ss69100 (ss69100) wrote,
ss69100
ss69100

Categories:

В.Ю. Катасонов. На пути к мировой тирании

Человечество приглашается в посткапитализм, где править будет элита, а все остальные будут рабами, помещёнными в цифровой концлагерь.

На пути к мировой тирании
Главная идея

В 2020 году была выпущена книга "COVID-19: Великая перезагрузка", написанная руководителем Всемирного экономического форума (ВЭФ) Клаусом Швабом в соавторстве с французским футурологом Тьерри Маллере. Одной из её основных идей является Inclusive Capitalism, то есть «включающий», «всеобщий» капитализм. Её и предлагают сделать основной идеей «Великой перезагрузки» (The Great Reset).

Разные политики, философы, политологи и экономисты высвечивают разные аспекты этой социальноэкономической модели, которая должна прийти на смену существующему капитализму, который можно описать словом «эксклюзивный». (Exclusive (англ.) в переводе означает «особый», «исключительный».)

Кто‑то, рассуждая об инклюзивном капитализме, прежде всего, обращает внимание на то, что это такой «обновлённый» капитализм, в котором не будет бедных и нищих. Другие акцентируют внимание на том, что в такой модели не будет безработных. И, исходя из этого, главное внимание уделяют рациональному (экономному) использованию ресурсов и охране окружающей среды.

Некоторое время каких‑то резких, революционных заявлений Шваб не делал. Эти заявления последовали, когда началась так называемая «пандемия COVID-19» и когда зазвучали слова «Великая перезагрузка».


Если внимательно проанализировать всё сказанное Швабом по поводу новой модели капитализма, то, в конечном счёте, его предложения сводятся к тому, чтобы отказаться от принципа максимизации прибыли.

Впрочем, его идею можно интерпретировать несколько иначе: бизнесу следует осознать тот факт, что эпоха приращения капитала завершается, средняя прибыль во многих отраслях и на многих рынках стремится к нулю; следует избавиться от иллюзий, которые еще питает значительная часть бизнеса.

Почему‑то в этой связи вспоминаются слова Джорджа Сороса, который два десятилетия назад пошутил: «Музыка кончилась, а они всё ещё танцуют» (по поводу неправильного поведения некоторых участников рынка после падения биржевого индекса NASDAQ).

Впрочем, ещё более уместно вспомнить Карла Маркса, который полтора века назад сформулировал закон тенденции нормы к снижению и который сказал, что в результате роста технического строения капитала (т.е. вытеснения рабочей силы машинами) норма прибыли в конце концов может упасть до нуля.

Итак, Шваб решил спасти капитализм, сделав его «инклюзивным». Он утверждает следующее: «Цель компании — вовлечь все заинтересованные стороны в совместный и устойчивый процесс создания стоимости».

Т.е. каждая фирма, компания становится «инклюзивной». По его мнению, выстраивать инклюзивный капитализм должно не государство, а именно инклюзивные компании. Что касается государства, то оно постепенно должно «поглощатьcя» (bee included) этими самыми инклюзивными компаниями. Проще говоря, предполагается постепенная приватизация государства крупнейшими корпорациями.

Инициативы со стороны мировой элиты, называемые «инклюзивным капитализмом», выглядят парадоксально. Несколько столетий в мире существовал капитализм, где царил принцип Homo homini lupus est («Человек человеку волк»).

В течение многих поколений взращивались и матерели волки капитализма, привыкшие пожирать слабых представителей фауны. И вот, неожиданно, волки собираются и торжественно заявляют, что отныне будут питаться травой. Верится с трудом.

Впрочем, некоторые в такую версию верят, называя инициативы сильных мира сего «революцией сверху». Также верят и в возможность существования «инклюзивного капитализма».

На самом деле, данный капитализм — дымовая завеса, прикрывающая планы мировой элиты по созданию такой модели, которую следует назвать посткапитализмом.

Его ещё можно назвать новым феодализмом или новым рабовладельческим строем. Нынешняя элита готова отказаться от таких устоявшихся «предрассудков» и «привычек», как погоня за прибылью, наращивание капитала, захват монопольных позиций на рынках и т.п.

А вот от чего она ни при каких условиях не откажется, так это от власти. «Великая перезагрузка», или «революция сверху», проводится ради того, чтобы элита укрепила свою власть.

Почему‑то вспомнил короткую формулу, которую нередко используют для объяснения и описания процесса уничтожения СССР: «партийно-государственная элита страны решила конвертировать свою власть в капиталы».

А ныне на глобальном уровне мы наблюдаем обратную картину: «мировая олигархия решила конвертировать свои капиталы в достижение абсолютного мирового господства».

Совеместный проект Ротшильдов и Папы Римского

В декабре 2020 года был создан Совет по инклюзивному капитализму. Ведущую роль в нём играет исполнительный директор EL Rothschild Эвелин де Ротшильд и папа римский Франциск. Совет включает и руководителей многих крупных корпораций.

Представительница клана Ротшильдов заявила: «Мы отвечаем на вызов папы Франциска по созданию более инклюзивной экономики, которая более справедливо распределяет преимущества капитализма и позволяет людям полностью реализовать свой потенциал».

Папа Франциск, со своей стороны, ответил: «Экономическая система, которая является справедливой, заслуживающей доверия и способной решать самые серьёзные проблемы, с которыми сталкивается человечество и наша планета, срочно необходима. Вы приняли вызов, ища способы превратить капитализм в более инклюзивный инструмент для целостного человеческого благополучия».

Как отмечают эксперты, близко к этому «дуэту» находятся президент Фонда Форда Даррен Уокер, президент Фонда Рокфеллера Раджив Шах, а также генеральные директора корпораций Visa, Mastercard, Bank of America и British Petroleum.

К числу «особо приближённых» также относят Марка Карни, специального посланника ООН по климату. О нём несколько слов. Он не столько климатолог, сколько банкир. В 2008–2013 гг. возглавлял Банк Канады. В 2013–2020 гг. — управляющий Банка Англии.

Прославился своим заявлением на ежегодной, 2019 г., конференции ФРС США в американском городе Джексон Хоул.

Во время встречи с главами центральных банков разных стран и руководителями подразделений ФРС на площадке конференции Марк Карни предложил заменить доллар, как мировую резервную валюту, новой цифровой валютой.

Тогда это прозвучало очень смело, почти как вызов. Теперь это заявление Карни уже почти никого не удивляет. Можно предположить, что инклюзивный капитализм будут строить уже с помощью цифровых валют.

Официальным руководящим органом Совета является группа, называемая «хранителями», или «стражами» (что‑то вроде правления). В неё входят 27 важных персон.

Стали «хранителями» и ответственные лица из организаций, не относящихся к бизнесу: Анхель Гурриа — генеральный секретарь Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР); Шаран Берроу — генеральный секретарь Международной конфедерации профсоюзов; Фиона Ма — казначей штата Калифорния.

Некоторые усматривают в числе «хранителей», равном 27, мистический смысл. Вспоминают масонство, в котором на 27‑й ступени находится «начальник храма», следящий за тем, чтобы все члены ордена неукоснительно исполняли предписания и приказы, исходящие от высших чинов ордена.

Те бизнес-структуры, которые представлены в группе «хранителей», по оценкам, представляют активы под управлением на сумму более 10,5 трлн долларов США, компании с рыночной капитализацией более 2,1 трлн долларов США и 200 млн сотрудников в 163 странах.

Некоторые эксперты уже сравнивают по финансовым показателям данный альянс, именуемый Глобальным, с Бильдербергским клубом.

Нет никакого сомнения, что создание так называемого «Глобального альянса» мировым капиталом — ещё одна «дымовая завеса», призванная максимально быстро и эффективно произвести ту «Великую перезагрузку», которая позволит сделать нынешнюю мировую элиту хозяевами всей планеты.

Новые властелины финансов

В настоящее время, как известно, все ведущие центробанки (ФРС США, ЕЦБ, Банк Англии, Банк Японии, Народный банк Китая, Центробанк Швеции и др.) объявили о создании своих цифровых валют. Со временем цифровые валюты отдельных центробанков могут исчезнуть, «растворившись» в единой мировой цифровой валюте.

Далее ожидается размывание существовавшей ранее чёткой грани между центробанками и минфинами. Отчасти это обусловлено именно тем, что место обычных денег займёт цифровая валюта. Хотя на сегодняшний день существует несколько моделей эмиссии и обращения цифровой валюты, наибольший шанс на практическое воплощение имеет следующий вариант.

Центральный банк эмитирует цифровую валюту путём открытия у себя счетов для всех физических и юридических лиц и размещения этой валюты на указанных счетах. В этой схеме уже и коммерческие банки оказываются «пятым колесом в телеге» — они лишаются своей привычной роли посредника между ЦБ и массой конечных клиентов — физических и юридических лиц.

В рамках проекта «Великой перезагрузки» обещано введение «безусловного базового дохода» (ББД) для всех без исключения граждан. Такая социальная помощь несколько напоминает «вертолётные деньги», но, в отличие от последних, она оказывается на постоянной основе и в постоянном объёме.

В принципе, для распределения ББД можно обходиться без Минфина, используя ЦБ и имеющиеся в нём счета физических лиц. Можно сказать, что подобные схемы означают не только размывание грани между центробанками и минфинами, но и умаление роли последних.

Становится понятным, что некоторые традиционные финансовые институты будут постепенно утрачивать своё влияние в мире денег и финансов, другие, наоборот, — наращивать. Невооружённым глазом видно ослабление позиций известных банков Уолл-стрит, лондонского Сити, ведущих банков континентальной Европы.

Внешне такие банки выглядят до сих пор очень внушительно. Но всё познаётся в сравнении. За последние годы резко укрепили свои позиции корпорации, относящиеся к сектору IT, особенно те, которые занимаются цифровыми технологиями.

Самым крупным и влиятельным банком на Уолл-стрит считается JPMorgan Chase & Co. Его рыночная капитализация на начало осени 2020 года составила 292 млрд долл.

А вот для сравнения значение этого показателя по ведущим американским корпорациям сектора IT (млрд долл.): Microsoft — 1359; Apple — 1286; Amazon — 1233; Alphabet (за которой стоит Google) — 919; Facebook — 584.

Как видим, разрыв между банками Уолл-стрит и компаниями Силиконовой долины колоссальный. Причём характерно, что в ходе так называемой «пандемии» рыночная капитализация корпораций Силиконовой долины росла, а банков Уолл-стрит падала.

Все внимательные эксперты уже прекрасно понимают, что одним из главных драйверов «Великой перезагрузки» является сектор IT, особенно — корпорации Силиконовой долины. И их роль определяется тем, что они участвуют в строительстве мирового цифрового концлагеря. В том числе они участвуют в разработке и внедрении цифровой валюты.

Вроде бы работа ведётся на паритетной основе, это как бы «совместный проект» центробанков и IT-гигантов. Но велика вероятность того, что в конечном счёте из этого совместного проекта ЦБ будут изгнаны и останутся лишь IT-гиганты. Однако надо иметь в виду, что и они не являются бенефициарами последней инстанции в этой игре под названием «Великая перезагрузка».

А кто стоит за IT-гигантами Силиконовой долины, кто их хозяин? Вопрос непростой. Финансовая отчётность указанных компаний достаточно размыта, создаётся впечатление, что у них сотни и тысячи акционеров.

Но всё‑таки наиболее крупными являются те, которые относятся к группе «большой четвёрки» финансовых холдингов. Это Vanguard Group, State Street Corporation, FMR (Fidelity), BlackRock. Я уже неоднократно писал об этой «великолепной четвёрке».

Здесь лишь отмечу, что эти же самые финансовые холдинги отражаются в первых строчках списков акционеров банков Уолл-стрит. А поскольку банки Уолл-стрит являются акционерами Федеральной резервной системы США, то, следовательно, холдинги указанной «четвёрки» можно отнести к акционерам более высокого уровня.

Разворот мира под кодовым названием The Great Reset, конечно же, осуществляется в соответствии с планами «большой четвёрки», а Клаус Шваб и его соратники лишь озвучивают эти планы и, в меру своих сил, их исполняют. Мои наблюдения показывают, что особая роль в проекте The Great Reset принадлежит финансовому холдингу BlackRock.

Он был создан совсем недавно — в 1988 году Ларри Финком и изначально являлся дочерней компанией Blackstone — инвестиционного фонда, основанного Стивеном Шварцманом (ранее Lehman Brothers) и бывшим министром торговли США Питером Г. Петерсоном (между прочим, президентом Совета по международным отношениям до самой его смерти в 2007 году).

В марте этого года денежные власти США (ФРС и минфин) в связи с так называемой «пандемией COVID-19» анонсировали программу помощи американской экономике и гражданам страны на несколько триллионов долларов.

Многих тогда заворожили астрономические суммы помощи. И лишь немногие эксперты обратили внимание на то, что одновременно был создан новый механизм взаимоотношений межу ФРС США, американским казначейством и экономикой.

Для вливаний гигантских объёмов денег в экономику Федеральный резерв и Казначейство договорились, что будут созданы компании специального назначения — Special Purpose Vehicle (SPV). Казначейство выступает учредителем таких компаний и формирует их уставной капитал.

Под каждый доллар капитала SPV Федеральный резерв может выдавать до 10 долларов кредитов. А компании SPV размещают деньги в экономике сообразно их представлениям о приоритетах, рисках, доходности и т.п. Но самое удивительное, что было принято решение о том, что управление компаниями SPV (на данный момент их число равно 11) возьмёт на себя финансовый холдинг BlackRock.

Таким образом, возник триумвират «ФРС — Казначейство — BlackRock», в котором на последнего из названных участников возложена величайшая ответственность «правильного» распределения эмитируемых Федеральным резервом триллионов.

Бесспорно, что и раньше финансовый холдинг оказывал влияние на денежно-кредитную и финансовую политику США, но делал это незаметно. Видимо, сегодня можно уже действовать более открыто. Вот BlackRock и встал на «тяжёлую работу» по раздаче астрономических сумм, сняв с Федерального резерва и Казначейства бремя ответственности.

Кто‑то из экспертов уже считает, что в 2020 году радикально поменялась финансово-денежная архитектура США: во главе финансового мира Америки встал холдинг BlackRock, а ФРС стал его придатком, выполняющим техническую функцию по печатанию денег.

Локдаун навсегда

Конечно, главным фактором происходивших в мировой экономике событий и процессов был COVID-19. В первой половине 2000 года все гадали-рядили о том, откуда взялся этот страшный вирус и как долго он будет мучить человечество. Вернее, даже не сам вирус, а те меры властей, которые получили название lockdown («блокировка, строгая изоляция»).

Они выразились в том, что людей принудили к «самоизоляции», «дистанцированию», «масочному режиму» и т.п. А бизнес был принуждён к закрытиям, ограничениям, дистанционной работе сотрудников и т.п. Но вот вышла упомянутая книга Шваба, и многое стало ясно. В книге были раскрыты многие секреты глобальных верхов.

Во-первых, мировая элита уже давно готовила «революцию сверху», но для неё не всё было ещё готово. В 2020 году она началась. Видимым её проявлением стал массовый, глобальный lockdown.

Во-вторых, так называемая «пандемия COVID-19» — «дымовая завеса», которая дала основания для lockdown и лишила людей нормальной жизни. Профессор задаёт риторический вопрос: «Когда же будет возврат к «нормальной» жизни?» И сам же даёт циничный, но честный ответ: «Никогда». «Пандемия» и lockdown — навсегда.

В-третьих, он немного раскрывает картину того «дивного нового мира» (Олдоса Хаксли), который должен возникнуть в результате «Великой перезагрузки».

Раскрою подробнее последний тезис. Шваб даёт читателю понять: о всей той чуши, которая называется «экономическим либерализмом» и которая насаждалась десятилетиями, следует раз и навсегда забыть. Человечество приглашается в посткапитализм, где править будет элита (1% населения планеты — вместе с прислугой), а все остальные (99%) будут рабами, помещёнными в цифровой концлагерь.

Конечно, «политкорректный» профессор Шваб таких слов, как «рабы», «концлагерь» не употребляет. Но если вдумываться в смысл его предложений по «Великой перезагрузке», то так оно и есть. Например, предложения по жёсткому цифровому контролю над гражданами «дивного нового мира» означают, что они будут находиться под электронным колпаком, в цифровом концлагере.

Клаус Шваб произносит красивые слова о «равенстве» в будущем мире. Да, так оно и будет. Речь идёт о равенстве рабов, т.е. 99% человечества. Шваб говорит о таких «предрассудках» и «рудиментах» старого капитализма, как прибыль, право собственности, акционерная форма предприятий и т.п. Всё это должно быть в добровольно-принудительном порядке ликвидировано.

На место капитализма собственников придёт «экономика пользователей». На место краткосрочной спекулятивной прибыли должно прийти устойчивое и долговременное приращение стоимости, которая будет якобы создаваться для всего человечества. Но по факту ею распоряжаться будет лишь элита — тот самый «золотой процент».

С акционерной формой компаний будет покончено. Ведь у такой компании только одна цель — максимизация прибыли любой ценой в интересах акционеров. А последних ничего, кроме прибыли и дивидендов, не интересует.

Капитализм акционеров должен быть трансформирован в капитализм стейкхолдеров (stakeholders) — т.е. «капитализм всех заинтересованных сторон». А кто эти стейкхолдеры? Только крупнейшие корпорации. Большинство из них сегодня мы называем «транснациональными корпорациями» (ТНК). Но завтра такое название может оказаться некорректным, даже абсурдным.

Почему? Потому, что не будет национальных государств. Согласно Швабу, национальные государства — анахронизм, пережиток старого капитализма. Надо стремиться к размыванию национальных границ, национальных государств. И в «дивном новом мире» корпорации будут не «транснациональными», а «глобальными».

Глобальные корпорации должны постепенно брать на себя все функции государства, по сути, планируется его приватизация. Правда, в вопросе о будущем государства Шваб рассуждает очень взвешенно.

В переходный период оно элите может очень даже понадобиться. Ведь наверняка не все захотят добровольно войти в «дивный новый мир» (т.е. цифровой концлагерь). Вот и потребуется сила, в том числе полиция и даже армия, для того чтобы загонять «диссидентов» в «светлое будущее».

А уж потом, когда все окажутся в цифровом концлагере, можно будет окончательно упразднить прежние государства. Высшим управляющим институтом станет Мировое правительство, которое будет опираться на глобальные корпорации.

Итак, Шваб говорит о крупных корпорациях как несущей конструкции нового капитализма. Но где же малый и средний бизнес? А ему в этой конструкции места нет. Малые и средние компании уже зачищаются в ходе нынешнего lockdown.

А куда же деть миллионы и миллионы тех, кто был занят в этом секторе экономики? Часть из них, как считает Клаус Шваб, должны взять на работу крупные «социально ответственные» корпорации.

Но большую часть освободившихся работников занять не удастся. Тем более что Клаус Шваб очень ратует за более широкое использование роботов и всяких автоматов, замещающих живой труд, причём не только физический, но и умственный.

С этими роботами и автоматами профессор носится уже давно. Возьмите, например, его предыдущую книгу "Четвёртая промышленная революция" (2016 год), где он описывает ожидаемые изменения в экономике, порождаемые революцией в сфере цифровых технологий, нано- и биотехнологий. Кстати, уже в той книге Шваб говорил об острой необходимости приведения капитализма в соответствие с новой технологической базой.

Для того чтобы предложения Шваба по построению дивного нового мира не вызывали у народа страха и протеста, он успокаивает людей обещаниями введения социальных амортизаторов, которые помогут перенести возникающие перегрузки.

Люди не должны бояться потери работы и доходов, потому что предлагаемая Швабом модель носит название «социально ответственного капитализма». Одним из проявлений такой «ответственности» является обещание ввести так называемый «Безусловный базовый доход» (ББД).

Идея такого гарантированного, постоянного, распространяющегося на всех граждан государства и обеспечивающего прожиточный минимум дохода уже витает в головах некоторых политиков, общественных деятелей и экономистов несколько десятилетий. Были эксперименты по введению ББД в отдельных городах и регионах некоторых стран, преимущественно европейских.

Ближе всех к введению ББД была Швейцария, которая в 2016 году даже провела референдум по данному вопросу.

Проект ББД, выносимый на всенародное голосование, предусматривал выплату каждому взрослому гражданину 2500 швейцарских франков (примерно 2250 евро). Но, неожиданно для многих, большинство граждан альпийской республики отвергли идею ББД.

Вернее, они голосовали не против этого дохода, а против того, чтобы были увеличены налоги. Ведь для того, чтобы практически реализовать проект ББД, Швейцарской конфедерации надо было увеличить доходную часть бюджета, для чего требовалось примерно в два раза повысить налоги.

Во время нынешней «пандемии COVID-19» идея ББД опять вышла на первый план. Но ни одна страна такой гарантированной финансовой помощи гражданам ввести не решилась. В лучшем случае всё ограничилось раздачей так называемых «вертолётных денег».

Как, например, в США, где в апреле 2020 года взрослым американцам независимо от их социального статуса было выдано по 1200 долларов. Но это не ББД, как ошибочно сообщили некоторые журналисты, а разовая раздача денег. Предложение Клауса Шваба по поводу ББД некоторые назвали мягко «заблуждением» или «утопией»; другие квалифицировали это более жестко: «обман» и «демагогия».

В проекте Шваба есть и иные «социальные амортизаторы». Например, он осторожно, но «научно аргументированно» (т.е. в духе привычного мальтузианства и неомальтузианства) говорит о переизбытке населения на планете.

Мол, надо ввести контроль над демографическими процессами и добиваться планомерного сокращения численности населения. Очень профессор переживает за природные ресурсы и окружающую среду планеты Земля.

Предложений по их сбережению и охране более чем достаточно. Например, людям следует ограничить свои потребности и потребление. Нет, он не призывает богатых отказаться от супер-джетов или сверхдорогих яхт. Он свои советы адресует, прежде всего, остальным 99% населения.

Например, рекомендует отказаться от употребления… мяса. Оказывается, навоз как неизбежный спутник скотоводства продуцирует выбросы парниковых газов. А они, в свою очередь, разогревают атмосферу и вносят вклад в климатические изменения на планете.

Читая Клауса Шваба, я почему‑то ловил себя на мысли: обещаемое профессором «светлое будущее» уже было в прошлом. Например, восточные деспотии древнего мира, где царил так называемый «азиатский способ производства» (термин Карла Маркса).

Это был рабовладельческий строй, но рабы не принадлежали отдельным хозяевам; коллективным рабовладельцем было всё государство, вернее узкая группа элиты, сплотившаяся вокруг деспота. Что‑то прямо созвучно с идеями "Манифеста коммунистической партии" Карла Маркса и Фридриха Энгельса (1848 г.).

Или с экономической моделью «военного коммунизма», которая существовала в нашей стране в первые годы после революции (1918–1921 гг.).

Если внимательно вчитываться в книгу Шваба, то можно понять, что строй, предлагаемый им, является третьим из названных вариантов. «Инклюзивный капитализм» — это корпоративный капитализм. Были ли в истории примеры такой модели? Были. Прежде всего, это экономика Третьего рейха.

С приходом к власти в 1933 году Гитлера экономика Германии была поставлена на рельсы мобилизации и милитаризации. Процесс консолидации активов под руководством нескольких назначенных NSDAP (Национал-социалистической немецкой рабочей партией) экономических «фюреров» поощрялся Гитлером, а также руководителями экономики (Ялмар Шахт, Герман Геринг, Вальтер Функ).

Гигантские объединения имели признаки трестов, синдикатов, картелей и концернов. В рамках германских супермонополий существовало очень жёсткое планирование, цены были фиксированными, заработная плата замораживалась, финансовые результаты деятельности имели подчинённое значение.

Когда началась Вторая мировая война, немецкие корпоративные гиганты вышли за пределы Германии и стали грабить другие страны Европы. Вот таким был корпоративный капитализм Третьего рейха. Да, его можно назвать «инклюзивным капитализмом» — в том смысле, что корпоративные гиганты захватывали, поглощали, загребали всё, что относилось к их сфере влияния.

Кстати, что такое корпоративный (или инклюзивный) капитализм Третьего рейха, Клаус Шваб должен знать не понаслышке. Ведь его отец, Евгений Шваб, в годы Третьего рейха, был коммерческим директором фабрики по выпуску гидротурбин в г. Равенсбурге на юге Германии.

Корпорации Третьего рейха не ставили перед собой цель получения прибыли. Но они не служили и немецкому народу. Для них высшей целью были интересы Германии: Deutschland über alles. А если копать глубже, то за вывеской «Германия превыше всего» стояли интересы верхушки Третьего рейха. Интересы были действительно не экономические.

Верхушка жаждала мировой власти. Вот и за риторикой Клауса Шваба о корпорациях-стейкхолдерах скрываются интересы мировой элиты. Ей действительно прибыль не нужна. Они хотят стать хозяевами мира. «Дивный новый мир» — рабовладельческий строй, а в таком строе не только прибыль, но и деньги становятся анахронизмом.

Мировая элита сумела надеть на миллиарды людей в мире маски. Она поняла, что можно смело продолжать наступление. Сопротивления почти нет. И поэтому собственную маску секретности она решила отбросить.

Мы имеем дело с открытым заговором против человечества...


В.Ю. Катасонов


***

Окончание статьи следует.


Источник.
.


Tags: ВОЗ, Ватикан, Великобритания Англия, Катасонов, МВФ, ООН, Ротшильд, СМИ, США, Франция, Шваб, бизнес, глобализация, заговор, капитал, капитализм, катастрофа, климат, ковид-covid, концлагерь, корпоратократия, либерализм, маска, общество, планета, прибыль, проект, рабство, рынок, управление, фашизм, финансовый, цифровая, человек, экология, экономика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 25 comments