?

Log in

No account? Create an account
мера1

ss69100


К чему стадам дары свободы...

Восстановление смыслов


Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Инсектоиды-2
мера1
ss69100

Нет морали

Мораль основана на выборе, когда человек может выбрать что-то одно из вариантов, и этот выбор бы стал его характеристикой.

Мораль производна от свободы. Мораль есть система выбора. Например, человек может выбрать достоинство или деньги.

И этот выбор будет характеристикой человека.

Честь или деньги – такой выбор сам по себе предлагает многомерность, два варианта. Потом в цивилизации остается один вариант, а потом, увы, вообще ни одного.

Наступает мир будущего (он же мир последнего римского прошлого), где единственной свободой, согласно Сенеке, будет пойти и повеситься. Сенековское «повесься» – это не выбор; конечно, и такой выбор возможен, но это не выбор для жизни.

То, что человек выбрать не может, его человеческой характеристикой быть на самом деле тоже не может.

Человеческие системы многомерны, поскольку многомерность эффективна в среде конкуренции групп (на самом деле частично); многомерность эффективна, поскольку расширяет возможности свободы выбора с одного измерения на несколько. Одномерность бывает эффективной, но тоже только частично; многомерные системы оказываются более эффективными чаще, поскольку охватывают больший диапазон выборов и возможностей.

Мораль есть измерение, мера. Еще одно измерение всего, в том числе самого человека: насколько он моральный, в какой морали. Одномерные системы это измерение не признают по своему определению, отторгают его и конфликтуют с ним, поскольку нет конвертации.


Искать рациональное в морали – привилегия исследователей, и то сомнительная. Когда человек начинает искать рациональное в морали – прекращаются и мораль, и человек.

Человек без морали совершает ошибки еще и в силу своей ограниченности, в силу своей одномерности в многомерном мире. Поэтому тем, кто думает о своей безопасности, не стоит доверять людям без морали – даже если эти люди под контролем страха наказания.

Когда нет выбора, то есть только закон, а мораль невозможна.

В процессе превращения людей в инсектоидов мораль превращается в закон. Сначала становится невозможным выбор преступления; не окупается, наказание непропорционально риску. Потом становится невозможен моральный выбор, поскольку мораль частично исчезает, частично превращается в закон. Потом становится невозможен выбор вообще, поскольку запрещено. Далее становится невозможен выбор, поскольку начинается такая деградация, что выбирать уже становится не из чего.

Первый уровень подрыва морали – формализация и профанация. Второй – замалчивание и далее преследование за моральные термины.

Мораль мешает одномерным, вызывает у них чувство дискомфорта и создает проблемы. Моральная сторона есть уязвимость. Но моральную уязвимость нельзя убрать частично. Нельзя сказать, что одно и то же может быть и морально, и аморально, поскольку сделано разными людьми. И мораль приходится убирать полностью.

Нет рефлексии

У насекомых нет самосознания и нет рефлексии. Функционируя, они не знают, что функционируют. И тем более не знают, зачем функционируют. В инсектоидных необществах люди тоже не знают, зачем функционируют, но могут повторить заложенную в них формулу. Но реально они этого не знают – люди-детали не могут знать целого, как и насекомые-детали.

Например, насекомые максимально специализированы. Поэтому больше специализации (в особи – в противоположность общему) – больше инсектоидности.

Главное про рефлексию – в тех же определениях – обычно теряется. А главное – через рефлексию и определяется «Я». Нет рефлексии – нет и никакого «Я». У животных «Я» нет. Когда собачка радуется, она не знает, что это именно она радуется, например. Представить, как может жить существо без «Я» – очень сложно. Потому что это бытие, подобное машинному. Животные и есть ведь биомашины. Люди с утраченной рефлексией – по этому параметру тоже.

Для рефлексии нужно абстрактное мышление. Некоторые люди со слабым уровнем развития не могут освоить принцип «Я», высказывая свои желания про себя в третьем лице.

У насекомых рефлексии нет, и «я» тоже нет. Поэтому чем меньше рефлексии – тем ближе к насекомым.

Что такое отсутствие рефлексии? Тело летает, крылья машут, цветы идентифицируются, хоботок выкачивает нектар, нектар поступает в брюшко, груз летит в улей. Но никакого «Я» не существует, понять эти процессы изнутри некому, как у самолета на автопилоте.

Люди во власти часто наделяются какими-то человеческими свойствами, и некоторые свойства у них действительно есть – например, действия, направленные на компенсацию своей неполноценности путем издевательства над людьми. Но эти свойства не транслируются во властном режиме, они остаются в личном режиме; во властном режиме как раз рефлексия отключена, и личности, наделенной рефлексией, не существует.

Это Бисмарк мог когда-то написать письмо королю, договориться и далее стать канцлером; более король письма не читает, и вообще ничего не читает, он только функционирует подобно пчеле, совершая перемещения и рукодвижения безо всякой рефлексии, без «я». Люди с людьми в большинстве случаев договариваются.

А у людей с инсектоидами – не получается. Инсектоидам не хватает сложности-многомерности для понимания людей и понимания смысла.

*

1. Рефлексия – это всегда работа мозга. Требует много энергии, концентрации, вообще напрягает.
2. Рефлексия обращается с самому себе, к сознанию, но когда в сознании ничего нет, кроме пустоты, то это общение с пустотой раздражает.

Вообще раздражающий пункт – это и собственно мышление; рефлексия есть только вариант мышления, направленный на себя. Мышление – оно вообще, а рефлексия – она в частности.

Люди не хотят, всеми силами не хотят рефлексировать, потому что им скучно (быть) в себе самих, они знают, что в их собственных черепных коробках совершенно ничего интересного нет. В поздней цивилизации всем тяжело. Но если люди еще пытаются себя заставлять рефлексировать, то инсектоиды себя уже не заставляют.

Огромная доля созданного человеком и того, в чем человек живет, служат только для подавления мышления и рефлексии.

Что делает фоновая музыка? Фоновая музыка выключает рефлексию, как и фоновое телевидение. Тыканье в смартфон, сиденье в соцсетях, иногда – но редко – чтение, азартные и компьютерные игры. Когда на пьянке обсуждается предыдущая пьянка – тоже самое, рефлексия выключается. Еда – от скуки. Потребление – от пустоты.

И все это вместе сразу от рефлексии. Да даже самые обычные, многочисленные виды работы – работа тоже избавляет от рефлексии, и как правило чем больше избавляет, тем больше нравится.

В результате время рефлексии сокращается, и технологии рефлексии в человеке остаются недоразвитыми.

Деградация человеческих качеств приводит к деградации рефлексии и ее инструментов. Но в позднем мире иногда сама рефлексия приводит к психозам на почве трезвой оценки реальности, поскольку реальность действительно такова, что вызывает психозы. В некотором роде бегство от рефлексии – это избегание опасности.

Механизм памяти млекопитающих работает по принципу полученного результата. Результат может быть положительным или отрицательным, и сопровождается гормональным выбросом. Увидел зайца – поймал – удовольствие.

Запомнилось, что заяц – это хорошо. Увидел скунса – поймал – неудовольствие. Запомнилось, что скунс – это плохо. Плохо в том смысле, что ловить его не надо. Погнался за зайцем вблизи – поймал – удовольствие. Погнался за зайцем издалека – не поймал – неудовольствие. Запомнилось, что издалека – это плохо, единственное, что остается – нужно ближе подкрадываться, не дальше ведь отходить.

С рефлексией подобная ситуация. Раз к ней обратился – плохо. Еще раз – плохо. Так формируется правило, что а ну её, эту рефлексию, это плохо и дискомфортно и бесполезно.

*

Можно даже уравнения выводить, например: «при рефлексии, стремящейся к нулю, автоматизм стремится к максимуму».

Конечно, иногда полезно «не рефлексировать, а распространять». Но всё хорошо в меру.

Нет рефлексии – нет и развитого «Я». Нет «Я» – нет и «мы», которое из множества «я» строится. И через нее связано множество человеческих свойств – и абстрактное мышление, и эмпатия. Получается не только отказ от рефлексии, но и от большей части высшей нервно-психической деятельности вообще.

У человека нельзя говорить о полном отсутствии рефлексии; у человека есть её степени, её уровни развития. которые говорят о большей или меньшей рефлексии. Меньше рефлексии – ближе к животному.

Мыслящим людям свойственно наделять людей немыслящих мышлением. Так и животные наделяются людьми собственными «я».

Мыслящая прослойка ничтожна, это сотни отдельных людей на фоне стомиллионных человейников. Инсектоиды и мир инсктоидов давно победили. Статистически мир людей давно умер. И только в качественном плане, и как инерция он генерирует иллюзию своей жизни.

Отказ от «я» – элемент фашистской и коммунистической идеологий. А именно тех идеологий, которые были передовыми, опережающими, будущими, и которые неизбежно вернутся с повышением уровня насекомости. Тогда, раньше эти идеологии были спекуляцией на насекомости. Вернутся они как идеологии истинной насекомости, без спекуляций. А как они будут называться – будет уже не важно.

Инсектоидность – это грань каждого человека. Поэтому улей, режим улья можно включать и выключать, если располагать достаточными для этого властью над СМИ и средствами. Инсектоидность можно включать даже у относительно здоровых популяций. Нездоровые управляются вообще легко и дешево.

У инсектоидов нет не только «я», у них нет еще и будущего как такового, нет будущего как абстракции, как проекта. Муравей, несущий веточку, не знает о будущем. И муравейник не знает. Будущее в человейниках узнается из прошлого, путем продолжения тенденций, причем продолжения сокращенного, одномерного и по сути дефектного.

Потому что на самом деле будущего нет. Может показаться, что люди в человейниках направлены на прошлое, поскольку ему вообще и культу мертвых в частности придается большое информационное значение; но при подробном рассмотрении выясняется, что это просто психозы, а прошлое, которым они наполнены, придумано на месте употребления.

Океания всегда воевала с Остазией, ага. А если настоящее – это автобус, то будущее – трехэтажный автобус.

Рефлексия здесь, с одной стороны, тема не главная, а другой – тема может быть и бесконечной, и заслуживает отдельного рассмотрения.

Специализация и одномерность

Люди рождаются со специализацией, о которой они обычно не знают. Чтобы человек был успешен, он должен свою скрытую специализацию выявить и технически развить.

Насекомое узкоспециально, а человек универсален. Тогда путь к насекомому – повышения уровня специализации, повышение требований к специализации, чтобы у человек не было никаких возможностей роста, кроме этой самой одной специализации – на которую и будет в условиях жесткой конкуренции уходить все его время.

Чем больше ресурсов выделяется специализации – тем меньше ресурсов выделяется универсализации. Иначе не выжить. Так тоже не выжить, конечно, но прожить можно дольше.

Насекомые – это детали, и люди – тоже детали. Абсолютного целостного человека не существует, но человек природно и традиционно обладает степенью целостности. У насекомых и людей-инсектоидов эта целостность стремится к минимуму. Насекомое функционально и специализировано, и через это специалист подобен насекомому. Чем больше специалистов, чем относительно больше специалистов – тем общество ближе к улью.

Насекомое – это деталь. Люди, теряя представление об общем, о целом, тоже становятся деталями и мыслят деталями – т.е. маленькими задачами, которые замещают задачи большие. В насекомых маленькие задачи прописаны; их маленькие умственные ресурсы не позволяют прописывать задач больших и потому сложных.

В людях задачи прописываются, но поскольку большие задачи требуют больших умственных ресурсов, которых у большинства людей нет, то в людях прописываются именно маленькие задачи сопоставимые с возможностями мозгов. А имея только маленькие задачи, отвергая задачи большие из-за умственной несовместимости, человек становится человеком-деталью, как и насекомое, т.е. инсектоидом.

Любая система с одной иерархией – одномерна. Одномерные системы присущи насекомым.

Литература и прочее искусство тоже добавляют функциональности, они сами по себе тоже функциональны. Но они не функциональны напрямую, они сложно функциональны. И потому не видимы насекомым, потому что находятся в других измерениях.

Насекомые не просто функциональны, что важно – насекомые ограниченно функциональны, одномерно функциональны, в отличие от многомерно функциональных людей. Людям, в отличие от насекомых, нужно постоянно работать над тем, чтобы их жизнь продолжалась, не скатываясь в вырождение; для этого им нужна функциональная многомерность, в том числе нужно трансцендентное как маяк.

Трансцендентное – это точка схождения перспектив-измерений, подобно точке перекрещивания рельсов на горизонте. Насекомым такие вещи недоступны.

Одномерные люди видят мир одномерно и развивают его одномерно. Это запускает систему положительных обратных связей, что ведет к катастрофе. Одномерное развитие обычно есть деградация.

Расы адаптируются к среде. (А инсектоидов, рефлексоидов, скотоидов и котоидов с натяжкой можно назвать расами.) Но среда не всегда бывает вечной. И когда меняется среда – адаптированные к ней не адаптируются, поскольку не успевают, а вымирают.

Чем более многомерна раса, тем больше у нее шансов пережить смену среды на большом временном промежутке. Чем более многомерна раса, тем менее у нее шансов в конкуренции с одномерными-специализированными на коротких временных промежутках.

Мир инсектоидов

Цивилизация превращается в улей. И каждый элемент, каждый человек на планете, каждая группа выполняет заданную ей функцию.

Кто управляет улеем? Не какая-то одна программа. Материальные носители программ (с физически выраженным кодом, кусочки мозга) содержатся только в конкретных людях, почти во всех людях. Когда все программы взаимодействуют, им становится тесно, и они ограничивают друг друга.

Улеем управляет множество программ, совокупность программ, и эта совокупность кажется целостной программой. Но таковой не является – по аналогии с тем, как у животных не нашли материнского инстинкта – нашли множество отдельных инстинктов.

И, конечно, никаким самосознанием не обладает. Процесс превращения цивилизации в улей есть процесс в том числе утраты элементов самосознания.

Муравейники тоже ведут войны, как и нации. Но это все равно жизнь насекомых.

*

Каждый человек сам по себе несколько разумен, но он ограничен другими людьми. Сами по себе ограничения имеют структуру, и в результате их равнодействующей человек перестает быть разумным, и занимается неразумной деятельностью.

По аналогии – пчела точно так же строит шестигранные соты – и только такие соты сходятся в сеть. Как следствие множества отдельных выполняемых действий возникает машина, которая делает соты определенной формы.

Точно так машина возникает у людей, и делает эта машина одни и те же действия, например, повышает экономическую эффективность одним и тем же способом – за счет повышения специализации людей. А специализация людей повышается за счет сокращения универсализации людей.

Муравьиные королевы не отдают муравьям команды, что им надлежит делать. Муравьиная королева, как и любой другой муравей, тоже не знает, что происходит с муравейником вообще. Муравьи делают то, что в них прописано от рождения, иногда корректируя свои действия в связи с обменом сигналами, система которых в них тоже заложена от рождения.

(Например, тащить еду важнее, чем тащить палочку. Нет еды, чтобы тащить – значит, тащить палочку.) Чем позднее человейник, тем более он похож на муравейник, в том числе в плане управления. Правители уже могут не отдавать команд подчиненным – подчиненные будут действовать согласно накопленной инерции, и этого будет некоторое время достаточно для выживания. (А перманентное выживание невозможно.)

Муравьиные королевы не правят. Это сложно представить, но на самом деле во главе властных человейников не может стоять человек. И насекомое не может. Во главе властных человейников никто не стоит, потому что во главе их невозможно стоять. И договариваться с властью, которая рассеяна, критически сложно. (Нечто)

Если дать человеку свободу, то он начнет проявлять человеческие качества – он начнет через эту свободу реализовывать себя. Эта реализация противоречит инсектоидному принципу – все должны быть функциональны, и только потреблять то, что столь же функционально (и одномерно). Реализация себя, декларация себя человеком может привести его к превосходству. Это тоже противоречит инсектоидному принципу – все наследуется, и превосходство в том числе.

Причем превосходство и иерархия вообще могут быть только в одной системе, в одномерной.

Понятие “нужности” реально может существовать только в человеческом обществе, или пост-человеческом обществе как атавизм (экономическая нужность-ненужность). У насекомых нет того, кто бы сказал “нужно”. И нет “зачем нужно”. У насекомых нет понятия нужности исполнения, но исполнение есть.

В нашей семье каждый делает что-то,
Но никто не знает, что же делают рядом.
Такое ощущение, словно мы собираем
Машину, которая всех нас раздавит.
(с) Кормильцев.

Уровень понимания задачи снижается от особи к группе. Речь идет не о правильности понимания задачи, а именно о представлении о ней, о четкости этого представления. Муравей несет палочку в муравейник, и он исполняет свою задачу. А муравейник своей задачи не знает. Человек знает, что он должен работать и заводить семью.

Но чем больше группа, тем туманнее становится задача, вплоть до человечества, у которого никакой задачи пока что, до появления альтернативного человечества, даже теоретически нет, (согласно Шпенглеру).

Муравей всегда несет палочку в муравейник. Если при первой стадии жизни муравейника это для муравейника правильно, то для второй это неправильно, поскольку муравейник, превысивший нормальный размер, начинает погибать от диспропорций своего размера. Школьник имеет четкие представления, зачем он учится; а система образования имеет крайне смутные представления о том, к чему она готовит школьника.

*

Насекомое может выглядеть как человек. Это и есть инсектоид: насекомое, внешне выглядящее как человек. Есть такое направление фильмов ужасов. В цивилизациях встречается как норма. Поздние цивилизации состоят из инсектоидов полностью.

Чтобы цивилизация состояла из инсектоидов, людей нужно вывести. Уничтожать – это нет, но сжить со свету – это самое рациональное-разумное. Начинают с низших социальных классов, когда их выводят – завозят гестарбайтеров, а потом досживают всех людей вообще.

Издевательства над людьми происходят не только из компенсационных побуждений представителей власти – это рудимент хотя и вырожденного, но человеческого. Со временем все больше издевательств происходит не из человеческой природы, а из природы насекомых.

Гудящий ночью комар не знает, что издевается над человеком. Точно так же этого не знают и инсектоиды. И инсектоиды со временем становятся всё дальше и дальше от людей, а понимания всё меньше.

Инсектоиды и инсектоидность и генерируют совершенно безумное, феерическое зло, которое все чаще встречается и нарастает в поздней цивилизации. Почему и зачем? У них нет «почему» и «зачем», у них это происходит из инерционных процессов, ранее заданных как программы.

Всё чаще, когда ведется поиск виновных в издевательствах над людьми, эти виновные не находятся – получается, что или все, или никто, субъект зла рассеивается по мере приближения к нему. А это действительно работает и отдает приказы система связей человейника-улья-«домика». И она и будет командовать, если ей не противопоставить людей с человеческой моралью.

Власть человейника пытается выставить собственно власть как систему внеморальную, как большое насекомое-единый-человейник, у которого нет добра и зла, есть только функционирование. Власть выставляет себя подобно церкви, которая согласно догмату не ошибается как церковь, но не исключает того, что любой чиновник и власти, и церкви может ошибаться.

Но в результате все равно получается – власть за пределами добра и зла, причем сама себя за эти пределы поставившая. А запределы добра и зла, как известно, находятся не в сторону добра, а в сторону зла, там, где человеческое зло заканчивается, и начинается нечеловеческое. И где начинаются насекомые Босха.

Так что борьба с человеком путем уничтожения всего человеческого неизбежна.

Насекомые/инсектоиды атакуют непривычных, непохожих. Большинство талантливых детей превращаются в патологических невротиков родителями в самом раннем возрасте (Бытовой постмодерн). Цивилизация добивает немногих оставшихся.

Когда кругом только насекомые, ни говорить, ни слушать некому. У насекомых нет культуры – литературы, поэзии, философии и тому подобного.

Абсолютное большинство информации, как выясняется, не несет никакой информации, а является чистым жужжанием. Особенно это касается информации, прослушиваемой в фоновом режиме. Насекомые жужжат – а бытия-то и нет, и событийности нету. (Вечность)

Борьба в постмодерне – это борьба за свободу против насекомизации жизни, которая есть отсутствие свободы. И борьба за свободы – это борьба против человейника.

Свобода и вырождение связаны обратно через свободу выбора партнера, которая и есть природный механизм против вырождения, на который, в свою очередь, завязаны прочие свободы. Человейник сам по себе есть вырожденное человечество. И борьба за свободу – это борьба за оставшееся челвечество.

Еще про отбор и победу в конкуренции

Цивилизация принадлежит инсектоидам. Они бегают в цивилизационном человейнике и выполняют свои функции. А людей они просто не понимают.

Люди в человейнике даже не представляют, насколько их мало. Или им кажется, что они совершенно уникальны, единичны, а вокруг них бегают непонятно кто. В общем-то, понятно кто. Инсектоиды и люди, похожие на инсектоидов.

Исполнителю – писателю, художнику, кому угодно как исполнителю – нужны слушатели. Слушатели – это его, исполнителя, среда. Выживание зависит от среды – от того, насколько он среде соответствует. А если среды вообще нет – то и выживание не получится.

Развивая идею «проблема не в том, что они есть. А в том, что нас нет», можно добавить: «проблема не в том, что есть инсектоиды, проблема в том, что кроме них никого не видно».

Со стороны человека видится отсутствие в другом человека, а не присутствие насекомого. Понимание «это инсектоиды» примиряет с действительностью и открывает возможности для дальнейших решений.

«Но ведь люди-то вроде как выживают.» – это главный аргумент, из которого следует, что в общем всё верно, и путь, и истина, и т.д. На самом деле цивилизованные люди не выживают. Они вырождаются и вымирают. На место цивилизаций приходят другие люди, цивилизациями минимально затронутые. И процесс постоянно повторяется. Это мясорубка, постоянно ждущая очередной партии человечины.

Человеческая жизнь может быть интсектоидной очень недолго, это может быть только жизнь на трупе нации или цивилизации, и только до тех пор, пока труп будет инсектоидами доеден.

*

Люди не нужны, поскольку неэффективны, поскольку многомерны, и из-за многомерности чрезмерно энергозатратны. Система должна людей – в том виде, в котором они известны – аннигилировать-утилизировать. Цивилизационная система об этом не знает, этого не хочет, поскольку не живая и самосознанием не обладает.

Но это есть цель, это аттрактор системы, и система должны выполнять свои инерционные программы, в том числе главную – повышение эффективности самой системы. Понятой чисто согласно принципам спектакля – повышение эффективности с целью повышения эффективности.

Взаимодействие инсектоидов формирует аттрактор сверхнасекомого. Насекомое и человек – конкуренты. Сверхнасекомое – коллективный разум без разума – имеет аттрактором уничтожение человека. Антиантропность-античеловечность как суть времени и цивилизации. Задача (она не ставится, но возникает) – убить всех людей, это же смысл цивилизации.

Задача убивания делится на две: убить людей именно как людей, превратив их в детали-механизмы цивилизационной машины – с целью повышения эффективности-КПД. Далее убить как биологические единицы, поскольку неэффективны, что в общем верно, поскольку люди-детали-механизмы эффективны только небольшой период времени после изготовления их из универсальных людей.

В общем, профессионалы делали Титаник, да. (с) И сделали.

Технология состоит в уничтожении человека как такового путем последовательного уничтожения человечности в человеке и вокруг него.

Сначала насекомое живет внутри человека, изредка высовываясь. Когда насекомое разрастается, человек оказывается внутри насекомого.

Насекомое в человеческой оболочке – это гибрид вроде колесно-гусеничного танка, который не эффективен из-за несовместимости деталей и чрезмерной сложности, и в силу неэффективности не нужен никому и ни для чего. Человек в оболочке насекомого – то же самое, к тому же он испытывает хроническое состояние страдания от того, что помещен в чуждую среду.

В перспективе насекомые люди тоже не нужны. Ни в какой парадигме, ни сами по себе, потому что их существование – перманентные боль и страдание.

Да, есть такая идея, что превратившись в насекомое, человек сможет снизить уровень боли. Но человек не станет насекомым, он станет дефектным насекомым, неполноценным насекомым. В том числе и потому, что уровень боли не снизится, а усилится.

Формы насекомого сначала нарастают поверх человека, как ограничения; и в конце оказывается человек в оболочке насекомого. И она, эта оболочка, и должна выполнять функции насекомого. Человек, сидя внутри, может только страдать от этого. Свободы у него уже нет.

Человек посажен внутрь насекомого и чувствует от этого боль. Кроме того, он видит, что делает его внешняя оболочка-насекомое, но повлиять не может. Кроме того, он чувствует вместо насекомого всю боль и все страдания, которые насекомое, теоретически, могло бы чувствовать, но не чувствует.

В чем основная идея инсектоида, и человейника, в котором он обитает? В том, что человеку быть насекомым плохо: больно и страдательно. Потому что природы разные, и человейник лишает человека присущих человеку элементов человеческой природы, а это боль. Да, некоторые люди разрушены так, что это человеческое в них разрушено; но таких ничтожно мало.

В основном люди не понимают, что с ними происходит, кстати, как обычно с ними и случается, но страдают они все равно. Собачка не любит сидеть на цепи, её природа такая, что хочется бегать, для нее сидеть без свободы – страдание; а человейник – это сотни цепей, на которых сидит человек. Кстати, чем раньше существо сажается на цепь, тем меньше он чувствует это страдание.

Но как так вышло, что эти рептилоиды, инсектоиды и скотиноиды оказались эффективнее людей? Нужно сразу признать, что на коротком промежутке времени и рептилии, и скот, и насекомые могут быть гораздо эффективнее человека, в смысле они могут этого человека просто убить-закусать. В поздней цивилизации ситуация иная – человек как изначальный биологический тип этой цивилизацией переработан так, что он уже не человек, он есть жалкие ходячие останки человека.

Рептилоиды-инсектоиды-скотоиды побеждают не человека изначального, а человека переработанного, они побеждают именно жалкие останки, которые от человека остались.

Сергей Морозов


***


Источник.
.

  • 1
Интересное рассуждение. Смутно напоминающее вот это:



Но это что касается обывателя. А ведь население любого государства состоит не только из обывателей. А куда смотрят, в таком разрезе, пассионарная часть населения или гении? Ведь #ЗдравыйСмысл никто не отменял, насколько я разбираюсь в структурно-логической схеме сосуществования противоположностей в глобальном человеческом и культурном измерении. Может быть настала пора и с этим делом определиться?

"человек может выбрать достоинство или деньги"


Он выбирает и то и другое, если это жизнь для каждого, когда достоинство и мена справедливы, а не просто "добро"



Edited at 2019-03-18 04:33 (UTC)

Мораль в частности это логистика, а в общем она иллюзия, поскольку сознание каждого человека не имеет всей информации о вселенной, чтобы логистика всего ему была известна для морали "для асех". Значит мораль для человека ограничена присутсвием и присутствубщими, имеющимся и имеющими. Иначе настоящая мораль  зависит отинформации и общепринятой мены, будь то общение или физическая деятельность.


Прииер. Вы стоите в цепочке передачи кирпичей.Все может случится. Найдете мораль человека ? Человек ведь это не тольько "носитель" , но и тоанслятор морали. Ясно? Что мораль человека "не пылится " на книжной полке. Она при этом логистика для каждого, и тайна для всех, которую человек...открывает,


делая...явным


Моралистам это следует знать, иначе они будут на деле аморальны, потому что требуя мораль от других, ее не имеют. Делайте тайное явным и ваша мораль правильная, поступайте правильно и ваша мораль будет реальной.


Одним словом, в нашем примере- пытайтесь ловить кирпич и не уронить его ни себе ни другим на голову и научить этому других. Ясна обьективнаялогистика морали человека? Ну а если уронили? Значит мораль человека определяется его регулярной статистикой, а не случаем, ее рецидивизмом, а не просто слепой верой в мораль. Верующим она и не принадлежит, а знающим.


Тут понятно, что мораль "обитает не в научных  кабинетах", а в практике людей. Поэтоиу мораль принадлежит натуралистам, а не просто знающим.


В этой связи мы и привели соответсвующий натурализму пример, не ограничившисьодними туманными понятиями


Этим и отличается Традиция от суеверий


Мы вручаем этот камень и вам. Берегите его как мы и передавайте другим. Иначе у нас ничего не получится и мы все не выйдем из цивилизационного тупика



Edited at 2019-03-18 06:16 (UTC)

Человек может выбрать достоинство или деньги,если человек свободен то может выбрать достоинство,а если у него оьязанности перед ближними или другая благородная нужда,то может выбрать деньги и это будет подлинным достоинством,так как достоинство в ущерб других тщеславие,мол вот я какой без серебрянник ,а вы с голоду с дыхайте .


Кто душу свою спасает,то ее погубляет,Это и достоинства касается,а кто ради ближнего его унижает,тот подлинное достоинство обретает .


Не открыли вам в полной мере христианство от того уныние и депрессия в размышлениях,глагол жизни определяет качество ее восприятия ,насыщение ума и души знанием и правдой,блаженны алчущие,те насыщены будут,вся суть диалектики человеческого сознания в нагорной проповеди,вот где Начало и Конец,а не в ветхом Риме .


Во всём, безусловно, нужна мера.

И живой подход,универсального шаблона,определения глубины ,качества, для всех и вся нет.


Вначале синица в руке, а потом журавль в небе. Это тоже мораль. Что толку мы будем только говорить о морали, когда ее необходимо воплощать каждому, и только тогда она для всех



Edited at 2019-03-18 08:18 (UTC)

(Анонимно)
... В темнице там царевна тужит, А бурый волк ей верно служит; Там ступа с Бабою-Ягой Идет, бредет сама собой; Там царь Кащей над златом чахнет; Там русский дух... там Русью пахнет ...

(Анонимно)
Два солдата из стройбата заменяют экскаватор.
Невахно как, но главное яма.

носитель морали обязан ее передать и в натуре и как состояние души( как энергию) и абстрактно, три в одном


Вот почему обещанного три "года" ждут


Здоровье общества дороже асего, а не яма и экскаватор который в ином случае ваша погибель


Мы же не будем охранять калоши ракетами чтобы вы погибли? )



Edited at 2019-03-18 09:50 (UTC)

(Анонимно)
Мы это человечество?
Чтож, подумайте ещё.

Что такое общечеловеческие ценности? Это прежде наша с вами жизнь, а не калоши и ракеты. Ясно откуда ноги растут этой темы? Оттуда что в пень ваши ценности если из за них вас придется убить или самому погибнуть. Тщательнее. Мир динамичен, и он имеет на вас планы ( уровни - ментал, астрал, физический мир). А ваша задача следовать ценности конкретной жизни и не одной. Иначе ваши ценности станут вашей могилой, просто извратятся. Человек не только верующий оборотень, он знающ. Иначе- челоаек не только "держит марку", но и бережно вашу жизнь. В этом его и сила и мудрость и практические нааыки. Например, не хватает за шиворот ребенка, а мягко снимает его с дерева и ставит прочно на землю, показывая ему пример


Вы это сами умеете)


Просто доведите это до совершенства. Тогда увидите истину, человеческую. Своими глазами


Еще короче? Мена - жизнь. Но чья? Людей. Чем бы вы не занимались. Даже в самых прозаичных просьбах некий Мастер хранит жизнь. Если это вы - вы посвященный человек. И уже ничто вас не обманет и вы не обманываете никого. Если вы этому научитесь, примкнете к безсмертным. Не хотелось об этом говорить, поскольку об этом лучше молчать. Вернее будет. Чем надежней эта тайна, тем она и явна. Это диалектика жизни. Мастер может вытащить ваше посвящение и показать его вам. Воплотив вашу сокровенное желание знать кто вы. Нам пока до них , людей, далеко к сожалению. Ведь огонь жизни держат в закрытых ладонях и в глубокой ночи, охраняя от ветра. Поэтому его так легче найти и показать другим не тая. Открывают ведь запертое



Edited at 2019-03-18 12:31 (UTC)

(Анонимно)
Вот и не стоит рыть другому яму, как говорится...

  • 1