ss69100 (ss69100) wrote,
ss69100
ss69100

Categories:

США - это дно человеческого падения, ч. 11.9

...Агрессия против Вьетнама. Экоцид

...Особенно губительным было применение диоксина, который «по ошибке», как утверждали американцы, входил в состав оранжевой рецептуры.

Всего над Южным Вьетнамом было распылено несколько сотен килограммов диоксина, который является ядовитым для человека в долях миллиграмма.

Специалисты США не могли не знать о его смертоносных свойствах - хотя бы по случаям поражений на предприятиях ряда химических фирм, в том числе по результатам аварии на химическом заводе в Амстердаме в 1963 году [321 - Там же.].

Являясь стойким веществом, диоксин до сих пор обнаруживается во Вьетнаме в районах применения оранжевой рецептуры как в поверхностных, так и в глубинных (до 2 м) пробах грунта.

Этот яд, попадая в организм с водой и продуктами питания, вызывает раковые заболевания, особенно печени и крови, массовые врожденные уродства детей и многочисленные нарушения нормального течения беременности.

Медико-статистические данные, полученные вьетнамскими врачами, свидетельствуют, что эти эффекты проявляются спустя много лет после окончания применения американцами оранжевой рецептуры, и есть основания опасаться за их рост в будущем [322 - Там же.].

Кроме химических средств уничтожения растительности Пентагон применял в Индокитае и отравляющие вещества, непосредственно направленные против людей.


И потому самый большой урон в этой войне понесли не армии, а мирное население Вьетнама, как его южной, так и северной частей.

Почти весь Вьетнам был залит отравляющими веществами. В северном Вьетнаме в результате многолетних бомбардировок американской авиацией погибло немыслимое число жителей, была разрушена инфраструктура.

Тяжелые последствия вызвала и психологическая война против вьетнамского народа, осуществлявшаяся вашингтонским режимом вместе с прямой военной агрессией. Помимо Северного и Южного Вьетнама американская авиация проводила операции в Лаосе и Камбодже.

За время американской агрессии против Вьетнама на его территорию было сброшено 14 млн тонн бомб и снарядов, что эквивалентно 700 атомным бомбам (типа хиросимской). Американцы израсходовали во Вьетнаме больше бомб, чем все человечество за всю предшествующую историю войн [323 - «Дуэль», № 15, 1996.].

Число погибших мирных жителей между 1954 и 1975 годом оценено в 2 миллиона человек.

Уничтожение мирных жителей происходило постоянно и систематически. Даже если судить по американским источникам, то порядок цифр, исчисляющих невинных жертв, таков: было убито 250 000 детей, 750 000 -ранены и получили увечья.

В отчете сенатора Кеннеди от 31 октября 1967 года говорится о 150 000 раненых ежемесячно. Нередко происходило уничтожение целых деревень со всеми местными жителями.

Американцами установлены также «зоны свободного огня», в пределах которых все движущееся считается враждебным объектом. Иными словами, в таких зонах военной целью являлось все население.

Потери вьетнамских военнослужащих, сражавшихся с американскими агрессорами и марионеточным режимом Южного Вьетнама, составили 1 100 000 человек погибшими и 600 000 ранеными. Впервые официальные вьетнамские цифры потерь в войне были озвучены в 1995 году в связи с 20-й годовщиной победы.

Освещение происходивших событий во Вьетнаме подвергалось жесточайшей цензуре, а в США своего рода самоцензуре. В августе 1965 года телекомпания Си-Би-Эс показала репортаж о том, как американские морские пехотинцы сожгли из огнеметов вьетнамскую деревню южнее Дананга.

На экране крупным планом были видны вьетнамцы, умолявшие огнеметчиков пощадить их жилища. Не помогло. В общей сложности сожгли более 150 домов в отместку за то, что в окрестностях деревни прозвучало несколько выстрелов.

Сразу же после показа репортажа раздались звонки в телестудию, как осмеливаются показывать «коммунистическую пропаганду», играющую на руку врагу. Об этом же и поток писем [324 - Яковлев Н.Н. Война и мир по-американски: традиции милитаризма в США. М., Педагогика, 1989, с. 44.].

По мере развертывания боевых действий иностранные корреспонденты удивлялись: американские солдаты старались имитировать фильмы о расправах ковбоев с индейцами на Дальнем Западе США в середине XIX века. Английский корреспондент Ф. Гриффите так описывал свое пребывание со взводом из первой кавалерийской дивизии, название, разумеется, историческое, теперь мотомеханизированное соединение:

«Солдаты осторожно продвигались по рисовому полю. Увидев работавшего крестьянина, они открыли по нему огонь, он чудом увернулся и скрылся. Следующему крестьянину не повезло. Скоро он лежал, умирая, среди созревающего риса на краю своего крошечного поля» [325 - Гриффите Ф. Вьетнам, 1971. Цит. по изд.: Яковлев Н.Н. Война и мир по-американски: традиции милитаризма в США. М., Педагогика, 1989.].

Н. Томалин, корреспондент лондонской «Санди Тайме», рассказывал об июньском утре 1966 года: «В прошлый вторник генерал Джеймс Ф. Холлингсворт из американской «Большой Красной Первой» (1-й дивизии) поднялся в личном вертолете и убил больше вьетнамцев, чем кто-либо из солдат под его командованием».

Журналист детально описал, как в районе дорог 13 и 16 генерал из автомата приканчивал каждого вьетнамца, стремившегося укрыться при приближении вертолета. В заключение статьи он процитировал слова генерала Холлингсворта: «Лучший способ воевать - вылетать и убивать вьетконговцев. Для меня самое приятное занятие в жизни - убивать» [326 -Яковлев Н.Н. Указ. соч., с. 45.].

Подчиненные, естественно, не только подражали старшим по чину, но вносили разнообразие в ставший привычным процесс убийства. Капитан Лин А. Карлсон, облетавший на вертолете район Плейку, расстреляв все замеченное живое, сбрасывал визитные карточки со специально отпечатанным стандартным текстом: «Поздравляем. Вы любезно убиты заботами 361-го отряда. Искренне Ваш. Розовая 20».

На обороте карточек различные надписи. Например: «Бог дарует, а 20 (20-мм пушка) забирает. Наш бизнес -убийство. Прекрасный бизнес» или «Вызывайте нас круглосуточно для смерти и уничтожения» [327 - Указ. соч., с. 45.].

Солдаты 25-й пехотной дивизии обожали оставлять память о себе. Они засовывали в рот убитым вьетнамцам нарукавный знак с номером дивизии.

С теми или иными вариантами то была общепринятая практика в американских частях во Вьетнаме. Журнал «Тайм» 5 декабря 1969 года как бы мимоходом коснулся будней той войны. Солдаты из отборной Американской дивизии схватили старика вьетнамца и с хохотом натравили на него доберман-пинчера.

Или другой случай. Патруль встретил пожилого вьетнамца с ребенком на руках. Командир патруля - сержант: «Три дня отпуска тому, кто пристрелит гука» («вонючка», «вьетнамец» - на солдатском жаргоне). Без долгих размышлений почти все солдаты патруля открыли огонь, изрешетив пулями обоих. Они упали вместе - старик, обнимавший ребенка.

А скольких вьетнамцев, «не желавших говорить», сбросили с вертолетов, расстреляли, утопили. Объяснение простое - продиктовано военной необходимостью [328 - Указ. соч., с. 46.].

Своеобразным символом чудовищных злодеяний американцев во Вьетнаме стала резня, учиненная в южновьетнамской общине Сонгми (Милай) 16 марта 1968 года. Личный

состав проводившего там «операцию по умиротворению» воинского подразделения армии США без малейшей на то необходимости истребил почти все мирное население.

Особенно зверствовал командир одного из взводов, лейтенант У. Келли, собственноручно застреливший 109 человек. По рассказу участника этой бойни, «жителей деревни, женщин, детей, стариков собрали в группы, а затем расстреляли из автоматов и пулеметов.

Позднее, проходя по сожженной дотла деревне, я видел горы трупов» [329 -Цит. по: Белащенко Т.К. США: 200 лет - 200 войн. М., 1976, с. 197.].

Многие жертвы перед убийством были подвергнуты американскими солдатами пыткам, а женщины - групповым изнасилованиям. Преступление вызвало возмущение мировой общественности и стало одним из самых известных и символичных событий войны во Вьетнаме.

Жительница Чыонг Тхи Лэ, которой было тогда 33 года, вспоминала: «Когда американцы пришли в деревню, они вывели нас из домов, толкали прикладами в спину, чтобы мы шли в канаву, туда, где уже стояло больше ста человек.

Они поставили нас на колени и сразу начали стрелять сзади из пулемета. Стариков сбрасывали во рвы и закалывали штыками, беременным женщинам вспарывали животы, а тех, кто пытался выбраться из этого ада, швыряли обратно на кучи мертвых тел...

Из нашей семьи в 11 человек остались в живых только я и мой младший ребенок - я закрыла его собой. Сверху на меня упали три трупа, и только благодаря им мы выжили: они скрыли нас от американцев».

Другая жительница Ха Тхи Куй говорила: «... 16 марта они пришли целой толпой и сразу забрали четверых родственников и увезли к каналу. Мы умоляли их не убивать нас, оставить в живых, а они стреляли и стреляли. Они толкали нас, чтобы мы упали на колени, и начинали стрелять.

Мама погибла, дети погибли. Мужа моего тогда не было, здесь вообще не было мужчин - только женщины, старики и дети. Я была при смерти, без сознания, ранена. Лежала, было холодно, очень холодно, вся голова в крови, я вся дрожала.

Я понимаю - это война, но почему такая жестокая, за что убили целую деревню? Просто пришли - и всех убили. Что за люди эти американцы, которые убили матерей, детей?»

«За все годы моей армейской службы меня никогда не учили, что коммунисты - это люди, - рассказывал лейтенант У. Келли. - Мы были там, чтобы уничтожить идеологию, носители которой были - не знаю - пешками, кусками мяса. Я был там, чтобы уничтожить коммунизм. Мы никогда не задумывались о людях, мужчинах, женщинах, детях, младенцах».

Это было 16 марта 1968 года. «Под командой лейтенанта Келли солдаты американской 11-й пехотной дивизии получили "туманные приказы" от своего командира капитана Эрнеста Медины "очистить деревню"», - объясняет историк Кеннет С. Дэйвис.

В ноябре 1969 года дело Сонгми наконец получило широкую огласку, после чего личность Келли стала объектом изучения средствами массовой информации.

Суд над лейтенантом продолжался с ноября 1970-го по март 1971 года и закончился признанием Келли виновным в убийстве 22 мирных жителей, он был приговорен к пожизненному заключению. Фактически Келли провел три с половиной года под домашним арестом, после чего в 1974 году был помилован президентом Никсоном. Уильям Келли был единственным, кто осужден за военные преступления во Вьетнаме.

Но еще чудовищнее звучит тот факт, что американское правосудие пыталось привлечь к ответственности человека, который предпринял попытку спасти нескольких вьетнамских женщин и детей.

Этим человеком был пилот наблюдательного вертолета Хьюз Томпсон, который видел зверства обезумевших карателей.

Он посадил свой ОН-23 между группой скрывавшихся в самодельном бомбоубежище вьетнамских крестьян и намеревавшимися убить их американскими солдатами. Томпсон приказал бортстрелку и бортинженеру взять на прицел и открыть огонь по американским пехотинцам, если те попытаются убить вьетнамцев. Потом Томпсон вызвал вертолеты для эвакуации раненых вьетнамцев (было эвакуировано 11 человек).

Еще один ребенок был подобран ползающим в оросительной канаве среди тел мертвых и умирающих.

Но видели они с вертолета и другое - к безоружной, лежащей на дороге раненой, но еще живой и шевелящейся девушке, которую вертолетчики тоже как раз хотели эвакуировать, подошел американский офицер, пинком ноги перевернул ее на спину, а потом добил выстрелом в голову.

На суде он заявил, что ему показалось, что у девушки в руке была граната. Офицера к ответственности привлекать не стали.

После начала расследования событий в Сонгми Томпсона вызвали для участия в закрытом заседании комитета Палаты представителей Конгресса США по вооруженным силам. Там он подвергся обструкции. Председатель комитета Мендел Риверс заявил, что если кого-то следует судить за участие в событиях в Сонгми, то это должен быть Томпсон.

И Риверс пытался-таки привлечь Томпсона к суду, хотя и не сумел довести дело до конца. После того как о действиях Томпсона по спасению вьетнамских стариков, женщин и детей стало известно общественности, он стал получать анонимные звонки с угрозами и к его крыльцу подбрасывали изувеченные трупы животных.

Еще один американец отказался выполнить приказ лейтенанта Келли открыть огонь по группе стариков, женщин, детей, собранных в центре деревни, и тогда Келли выхватил оружие и открыл огонь сам.

Это лицо американизма, оно выглядит именно так всякий раз, когда от него отслаивается маска.

Здравых сил, людей, способных помнить о совести, в американской армии нашлось лишь несколько единиц (кроме описанной на этой странице истории, известны еще лишь две подобные, лишь два солдата, сумевших сохранить человечность), подавляющее большинство прочих совершали садистский ужас, скотский кошмар, превосходящий порой бесчеловечность гитлеровцев.

Американское общество, немалая часть которого все же демонстрировала антивоенную направленность, проводила митинги и акции протеста против агрессии во Вьетнаме, но большинство американцев тем не менее являлось глубоко инфицированным, зараженным всей той программой деструктивного вируса, который заставлял «элиту» США демонстрировать свою бесконечную агрессию.

И потому акции протеста происходили и в поддержку лейтенанта Келли, «томящегося в заключении». Но еще более мерзко, что вся история, произошедшая с Келли, сумела стать и успешным коммерческим проектом.

Массовые протесты прокатились в США против приговора лейтенанту Келли, среди негодующих - губернаторы штатов Дж. Картер и Дж. Уоллес. Издательство «Викинг» тут же объявило, что уже заплатило Келли 100 тыс. долларов за его мемуары. В первые три дня после осуждения убийцы предприимчивая фирма продала более 200 тыс. пластинок с «боевым гимном лейтенанта Келли».

Пластинка начиналась с трогательного рассказа о «маленьком мальчике, который хотел, когда вырастет, стать солдатом и послужить своей стране, куда бы она ни послала его». Затем следовала бодрая песня: «Меня зовут Уильям

Келли, я солдат Америки, я дал присягу исполнять свой долг и побеждать, но меня изобразили негодяем. Пусть, а мы идем вперед» и т.д. [330 - Яковлев Н.Н. Указ. соч., с. 51.]

Впрочем, и вся вьетнамская война, несмотря на то что была проиграна Америкой, явилась-таки успешным коммерческим проектом. Преступная война обеспечила резкое увеличение многомиллионных прибылей военных корпораций. В 1965-1968 годах военные прибыли постоянно превышали средние показатели доходности 500 крупнейших корпораций США.

Профессор Вашингтонского университета М. Вейденбаум выделил фирмы, занятые преимущественно военным производством, и подсчитал, что в 1962-1965 годах они получили в среднем 17,5% прибыли на инвестированный капитал по сравнению с 10,6% прибылей компаний, занятых гражданским производством. //.. * * * ..//

В своей книге «Нюрнберг и Вьетнам: американская трагедия» Телфорд Тэйлор, старший обвинитель от США в Нюрнберге, предположил, что генерал Уильям Уэстрморленд и другие в правительстве Джонсона могли бы быть признаны виновными в военных преступлениях на основаниях Нюрнбергского суда.

И в 1966 году даже была предпринята попытка создать Трибунал по расследованию военных преступлений во Вьетнаме, с инициативой его создания выступил Бертран Рассел, его поддержало немало мыслителей, ученых, общественных деятелей.

В 1967 году организованный ими Международный трибунал по расследованию военных преступлений, совершенных во Вьетнаме, провел два своих заседания - в Стокгольме и в Роскилде (Нидерланды), где были заслушаны свидетельства о ведении этой войны.

Разумеется, историкам и военным специалистам, да и любому вменяемому человеку была совершенно очевидна преступная сущность американской агрессии.

Вердикт первой сессии Трибунала от 10 мая 1967 года утверждал:

«.. .Соединенные Штаты несут ответственность за применение силы и, как следствие, за преступление агрессии, за преступление против мира. США нарушили установленные положения международного права, закрепленные в Парижском пакте и в Уставе ООН, а также установления Женевских соглашений о Вьетнаме 1954 года.

Действия США подпадают под статью Нюрнбергского трибунала и подлежат юрисдикции международного права.

Соединенные Штаты попрали фундаментальные права народа Вьетнама. Южная Корея, Австралия и Новая Зеландия стали соучастниками этого преступления...»

Также в документе перечислялись основные факты преступлений американских агрессоров во Вьетнаме.

Но, как мы знаем, никаких серьезных последствий не возникло, преступный режим «вашингтонской демократии» продолжал и продолжает уничтожать и калечить людей, и привлечь его к настоящей ответственности еще только предстоит.

Военных преступников, находившихся на службе американской армии или ЦРУ, которые особо «отличились» своим рвением и «талантами», было много, слишком много: рядовых солдат и младших офицеров, в кровь которых, будто наркотик, входила потребность убийств и пыток, но их художества были бы невозможны без тех тайных и явных руководителей, кто составлял стратегии и планы.

Одним из таких «режиссеров» происходившего «фильма ужасов» стал Уильям Колби - представитель ЦРУ в Сайгоне, который спланировал одну из наиболее «эффективных» операций, усовершенствовавшую зачистку территорий от партизан, доведя уничтожение людей до дьявольской методичности.

Колби был одним из тех американских «военных специалистов», которые считали, что лучше убить тысячу невиновных, чем упустить одного коммуниста. По одним лишь официальным данным, на его совести не менее 26 000 жертв.

Личность Колби, надо сказать, довольно примечательна, это благообразный господин, имевший блестящее образование и неплохие манеры, а также семью и пятерых детей, которых нежно любил.

Когда я читал о Колби и о его «соратниках», то волей-неволей вспоминал офицеров гитлеровского рейха, «заведовавших» массовым истреблением людей в лагерях смерти.

Сопоставление самых знаковых характеристик этих людей натолкнуло на мысль, что военных преступников можно условно разделить на две основные группы: к первой принадлежат такие убийцы, которые нежны и добры в обыденной жизни, и особенно в семье, любят своих детей, бывают привязаны к обожаемой собаке, но, выходя из дома и попадая в пространство своей «работы», они будто меняют сущность, становясь машиной подавления, пытая и казня людей так, словно жертвы сделаны из другого материала, из другого существа, нежели твои близкие, и потому можно не думать о причиняемых этим существам страданиях.

Ко второй же группе можно отнести людей, которые, становясь военными преступниками, делаются жестоки и безразличны не только к «врагам», но и к своим близким, причем до такой степени, что способны пожертвовать их жизнью, предать их, просто расправиться, порой без веских на то причин.

И когда знакомишься с историей их террора или их кровожадных планов, то понимаешь, что нелюбовь к людям в их душе не разделена на некие категории, что они ненавидели всех, каждого человека, не желая проявлять доброту хоть к кому-нибудь.

К примеру, небезызвестный нам Джеймс Форрестол, являвшийся военно-морским министром США и яростно настаивавший на строительстве как можно более мощных средств наступательной войны и массового убийства (ему принадлежит и идея создания авианосного флота США), был настолько безразличен к собственной семье, что довел жену до тяжелого нервного расстройства, а к детям относился как к посторонним, чужим существам.

Известен случай, что он оставил детей в такой ситуации, которая угрожала их безопасности, а то и жизни: находящемуся в Лондоне Форрестолу позвонили однажды его сыновья, одному из которых на тот момент было шесть лет, другому - восемь (по несчастливому стечению обстоятельств они потерялись, опоздав на самолет в парижском аэропорту); сумев дозвониться до отца, мальчики обрадовались, однако папаша сказал, что не собирается ничего делать, велел им добираться до Лондона так, как они сами посчитают возможным, и повесил трубку. В тот день он просто бросил их на произвол судьбы.

У Форрестола было много важных дел, он планировал тактику массовых убийств, и ему некогда было цацкаться с двумя сопливыми существами.

Так вот, Уильям Колби принадлежал к совсем другой, к первой категории, он хладнокровно уничтожал десятки тысяч людей, создавал эффективные, системные планы убийств, вовлекая огромное число соучастников, но нежно и преданно любил своих детишек и особенно дочь Кэтрин, которая была больна от рождения (страдала эпилепсией).

В разгар «операции», проводимой Колби во Вьетнаме, жена в ужасе умоляла его приехать домой, поскольку душевное состояние их дочери было катастрофическим.

Любящий отец все бросил и примчался, но Кэтрин все же покончила с собой. Немалая часть историков связывает ее гибель с обстоятельствами «работы» Колби во Вьетнаме, поскольку, узнав о немыслимом количестве людей, уничтоженных стараниями ее отца, она не смогла жить с этим, ее психика оказалась окончательно уничтожена заодно с десятками тысяч вьетнамцев.

В мемуарах, которые спустя годы опубликовал Уильям Колби, он юлит и оправдывается, пытается опровергнуть факт прямой связи двух этих событий (его зверств во Вьетнаме и самоубийства дочери), но звучат эти оправдания весьма неубедительно.

И неубедительность эта усиливается тем, что, помимо Кэтрин Колби, самоубийством окончило жизнь более 150 тысяч американских «ветеранов» Вьетнама, в частности, эту цифру назвал участник вьетнамской кампании Чак Дин, опубликовав свои воспоминания в 1990 году и утверждая, что к данному моменту таково число наложивших на себя руки.

Хотя лишь часть из этих самоубийц совершила отчаянный поступок по причине угрызений совести, большинство же просто не могло найти себя вне зверской войны, не могло адаптироваться, привести в порядок собственную психику и нервную систему. Немало «ветеранов» вьетнамской войны оказалось вовлечено в криминал.

Колби нежно скорбел о трагически погибшей дочери, но сколько-нибудь искреннего раскаяния в совершенных военных преступлениях он так никогда и не явил миру.

Еще при его жизни многие говорили и писали о нем как о монстре, открыто называли его военным преступником, но он лишь продолжал «консультировать» своих старых друзей в ЦРУ, и было заметно, что он ничуть не жалеет, а готов в любой момент снова совершить все, что ему уже довелось. Кстати сказать, и после самоубийства дочери он долго не засиделся дома, а «окунулся в работу», опять улетев во Вьетнам.

Колби дожил до старости, охотно давал интервью. Пожалуй, он олицетворяет собой ту Америку, о которой я пишу в данном исследовании, такую Америку, которая органически не способна понять, что зло, причиняемое ею, - приговор будущему Америки, ее облику в глазах потомков, а не только кошмар для тех, кто вынужден переносить это зло, страдать и погибать по вине американцев.

Возвращаясь к разговору о самом безответственном и чудовищном аспекте американской агрессии, то есть операции «Рэнч Хэнд», заключавшейся в применении химического оружия, приходится констатировать, что вашингтонский режим осуществлял на территории Южного Вьетнама не только геноцид, но и экоцид и биоцид, то есть действия американцев имели целью как тотальное уничтожение людей, так и причинение чудовищного вреда природной среде.

Тактика, напомню, заключалась в том, чтобы уничтожить леса и заросли, которые могли служить укрытием для партизан, а также истребить посевы продовольственных культур.

Дефолиация считалась одной из основ стратегии «насильственной урбанизации», направленной на то, чтобы опустошить деревни и подорвать тем самым базу национального сопротивления.

Применение гербицидов в значительной степени улучшало вертикальную и горизонтальную видимость в условиях бурной растительности джунглей; первая, как правило, улучшалась на 60-90%.

Это имело особое значение для подавления сопротивления в таком регионе, как Южный Вьетнам, где различные по плотности леса покрывали 1/3 территории страны. Уже в 1970 году вьетнамские врачи констатировали наличие хромосомных аберраций у лиц, подвергшихся воздействию диоксина, и тревожный рост числа заболеваний первичным раком печени.

От воздействия диоксина пострадали и несколько тысяч американских участников войны. В их семьях до сего дня рождаются неполноценные дети.

Проводя операцию «Рэнч Хэнд», американское командование рассчитывало, что эта акция сможет сломить волю вьетнамской армии к сопротивлению и тем самым окажет

существенное влияние на боевые действия американских войск против НРСО и на исход всей войны. Одновременно выполнялась и другая, в долговременном плане даже более важная для США задача - крупномасштабное испытание системы химического оружия для уничтожения растительности в военных целях.

Пентагону необходимо было выяснить, насколько эффективны гербицидные рецептуры в отношении древесно-кустарниковой растительности и посевов сельскохозяйственных культур Вьетнама, характерных для Юго-Восточной Азии в целом.

Проверялось психологическое воздействие химического оружия на НРСО и население. Испытания были важны для оценки экономических последствий [331 - Кунцевич. А.Д., Назаркин Ю.К. Указ. статья.].

Результаты применения гербицидов подвергались тщательному изучению. Для этих целей на протяжении всего десятилетнего периода химической войны Пентагон создавал многочисленные комиссии, в которые входили, как правило, специалисты-разработчики этих средств.

В докладе одной из первых комиссий такого рода, в 1962 году, отмечалась высокая эффективность американских гербицидов в отношении уничтожения всех сельскохозяйственных культур, выращиваемых в Южном Вьетнаме. При этом отмечалось, что вьетнамская растительность более уязвима, чем растительность США.

Были выданы рекомендации по внесению в гербицидные рецептуры добавок, усиливающих воздействие их на растительность, предложено проводить обработку в определенные периоды времени, когда растения наиболее чувствительны к губительному воздействию гербицидов.

Было рекомендовано также заняться дальнейшим усовершенствованием средств применения ядохимикатов с целью обеспечения более высоких норм расхода рецептур на единицу площади леса или посевов.

Эти рекомендации, как и аналогичные предложения других комиссий, быстро выполнялись, что позволило американским военным прибегать к таким химическим средствам, которые были наиболее губительны для населения и внешней среды Вьетнама [332 - Там же.].

Наряду с проверкой эффективности гербицидов как нового оружия в ходе боевых действий военные специалисты США получили также возможность изучать в Южном Вьетнаме ближайшие и отдаленные последствия их массового применения. Полученные данные, по их мнению, можно будет использовать для всесторонней характеристики нового оружия и дальнейшего его совершенствования [333 - Там же.].

На первой международной научной конференции по химической войне во Вьетнаме, состоявшейся в 1970 году в Париже, в адрес США звучали обвинения в том, что это государство, по всей видимости, установило экологический взрыватель замедленного действия во Вьетнаме.

Он будет влиять на жизненную цепь, разрушая формы существования растительности, животных и подводного мира, которые никогда не смогут быть восстановлены, а также причинять людям, проживающим там, такой вред, который не может быть оценен, пока не пройдет продолжительное время [334 - Там же.].

Прошедший в начале 1983 года в г. Хошимине международный научный симпозиум по изучению последствий массированного применения американцами химического оружия во Вьетнаме, в котором участвовало более 160 ученых и специалистов из 21 страны, в том числе из США, подтвердил самые мрачные предположения в отношении последствий применения гербицидов.

По свидетельству ученых, токсические вещества, многократно распылявшиеся в огромных дозах (десятки и сотни килограммов на гектар), изменили состав некоторых почв, уничтожили в них полезные микроорганизмы, а в ряде случаев вызвали необратимую потерю урожайности.

Во многих районах на месте девственных лесов и теперь торчат засохшие, обгорелые деревья. Обширные площади ценной тропической растительности превратились в заросли бамбука или саванну, где произрастают только дикие травы. Мангровые леса Вьетнама пострадали настолько, что для их восстановления, если таковое возможно, потребуется целое столетие. Некоторые виды тропических лесов находятся во Вьетнаме на грани исчезновения [335 - Там же.].

Каковы же дальнейшие пути развития в отношении использования химических средств уничтожения растительности?

Испытав химические средства уничтожения растительности в Южном Вьетнаме, США разрабатывали планы дальнейшего совершенствования и использования этого оружия.

По данным бюллетеня «Сайенс энд гавернмент рипорт», в Пентагоне изучалась возможность применения гербицидов в Европе, на Корейском полуострове, в различных районах Африки, Карибском бассейне, Южной Америке и любых других районах мира, где в случае военных конфликтов возникнет такая необходимость.

В соответствии с этими планами велось совершенствование гербицидов военного назначения и средств их боевого использования.

В частности, ставилась задача создания препаратов, вызывающих более быстрое опадение листвы, чем существующие дефолианты [336 - Там же.].

***
Из книги Максима Акимова „Преступления США”.
.
Tags: Америка, Вьетнам, ОМП, СССР, США, Франция, американцы, война, войска, геноцид, здоровье, история, коммунисты, правительство, президент, природа, статистика, химия, человек
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments