ss69100 (ss69100) wrote,
ss69100
ss69100

Categories:

И.А. Гундаров. В организации системы здравоохранения нет профессионалов

Доктор медицинских наук, профессор, академик РАЕН, специалист в области эпидемиологии и профилактической медицины Игорь Алексеевич Гундаров более критично относится к готовности российской системы здравоохранения к сложившейся ситуации. По его мнению, она оказалась «совершенно не готова».

Во-первых, в руководстве здравоохранением нет организаторов здравоохранения. И все министры, которые были, это были (такое модное течение) эффективные менеджеры.

И до сих пор господствует установка, что руководить такими отраслями, в частности здравоохранением, должны те, кто занимается бизнесом, и вообще, здравоохранение — это отрасль экономики и, соответственно, критерий «хорошо» или «плохо» должен оцениваться рублем.

Соответственно в той экстренной ситуации, в которой мы оказались, они не способны принимать адекватные решения.

Второе. Перевод здравоохранения на рельсы рынка начался активно в 2010—2014 годах и очень активно этим занимался Владимир Владимирович Путин. Он говорил, что медицина должна войти в рынок, поликлиники должны войти в рынок и, если они окажутся неэффективными, неконкурентоспособными, то должны уступать место. Я тогда задал вопрос: «Что придет другая поликлиника? Конкурентоспособная?» — Ответа не было.

С укреплением материальной эффективности инфекционные койки не представляли интереса. Во время вспышки они нужна, а потом потребность в этом коечном фонде уменьшается. И было прямо сказано Владимиром Владимировичем, что надо сократить коечный фонд. Общий коечный фонд сокращен катастрофически — примерно на 60%! Отдельно инфекционных примерно такая же цифра.

У нас страна огромная, города занимают меньшую территорию, а остальное — это село. А нас селе ключевым является участковая больница — а это, подчеркиваю, ключевое звено в организации первичной медико-санитарной помощи стационарного плана, все остальные больницы — районные, городские — уже в тылу. Это те врачи, которые на передовой: они и атаку останавливают, и в атаку идут.


Их (больниц — ред.) много было, но они маломощные — 10−20 коек. С позиции экономической они не эффективны: ну, что такое 15 коек, а надо главврача, хозяйственника, бухгалтера. Поэтому их решили сократить. Их сократили на 99%! Они были стерты как класс с лица Земли.

«СП»: — А в крупных городах?

— В Москве в те же годы была предпринята активная волна оптимизации здравоохранения. Под оптимизацией подразумевалось сокращение специалистов и коечного фонда. Врачей, по-моему, более 10 тысяч сократили. Инфекционных коек осталось около 40%.

Третья неготовность: в системе здравоохранения нет организаторов и нет эпидемиологов — тех, кто считает и расценивают потоки, пропускную способность и прочее. Есть вирусологи, инфекционисты, а эпидемиологов нет. Они (руководство здравоохранением — ред.) решили объединить больных и подозрительных на больных в единый контингент и направлять их в один и тот же стационар. Экономически это может и обосновано, а с профессиональной точки зрения — это преступление.

Хорошо, что коронавирус — не очень опасный вирус. А если бы это была холера?! Это все равно, что объединять и направлять больного с холерой и больного с функциональным расстройством кишечника.

В результате сейчас поток направляемых в стационары превышает раз в 5 численность, кого действительно надо было бы направлять в стационар. Обычно пневмонию в 80% можно лечить дома. Сейчас же весь этот поток больных пневмонией и тех, у кого нет оснований для направления в стационар, направляют в стационар.

Следующее, в чем не готовы оказались — не было памяток для врачей в условиях экстренной ситуации. И решили перестраховаться — и теперь подозрение на коронавирус настолько расширилось, что если участковый, например, приходит, и больной говорит, что у него головная боль, то одного этого признака достаточно для зачисления этого человека в число подозреваемых на COVID-19 и направления в стационар. В результате, поток подозреваемых взлетел многократно и это следующая пробка в реальном обслуживании реальных больных.

«СП»: — А как же тесты?

— Это еще одна неготовность — отсутствие адекватных тестов, нет системы контроля над проведением тестирования. И мы тестируем население, тогда как точность наших тестов, грубо говоря, плюс-минус. В результате, из-за несовершенства тестов мы можем захватить 30% здоровых людей, нагнать панику, сказав, что это больные.

«СП»: — Но ведь уверяют, что тесты у нас хорошие.

— Для хороших тестов должна быть структура — например, Центр стандартизации и контроля качества исследований. Во-первых, он готовит специалистов по проведению тестов (а это достаточно ответственная процедура, а во-вторых, он рассылает по всем регионам стандартные тестовые полоски.

И никто, давая заключение, не знает какую полоску ему прислали, присылает ответы в Центр, где смотрят насколько качественно проведена диагностика. Если не качественно, значит срочно менять, обучать и так далее. Вот что такое качественный тест. Этого нет.

В результате, полный хаос в статистике. Понять, что происходит невозможно. Полный хаос в первичной статистической информации.

«СП»: — Все врачи, судя по тому, о чем пишут многие люди и с чем пришлось столкнуться самой, брошены на коронавирус. Насколько это правильно? Что делать людям с другими проблемами — давление, сердце, радикулит, зуб болит и тому подобное?

— А это и есть полный непрофессионализм в организации медицинской помощи. Правильно, всех врачей бросили и оголили другие направления. Даже в структуре летальности от пневмонии коронавирус, дай Бог, чтобы занимал 10%. А в структуре общей смертности пневмония занимает 5−6 место. А кто сейчас должен заниматься инфарктами, инсультами??? Наступление на одном фланге фронта, а весь остальной фронт оголили.

Нехватка стационаров привела к тому, что сейчас перепрофилируют несколько десятков непрофильных учреждений. И кто будет лечить? Например, Центр проктологии. И туда направят больных.

Но там умеют смотреть прямую кишку, полипы, геморрой. Они не специалисты лечить пневмонию, они не в состоянии давать искусственную вентиляцию легких.

С другой стороны, из-за перепрофилирования больные остро нуждающиеся, например, в помощи лора не в состоянии ее получить. Вот такой хаос, который, если честно, на уровне преступления.

«СП»: — Насколько эффективны принимаемые властями меры по самоизоляции и прочему? Может вместо жестких мер надо было больше разъяснительной работы проводить?

— Отвечу словам Александра Лукашенко и той практикой, которую он проводит. Он исповедует советскую модель борьбы с такими вирусными проблемами: лежите дома, не собирайтесь большими коллективами, проветривайте помещения, мойте руки. И ситуация ничуть не хуже, чем у нас. Более того, приезжали эксперты ВОЗ, оценили и сказали, что претензий к их системе нет.

Все эти драконовские меры не имеют клинического смысла. Самоизоляция не нужна абсолютно. У нас в прошлом, позапрошлом годах, 10 лет назад такие же точно вспышки сезонных ОРЗ. И не было никакой самоизоляции.

Мы еще не затрагиваем экономические вопросы. Эта остановка производств, инфляция, жизнь резко ухудшается, потребление алкоголя растет.


***


Источник.
.

Tags: Путин, вирус, власть, здоровье, система, статистика, управление
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments