе американских миллиардеров Уоррена Баффета и Билла Гейтса, которые в 2010 г. призвали богатейших людей США официально объявить о намерении направить на благотворительность не менее половины своего состояния.

Сделать эти пожертвования миллиардеры могут как во время жизни, так и после смерти, внеся соответствующий пункт в завещание. Обещание нигде не фиксируется, не имеет юридической силы и представляет собой фактически джентльменское соглашение, гарантией выполнения которого является лишь репутация бизнесмена.

Сам Баффет передал в благотворительный фонд Билла Гейтса 37 из принадлежащих ему 44 млрд. долл. В завещании он указал, что его семья получит 1% его состояния, а остальное будет потрачено на благотворительность.

Инициативу поддержали Майкл Блумберг, Дэвид Рокфеллер, Марк Цукерберг и некоторые другие американские миллиардеры.

Первым из российских олигархов «клятву дарения» принес В. Потанин, заявивший в том же 2010 г. в интервью газете Financial Times, что все его капиталы пойдут на благотворительность. («Мой капитал должен работать на благо общества и продолжать служить достижению общественно важных целей», — процитировала Financial Times В. Потанина).

«Клятву дарения» поддержал в 2013 г. инвестор и основатель фонда DST Юрий Мильнер, публично взявший на себя обязательство пожертвовать на благотворительность не менее половины личного состояния.

В 2016 г. о решении направить практически все свое состояние на благотворительность заявил Михаил Фридман.

Чисто теоретически широкое участие в этой инициативе богатейших людей России могло бы дать значительно больший положительный эффект, чем разовый взнос. Однако пока о «широком участии» говорить явно не приходится, очереди из желающих не выстроились.

К тому же главный вопрос — о нелегитимности приватизации девяностых опять же не снимается. Все прекрасно понимают, что огромные состояния наших олигархов не были ими заработаны, а были получены в результате применения различных мошеннических схем в смутный для страны период.

И поэтому, если уж говорить о «клятве», то это скорее должна быть «клятва служения», а не «клятва дарения».

Для окончательного «закрытия» вопроса о нелегитимной приватизации девяностых государство рано или поздно будет вынуждено поставить олигархические корпорации перед выбором — либо системное решение социальных задач или иное использование всего капитала на благо общества, либо национализация.

Закрытие этого больного вопроса могло бы стать отправной точкой для реальной консолидации российского общества.

Санкционная политика Запада подталкивает к его скорейшему решению. Олигархи фактически уже поставлены выбором — либо договариваться с российскими властями, либо полагаться на милость западных партнеров, действия которых могут оказаться значительно более жесткими, чем задержание во Франции и помещение под домашний арест под домашний арест С.Керимова в ноябре 2017 г.

Первый тревожный сигнал для наших олигархов прозвучал в октябре 2012 г. на ежегодной встрече представителей Международного валютного фонда и Всемирного банка.

На этой встрече глава МВФ Кристин Лагард указала на необходимость экстраординарных мер в связи с тем, что долг промышленно развитых стран достиг 110% по отношению к их ВВП.

В качестве такой экстраординарной меры она указала необходимость конфискации «молодых денег», для чего потребуется создание соответствующей моральной атмосферы, позволяющей оправдать такую чрезвычайную меру.

Изъятие «молодых денег» (по оценкам экспертов, речь может идти о суммах от 20 по 34 триллионов долларов, заработанных в последние годы в России, СНГ, Бразилии, Индии и еще нескольких странах в основном нелегальным путем), по мнению Кристин Лагард, поможет решить целый ряд проблем мировой экономики.

Что касается юридического обоснования, то оно, можно считать, уже было обеспечено в ходе скандального процесса в Лондоне Березовский-Абрамович (по делу Сибнефти) в 2012 г., в ходе которого было установлено и широко растиражировано, что практически все российские капиталы девяностых годов являются «внелегальными», то есть (с точки зрения права) «криминальными» или «сомнительными». Би-Би-Си тогда назвала итоги процесса «плохой новостью для российского бизнеса».

Российские олигархи долгие годы рассматривали Великобританию как землю обетованную и все последние годы скупали там недвижимость.

Владельцы домов и квартир не платили налог на имущество, при этом цены на недвижимость непрерывно росли и увеличились в 2-3 раза за 10 лет. Наиболее распространенной формой владения активами были оффшорные компании, что позволяло скрывать истинных владельцев, а заодно экономить на гербовом сборе, на налоге с прироста капитала и на налоге на наследство.

Ситуация резко изменилась в апреле 2017 г., когда в Великобритании вступил в силу закон «О криминальных финансах». Аналогичный закон одновременно был принят и в США.

Теперь британские и американские суды имеют право направлять владельцам недвижимости, банковских счетов и другого имущества запрос «о состоянии имущества неясного происхождения». А владелец, получив такой запрос, обязан в течение 31 дня указать конечного бенефициара, объяснить происхождение средств, на которые была приобретена недвижимость и подтвердить уплату налогов в стране, резидентом которой он является.

Если запрашиваемые документы не будут предоставлены, дом, квартира или денежный депозит могут быть конфискованы в доход государства. Схожий порядок изъятия имущества или депозитов принят и в США.

Проверки и конфискации уже идут полным ходом, нет никаких сомнений, что рано или поздно придут ко всем. Принятые США и Великобританией законодательные акты частично дублированы Францией, Испанией, Италией и Германией. В Испании в 2016-2017 годах уже было проведено несколько «спецопераций» с арестами выходцев из СССР.

Британская The Guardian написала, что вскоре правительство Великобритании может объявить о возможной конфискации имущества российских олигархов и чиновников на территории Англии.

По данным издания недвижимости могут лишиться миллиардеры Алишер Усманов и Роман Абрамович, вице-премьер России Игорь Шувалов, упомянуты также Л.Блаватник и М.Фридман.

По мнению The Guardian, вклад российских олигархов в экономику Великобритании незначителен и акцентирован исключительно на дорогой недвижимости и предметах роскоши. Антироссийская истерия вокруг отравления Скрипаля, несомненно, ускорит процесс отъема денег.

Агентство национальной безопасности США как минимум с 2004 года контролирует все SWIFT-переводы и расходы по кредитным картам. Правоохранительные органы получили право контролировать все телефонные звонки и переписку при малейшем подозрении в уклонении от уплаты налогов.

Это означает, что при необходимости любые транзакции наших бизнесменов можно легко отследить, а потом начать задавать неудобные вопросы и оказывать психологическое давление — на какие деньги покупаются квартиры, на какие деньги учатся дети и т.д., и т.п.

Такая вот игра в кошки-мышки с прогнозируемым для мышки концом. Российские «мышки» пока еще надеются на собственную ловкость и полагают, что найдут с помощью адвокатов и налоговых консультантов куда бежать и где спрятать деньги (58% российских миллионеров имеют двойное гражданство, 45% рассматривают возможность отъезда на ПМЖ).

Но американский и английский законы уже предусматривают уголовное наказание за любую помощь в укрывательстве от налогов, отмывании денег и легализации доходов, полученных криминальным путем.

Пространство возможностей на «благословенном Западе» стремительно сокращается, а в конце тоннеля — снятие с самолета на каких-нибудь райских островах (американцы большие мастера подобных операций) и конфискация внелегальных «молодых денег» в доход государства, вероятнее всего американского. И моральные, и юридические основания уже подготовлены, процесс пошел. Кристин Лагард слов на ветер не бросает.

Впрочем, потеря награбленного — это далеко не все «приятные» новости. Шумиха в СМИ по поводу криминального происхождения денег, коррупционных схем и неуплаты налогов сделает наших олигархов на Западе не только «нерукопожатыми», но и париями.

В сложившейся обстановке для российских олигархов наступает время принятия решений. Оказавшись между молотом и наковальней, они, естественно, нервничают. Кто-то нанимает в США лоббистов, кто-то затаился и выжидает в надежде, что все рассосется, кто-то в январе перевел свои капиталы в Россию, а уже в феврале вывел обратно.

«XXI век станет временем жесточайшей борьбы за будущее, когда целые государства, этносы, культуры будут нещадно, без сантиментов стираться Ластиком Истории.

В этой борьбе выживут и победят сплоченные социальные системы, спаянные единым ценностным кодом, характеризующиеся минимальной социальной поляризацией и имеющие в себе высокий процент носителей знания.

Олигархические системы в этой борьбе не выживут, их участь — стать экономическим удобрением, навозом для сильных. Иного они и не заслуживают
», — пишет историк и социальный философ Андрей Фурсов.

Как это ни страшно осознавать, но именно «экономическим удобрением» для находившейся в глубоком кризисе капиталистической системы стала Россия в девяностые годы в результате либеральных «реформ», когда на полную мощность заработал «дьявольский насос».

Если сегодня «у последней черты» избранный НАРОДОМ президент сохранит прежний курс, делающий богатых еще богаче, а бедных еще беднее, никакое новейшее оружие в борьбе за будущее страны нам уже не поможет.

В январе 2018 г. вице-премьер А. Дворкович заявил в интервью Bloomberg-TV «Боюсь, у нас нет олигархов, это концепция 1990-х годов. Сейчас у нас есть хорошие трудолюбивые бизнесмены, которые заботятся о стране и зарабатывают деньги, занимаясь ответственным делом».

Двух таких «хороших трудолюбивых бизнесменов» и одновременно друзей г-на Дворковича братьев Магомедовых на днях как раз арестовали за организацию ОПГ и хищение бюджетных средств в особо крупном размере, за что им грозит до 20 лет тюрьмы…

Под «ответственным делом» вице-премьер, видимо, имел в виду бегство от юрисдикции, т.е. уход от налогов с помощью оффшорных схем, в чем замечен практически весь российский бизнес. Ущерб бюджету от использования оффшорных схем уже превысил 1 триллион (!) долл. США.

С резкой критикой оффшорных схем Путин выступил еще пять лет назад: «По некоторым оценкам 9 из 10 существенных сделок, заключённых крупными российскими компаниями, включая компании с госучастием, не регулируется отечественными законами.

Нам нужна целая система мер по деофшоризации нашей экономики. Поручаю Правительству внести соответствующие комплексные предложения по этому вопросу. Нужно добиваться прозрачности офшоров, раскрытия налоговой информации…».

Поначалу в соответствии с поручением президента предполагалось отказать в господдержке и госконтрактах компаниям с российскими активами, которые зарегистрированы в иностранной юрисдикции.

Речь шла о 199 юридических лицах, на которые приходится 70% валового национального дохода, включая таких гигантов как «Газпром», «Норникель», «Роснефть», «Алроса» и др.

Но… хотели, как лучше, а получилось, как всегда. Федеральное Правительство пришло к выводу, что это создаст значительные риски для экономики страны и 3 октября прошлого года приняло решение не переводить в юрисдикцию страны из оффшоров весь крупный бизнес.

И такое решение принято спустя три года после введения санкций и перспективы их дальнейшего ужесточения и начатой Западом охоты за «молодыми деньгами», ставящей вывезенный в оффшоры триллион долларов под реальную угрозу ареста или конфискации. Как говорится, комментарии излишни…

Как заявил Збигнев Бжезинский, оценивший объем денег, хранимых российской элитой только в американских банках в 500 млрд. долл.: «Вы еще разберитесь, чья это элита — ваша или уже наша. Эта элита никак не связывает свою судьбу с судьбой России. У них деньги уже там, дети уже там…».

Никакая социализация такого бизнеса, разумеется, невозможна в принципе. И об этих деньгах, и об этой элите, видимо, придется забыть навсегда. Деньги, судя по всему, достанутся американскому дяде как наша плата за развал СССР.

Важнейшей внутриполитической задачей президента будет в ближайшие шесть лет работа с крупным бизнесом, который сделал свой выбор между Россией и Западом в пользу России.

Сегодняшняя внешнеполитическая напряженность явно поможет определиться колеблющимся. Логика обстоятельств сильнее логики намерений, и она сегодня диктует (спасибо Терезе Мэй и Дональду Трампу!) выбор в пользу России. Та же логика обстоятельств предопределяет переход России к новой модели развития, в противном случае у всех нас нет будущего, и мы будем «стерты Ластиком Истории».

А на пути развития перед национальным капиталом и энергичными предпринимателями открываются огромные возможности. Д. Менделеев в свое время так определил модель взаимодействия государства и предпринимателей: «Государство должно покровительствовать предпринимательству, а предприниматели должны помогать государству». В этой простой формуле — задачи, которые предстоит решить власти.

Справедливости ради надо сказать, что работа с бизнесом ведется. В качестве антиофшорной меры подписан пакет законов об амнистии капиталов, второй этап которой стартовал 1 марта.

Другой антиофшорной мерой должен стать закон о наследственных фондах, который Госдума приняла в первом чтении. Этот закон должен существенно расширить российскому бизнесу возможности для филантропии. Медленно и со скрипом, но все-таки меняется отношение крупного бизнеса к благотворительности.

Так совокупный бюджет филантропических программ участников конкурса «Лидеры корпоративной благотворительности» в 2017 г. составил 43 млрд. руб., увеличившись более чем вдвое по сравнению с предыдущим годом.

Наивно было бы полагать, что мизантропы массово превратятся в филантропов, а либеральный Савл в аскета Павла. Направить их на этот путь убеждением, а, если потребуется, то и силой — задача власти.

В непростой период, который предстоит России в ближайшие годы крайне важно, чтобы бремя преодоления трудностей не перекладывалось на средние и нижние слои общества (как это спешит сделать пока еще действующее правительство), его должны нести пропорционально своим возможностям все члены общества.

Только такая справедливая в своей основе политика обеспечит основу создания здоровой социальной основы для экономического роста.

Президент Института национальной стратегии М. Ремизов и эксперт этого института М. Восканян предлагают следующие направления формирования социально-ответственной модели бизнеса:

— расширение участия трудовых коллективов в собственности и управлении компаний, развитие солидарных отношений между нанимателями и работниками, особенно на уровне малого и среднего бизнеса;

— выравнивание оплаты труда в крупных компаниях;

— развитие форм и механизмов социального предпринимательства, так называемых преобразующих инвестиций (речь идет о проектах, развивающих территории и дающих новые возможности населению);

— развитие корпоративных систем социальной поддержки и социальных инфраструктур (сады, поликлиники, льготные кредиты, жилищные программы, поддержка пенсионеров);

— легитимация крупного бизнеса, связанного с историей приватизации 1990-х гг. через масштабные публично значимые промышленные и инфраструктурные проекты общенационального уровня, реализуемые соответствующими компаниями.

«Даже при нынешних параметрах экономического развития мы сможем стать более здоровым и солидарным обществом, если будем готовы выработать и реализовать комплекс мер по преодолению острых социальных диспропорций.

Такие меры должны образовать своего рода пакт социальной ответственности элиты в условиях экономической стагнации и внешнего давления на страну», — отмечают М.Ремизов и М.Восканян.

Примеры подписания подобных актов в истории хорошо известны, достаточно вспомнить пакт Монклоа в Испании, подписанный в 1977 г. и ставший классическим образцом компромисса между различными политическими силами на основе общенационального консенсуса для реализации общих задач в переходном периоде.

Однако при реализации такой идеи неизбежно возникнут многочисленные вопросы, прежде всего относительно списка подписантов, а главное, относительно реального выполнения взятых на себя сторонами обязательств.

Представляется, что значимости проблемы социальной справедливости и создания здоровой социальной основы для ускоренного экономического роста отвечает скорее принятие федерального закона «О социальном государстве в России», в котором бы в реализацию статьи Конституции РФ были прописаны все обязанности бизнеса и власти.

Не вернув каждому гражданину ощущение справедливости, не снизив в разы чудовищные показатели социального неравенства, не восстановив отношения солидарности, мы никогда не сможем адекватно ответить на стоящие перед страной стратегические вызовы.

Государство должно способствовать экономическому и общественному прогрессу каждого гражданина, поскольку развитие каждого (а не просто «достойный прожиточный минимум») в конечном счете, выступает условием развития другого, а также условием развития государства в целом.

Необходимо превратить сегодняшнее общество атомизированных потребителей в общество соработников, объединенных общими целями и общими задачами и решающих их сообща.

Проявит ли президент, получивший беспрецедентный мандат доверия от народа, необходимую мудрость, волю и стратегическую инициативу, покажет время. Как говорил Петр I, которому этих качеств было не занимать, «понеже пропущение времени подобно смерти невозвратно», иначе говоря, «промедление смерти подобно».

Очевидно, что внешние вызовы и угрозы будут лишь усиливаться. Промедление с решением внутренних экономических проблем давление извне усилит дополнительно.

Сегодня есть запрос общества на проведение новой экономической политики, ее цели и механизмы понятны и многократно прописаны. Это лишь вопрос воли президента и выбора им и адекватной новым задачам команды исполнителей.

Если мы не хотим стать по выражению Фурсова «навозом для сильных», то мысли и стратегическая инициатива президента должны быть обращены в Будущее, далеко за шестилетний срок его пребывания на этом посту.

И это Будущее должно быть построено с учетом нашего культурного кода и запроса на солидарное жизнеустройство. И конечно, оно не должно иметь ничего общего с нашим сегодняшним криминальным коррумпированным капитализмом.

Если образ нашего Будущего станет привлекательным для большинства наших граждан, то и о внешних вызовах можно будет меньше беспокоиться.

***

Tags: ВТО, Запад, Изборский клуб, МВФ, Путин, Россия, бизнес, будущее, доллар, капитал, народ, общество, статистика, экономика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments