ss69100 (ss69100) wrote,
ss69100
ss69100

Categories:

Белорусский суверенитет: кто, как и с чем его будет есть?

Основным тезисом пиара Александра Лукашенко как президента является тема суверенитета. Что же представляет собой белорусский суверенитет и насколько он реален?

Основным тезисом пиара Александра Лукашенко как президента Белоруссии является тема суверенитета. Он всегда и всем говорит о том, что при нём Белоруссия суверенна, и если придёт кто-то другой, суверенитет закончится. Что же представляет собой белорусский суверенитет и насколько он реален?

«Суверенитет» — это синоним слова «самовластье». То есть это способность противостоять всякому внешнему давлению при принятии всех решений.

Именно всякому, ибо давление бывает не только прямым, но и косвенным. Чем больше самовластья, тем больше суверенитета. Суверенитет — это «что хочу, то и ворочу».

Поэтому сразу надо сказать: суверенитет — вещь относительная. Абсолютный суверенитет был только у Робинзона Крузо на необитаемом острове, и то он закончился с появлением Пятницы, мнение которого уже пришлось учитывать. Суверенитетом — то есть самовластьем — может обладать как лицо, так и группа лиц.

Ни один народ никогда в истории суверенитетом не обладал и обладать не в состоянии, и великая ложь либеральной демократии состоит в том, что она пробивает дорогу к власти плутократии при помощи лозунга народовластия, то есть суверенитета народа. Зафиксировав этот тезис в Конституции, плутократия начинает построение грандиозной мистификации, превращаясь в лису, льстящую держащей в клюве сыр вороне.

Таким образом, наиболее относительно суверенной может быть только правящая элита, правящий класс, как совокупная иерархическая группа, где суверенитет коллективный и его разные доли распределены между ступенями классовой или сословно-социальной иерархии.


Любые революции, когда толпа сносит власть, — это не проявление суверенитета народа, а проявление раскола в правящей группе, где одна часть свергает другую при помощи манипуляции толпой. Делается это в целях борьбы за увеличение своей доли суверенитета. Все прочие трактовки этого вопроса — от лукавого.

В революции часто борются одни группы, а победителем оказываются другие. Всё зависит от способности в самый важный момент быть самым решительным, самым организованным и самым беспощадным. Факторы времени и предельной мобилизации здесь решающие.

С этой точки зрения, в Белоруссии есть правящая группа во главе с Лукашенко, сосредоточившим у себя лично львиную долю суверенитета, понимаемого как самовластье. Однако зависимость Белоруссии от России в плане экономики от всякого самовластья оставляет лишь унесённые ветром иллюзии.

Белорусская элита может демонстративно и суверенно указать России на дверь. Но это суверенитет самоубийцы — ты волен решить, вешаться тебе или нет, но суверенитетом это назвать трудно. Суверенитет — это не выбор между жизнью и смертью, а выбор самого лучшего из всех возможных вариантов жизни. Смерть — это апофеоз отсутствия суверенитета.

Лукашенко может в Белоруссии отнять и присвоить любое предприятие. В тюрьме главный уголовник тоже может отнять еду у любого зэка. Но значит ли это, что главарь суверенен? Фигура часового на вышке лучше всего отвечает на этот вопрос.

То есть экономический суверенитет Белоруссии — это фикция. Это суверенитет отказа от полноценного питания в пользу голодовки из соображений гордости, то есть поза достаточно идиотская. Когда элита занимает такую позицию, народ начинает искать другого суверена, к которому можно прислониться в целях лучшего пропитания.

Бедность — лучший способ убийства суверенитета элиты, ибо государство — это не народ, а элита. Решила элита — и нет СССР, и никакой народ и не пикнул. Решили Бисмарк и Ротшильд — и нет удельных княжеств. А есть созданная «железом и кровью» единая Германия, и все вопли о суверенитете Баварии, Саксонии или Тюрингии кончаются расстрелом. Рождение и смерть государств — это решение элит, а не народов. Как ни хочется польстить народу, но не получается.

Политический суверенитет Белоруссии — ещё большая иллюзия. Белорусская элита многовекторна, то есть она лавирует между суверенными центрами мировой силы. Даже сохранить закрытость властного контура от проникновения враждебных структур прозападных националистов Лукашенко не смог — именно в целях сохранения власти.

Политический класс Белоруссии зависим от России или от Запада и принимает решения под их давлением. Это что угодно, кроме суверенитета. Именно обилие заклинаний о суверенитете подтверждает его фактическое отсутствие. Ведь здоровый человек не напоминает себе сто раз на дню, что он здоровый, а забывает об этом и просто делает что хочет в рамках своего здоровья.

Военного суверенитета у Белоруссии тем более нет. Лукашенко остро нуждается в союзах ради сохранения своей власти и жизни. Без российской военной крыши его давно сожрал бы Запад.

Россия же не вводит войска в Белоруссию не потому, что боится белорусской армии, а потому, что учитывает реакцию Запада и белорусского народа. «Боюсь, белорусам это не понравится», — вот единственное, чего боится Россия.

Но это уважение, а не страх. А вот у Лукашенко один голый страх, и никакого уважения ни к Западу, ни к России, ни к белорусам, ни к русским у него нет. К украинцам, кстати, тоже, судя по его высказываниям о Крыме.

То есть в вопросе военного суверенитета, как ни парадоксально, у белорусской элиты суверенитета ещё меньше, чем в суверенитете экономическом и политическом.

Дипломатический суверенитет Белоруссии олицетворяет Макей. Лукашенко категорически запрещено Западом увольнять Макея. Под угрозой лишения личных активов за рубежом и прочих кар. Это всё, что вы хотели знать о белорусском дипломатическом суверенитете, но стеснялись спросить.

Остаётся ещё культурный суверенитет. Тут и вовсе всё просто. Народ в Белоруссии русский, русскоязычный и русскокультурный. Элита — польско-литовски ориентированная. Чего-то специфически белорусского, отличного от Востока или Запада, просто не существует.

Какого-то специального культурного суверенитета Белоруссии просто не может быть при всех усилиях — если не считать сельский русско-украинско-польско-литовский диалект западных сёл Белоруссии, названный «белорусским языком», особым культурным феноменом.

Баварец от тюрингца отличается больше, чем белорус от русского. Алтаец от вологодца или кубанца отличается сильнее. Никому в голову не придёт сказать, что это не русские. Все попытки обосновать культурный суверенитет Белоруссии особостью белорусской культуры, отличной от русской — ложь, ещё более сильная, чем история о древних украх.

Единственный признак суверенитета, которым Белоруссия обладает в полной мере — это флаг, герб и гимн. Но и здесь собака порылась — красно-зелёному флагу Лукашенко противостоит польско-литовский бело-красно-белый флаг с рыцарем на гербе.

Если вспомнить, что рыцари на Руси были только в качестве утопленников на Чудском озере, то ясно, что и эта символика в силу культурной даже не вторичности, а третичности к Белоруссии отношения не имеет. И в случае победы оппозиции будет навязана Белоруссии в виде герба и флага как часть проекта её полонизации — во всех смыслах этого русского слова, от «Польша» до «полон, плен».

Весь суверенитет Белоруссии а-ля Лукашенко — это, как говорит молодёжь, одна большая «шляпа», которой он накрыл страну в попытках противостоять гравитации притяжения двух искусственно разорванных частей одного народа. У нас часто спорят — почему Россия так долго терпит Лукашенко? Его судьбу должны решать сами белорусы. Они выбрали, им и снимать.

Есть ещё одна причина сверхбережного отношения России к Союзному государству, как бы фиктивно оно ни было. Это Калининградская область как важнейший военно-стратегический анклав России на территории, занятой НАТО. От Белоруссии очень короткий отрезок пути до Калининградской области.

И хотя этот отрезок занят Польшей и Литвой, тем не менее для России потеря области означает утрату важнейшего плацдарма. Ведь после поглощения Белоруссии НАТО Калининград легко блокируется с Балтийского моря, и любое военное столкновение с НАТО силами нашего морского десанта означает глобальную ядерную войну.

И не стоит думать, что НАТО на это не решится. Если Белоруссия попадёт в ЕС и НАТО — решится ещё как, ведь это для них означает устранение пункта позиционирования наших ракет. В сочетании с полной блокадой России такое возможно. В нашем Генштабе вовсе не дураки сидят и зряшных угроз не опасаются.

Так что не зря Россия терпеливо возится с мифом о белорусском суверенитете столько лет. Нет никакого белорусского суверенитета, а есть изменившийся не в пользу России расклад сил после распада СССР. Поэтому затяжная игра в куклы по поводу темы белорусского суверенитета — это не причуда, а часть большой стратегии обеспечения безопасности России с западного, самого опасного направления.

Тихановская — это одноразовый шприц против Лукашенко. После его сноса она вернётся на свою кухню жарить свои котлеты. Запад, захватив в свои руки процессы в Белоруссии, через серию ходов приведёт к власти Макея.

Вот вся суть белорусского суверенитета. Вот причина нашей сверхтерпимости в отношении всех выходок этого недоговороспособного и враждебного России эксцентрика с признаками предателя. В Белоруссии нет никакой альтернативы. А отсутствие альтернативы — высший критерий отсутствия суверенитета.

Для России это ещё хуже, чем для Белоруссии. Белорусы хоть сбежать могут. России же, получив НАТО под Смоленском, бежать некуда. Вот каков он — белорусский суверенитет, и вот какова настоящая цена этого убогого мифа.



***


Источник.
.


Tags: Белоруссия, Запад, Лукашенко, НАТО, Польша, Россия, Украина, власть, война, колония, народ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 46 comments