ss69100 (ss69100) wrote,
ss69100
ss69100

Category:

В тисках цензуры

Почему интернет и новые медиа XXI века ничем не будут отличаться от старых СМИ.

Принятые в России законы о суверенном интернете, об оскорблении представителей власти, блокировка сайтов и популярных мессенджеров были восприняты обществом как запрет на критику власти, свободное распространение информации и политическую цензуру.

Сложившаяся ситуация, однако, не уникальна, в том смысле, что аналогичные ограничения в той или иной форме вводятся или обсуждаются в других странах.

Государственные инициативы в сфере интернета, а также постоянные обвинения и скандалы, связанные с политикой социальных сетей по отношению к распространяемому там контенту, выводят на глобальную проблему демократии в современном информационном обществе.

Данная проблема выходит за традиционные рамки идеологических различий между разными политическими режимами. Контроль над информацией реализуется в самых разных политических системах, тем более что их различия либо фактически отсутствуют, либо размыты.


Непреложный принцип информационного общества может быть сформулирован следующим образом: самый массовый источник информации и канал коммуникации неизбежно оказываются под тотальным контролем со стороны власти.

Может ли общество в этих условиях реализовать своё право на информацию или же новые коммуникационные технологии и платформы устанавливают качественно новые и непреодолимые коммуникативные отношения между обществом и властью?

Интернет как пространство свободы: три волны оптимизма

В романе советского писателя-фантаста Ивана Ефремова «Час быка» запрет на доступ к информации согласно кодексу Великого кольца являлся одним из величайших преступлений, за которое могло последовать даже планетарное вмешательство и уничтожение установившего такой порядок режима.

Подобный подход на уровне политической риторики исповедует западное общество применительно к недемократическим и диктаторским режимам. Информация является совокупностью различных данных и знаний, подлежащих свободному обмену и доступу, играет в современном обществе роль, сопоставимую с физиологическими потребностями человека в питании, жилье, безопасности и т. д.

Такое значение информации не является преувеличенным, хотя информационное общество создаёт свою диспропорцию: информационные технологии и их доступность явно опережают доступность для граждан медицины, образования, экологически чистого продовольствия и среды обитания.

Возникновение интернета и его становление в качестве массовой коммуникации, как пространства свободного общения, обмена информацией и знаниями в самом конце 1980-х — начале 1990-х годов вызвало небывалый прилив оптимизма, который разделяли как левые, так и либералы.

Первые видели в интернете прообраз киберкоммунизма, который должен был обрушить существующую капиталистическую систему, вторые увидели новый рынок, открывавший новую эру постиндустриальной креативной, экономики и гармонизирующий старый капитализм. Интернет воплотил самые разные смелые надежды и до сих служит прототипом для оптимистических и пессимистических сценариев будущего.

Второй всплеск оптимизма пришёлся на 2000-е и был связан с возникновением и внедрением концепции Веб 2.0, построенной на пользовательском контенте. Тогда многим казалось, что монополии крупных издателей, государственных и корпоративных СМИ приходит конец. Каждый смог стать не только потребителем, но и, самое главное, производителем и распространителем идей, знаний или услуг.

Третья волна оптимизма и позитивных ожиданий связана с ростом популярности социальных сетей, развивающих новую систему сетевых взаимодействий. Кроме того, значение соцсетей усилилось на волне так называемых интернет-революций эпохи «арабской весны» в 2011 году, когда они эффективно использовались для координации действий протестующих против властей.

Фактически ни один медийный ресурс сегодня не может существовать без привязки и без распространения своего контента через соцсети. Рядовой же пользователь увидел в соцсетях простую и эффективную платформу, куда можно перенести свою гражданскую активность, развлекаться, налаживать связи, заниматься самопродвижением или вести мелкий бизнес. Объективная зависимость гражданского общества и сферы услуг от социальных сетей только увеличивается.

Однако новые технологии в виде «умного» дома, дополненной (AR) и виртуальной реальности (VR) уже не вызывают былого оптимизма. Открываемые и развиваемые киберпространства уже находятся под контролем и не дают существенных преимуществ для гражданского общества.

Современное информационное общество переживает конец эпохи кибероптимизма. Ощущение свободы и возможности существования некой альтернативной реальности «под носом» у больших субъектов власти стала утрачиваться. Новый прагматизм эпохи больших данных хоронит утопические идеи цифрового равенства и «киберкоммунизма».

Одна цензура или несколько?

Ключевой вехой развития интернета и новых медиа стал приход в эту среду сначала крупных корпораций и СМИ, а затем и государства. Как и в реальном мире, немедленно встал вопрос о собственности, а значит об управлении киберпространством и власти.

Власть в коммуникационно-информационном пространстве реализуется сразу на нескольких уровнях: физическом — физическая и интеллектуальная собственность, управление, физическое размещение и хранение данных; идеологическом — производство смыслов; когнитивном — монополия на знание и интерпретацию, обусловленную первыми двумя пунктами.

Государственные и корпоративные структуры устанавливают полный контроль над коммуникациями: никакое сообщение не может быть произведено и донесено до адресата, а также не получит массовое влияние вне контроля власти, конкретными проявлениями которой являются цензура, редактирование, троллинг, фейки и т. д.

В ситуации информационного изобилия и высокой конкуренции за аудиторию сделать это гораздо проще, особенно в сочетании с традиционными репрессивными практиками. Конечно, корпоративная цензура, часто осуществляется исходя не из политических или идеологических, а чисто прагматических бизнес-интересов.

Другое дело, насколько эти интересы вообще существуют в отрыве от идеологии и большого метанарратива, наподобие того же общества потребления? В отличие от государственной цензуры, цензура корпоративная не вызывает практически никаких серьёзных последствий, и периодически появляющиеся новости о слежке и сборе данных пользователей, например, в тех же соцсетях или мобильных операционных системах, «стучащих» на своих пользователей, не вызывают такого раздражения.

Мониторинг и слежка коммерческих структур за гражданами воспринимается как политически допустимая и рыночно легитимированная практика.

Фактически рядовой пользователь сталкивается с цензурой двух типов: с классической государственной цензурой, пришедший к нам ещё со времён печатных СМИ, и новой корпоративной цензурой эпохи новых медиа. Обе эти цензуры различны по своей форме и идеологической «обертке», но одинаковы по репрессивности.

И государство, и частный бизнес не рассматривают коммуникативное пространство социальных сетей в частности и интернета в целом в качестве неотчуждаемой частной собственности. Аккаунты в социальных сетях больше не рассматриваются работодателем и медиа как частное пространство человека, за высказывание в интернете можно поплатиться работой или свободой.

Так, согласно исследованиям компании Device Research, проведённым ещё в 2013 году, каждый десятый человек в США в возрасте от 16 до 34 лет хотя бы один раз сталкивался с отказом в приёме на работу из-за неудачной, с точки зрения работодателя, записи или комментария в социальных сетях.

Стоит ли говорить, что сегодня подобная практика усиливается ещё больше. Это фундаментальное противоречие информационного общества, с точки зрения владельцев информационно-коммуникационного пространства, не в пользу общества.

Важной отличительной чертой цифровой реальности информационного общества сегодня является автоматизация мониторинга и управления на основе получаемого в реальном времени потока данных.

Процесс управляемости до степени полной автоматизации современных коммуникаций постоянно усиливается. Технология больших данных (big data) в этом отношении представляет собой не только развитие информационных технологий обработки и анализа информации, но и потенциальную угрозу демократии, когда решения будут приниматься на основе алгоритмов, а не свободного гражданского выбора.

Коммуникационная и информационная открытость перестают быть «гарантом» демократии и свободы.

И если традиционное государство, которое видит в интернете и социальных сетях угрозу своему суверенитету, действует в этой сфере по старинке, методами репрессивных законов и отключений, то это ненадолго: существенно большую опасность представляет слияние государственной и корпоративной цензуры в единый программный и аппаратный комплекс.

В поисках технических решений

Очевидно, различные лазейки и островки свободы будут сокращаться как самыми грубыми и репрессивными методами, так и более «мягкими», удушающими средствами контроля над нарушениями многочисленных правил, лицензий и пользовательских соглашений. Интернет и новые медиа XXI века, судя по всему, станут очень унылым местом.

Ни о каком позитивном изменении общества, о котором различные киберутописты могли ещё мечтать в начале 1990-х, в существующем информационном обществе говорить не приходится.

Выход из сложившейся ситуации напрямую зависит от действий самого общества. Сегодня от всех обитателей киберпространства — от разработчиков до рядовых пользователей — требуется:


  • Развивать инструменты мониторной демократии, использовать их для контроля над субъектами государственной и корпоративной власти, добиваясь таким образом прозрачности принимаемых решений и повышения своего влияния на политику.

  • Бороться с засильем копирайта, делая его общественно неприемлемым, и подталкивать собственников на пересмотр бизнес-моделей, развивать свободный обмен знаниями и информацией.

  • Искать технические решения для создания новой цифровой среды и киберпространства, чем в своё время и стал интернет, формируя их архитектуру с учётом опыта интернета 1.0 и 2.0.

Это всего лишь неполный перечень мер, которые требуют обратить на них особое внимание не только технических решений, но и общественной солидарности. Именно социальная солидарность лежит в основе гармоничного общества — индустриального, постиндустриального или виртуального.



Павел Родькин


***


Источник.
.

Tags: Интернет, СМИ, власть, информационная, общество, сеть, технологии, цифровая
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments