...Экономические реформы и имитационные стратегии Выше нами был сознательно набран целый пучок социальных парадоксов в научной сфере, которые в дальнейшем необходимо объяснить с единых позиций . Для этого рассмотрим общую схему протекания экономических реформ. Результаты реформ зависят от двух групп факторов: от начальных условий и от политики реформ. К начальным условиям следует отнести переменные четырех типов: [ 19 ] - социокультурные характеристики: степень взаимного доверия людей; уважение к закону и власти; сила и направленность мотиваций; уровень образованности и степень понимания окружающего мира; конфигурация ценностей и т.п.; - степень неравновесия в экономике (величины отклонения фактических экономических параметров от их значений в состоянии эффективного равновесия): доля частного сектора и свободных цен; уровень дифференциации доходов; уровень эксплуатации труда и т.п.; - качество институтов: эффективность принуждения к выполнению законов; уровень преступности; стабильность законодательства; результативность работы органов власти и т.п.; - наделенность ресурсами: наличие природных ресурсов; климатические характеристики; уровень благосостояния людей и т.п. Однако к имеющемуся описанию следует добавить несколько важных элементов. Дело в том, что любые масштабные реформы, как правило, затрагивают систему ценностей людей. По сути дела любая реформа - это переход от одной системы ценностей к другой. Разница в проводимых реформах заключается лишь в масштабах перепада между старой и новой системами ценностей. Однако на практике проблема перехода заключается в том, что он растянут во времени, в течение которого происходит одновременно диссипация старых и формирование новых ценностей. И этот процесс не синхронизирован во времени. Например, старые ценности могут быть уже разрушены, а новые ценности еще не построены. В таких случаях временно возникает ценностной вакуум , сопровождающийся дезориентацией населения в отношении того, к чему надо стремиться. Степень успешности прохождения ценностного вакуума во многом зависит от начальных социокультурных характеристик населения. Состояние ценностного вакуума, особенно если оно затягивается надолго, само по себе инициирует специфические реакции населения. Одной из них является активизация имитационных стратегий , когда большинство экономических субъектов в условиях полного непонимания возникшей ситуации начинает ориентироваться на успешных представителей общества и копирует их поведение в надежде на аналогичный успех. По сути дела имитационная стратегия представляет собой поведение, основанное на чужой и, как правило, непонятой самим субъектом системе ценностей. В обычное же время субъекты осуществляют оптимизационные стратегии, опирающиеся на собственную (внутреннюю) систему ценностей. В становлении имитационных стратегий огромное значение имеют исходные социокультурные параметры. Если имеет место высокий уровень культуры населения, то исходная система ценностей довольно быстро корректируется в правильном направлении, а плохо осмысленные и непродуманные имитационные стратегии редко принимают массовый характер. Если же имеет место недостаток культуры населения, то стратегии примитивного подражания становятся нормой. В свою очередь, если это подражание основано на неких ложных или сильно искаженных ценностях, то и сами имитационные стратегии в дальнейшем могут оказывать крайне негативное воздействие на динамику социально-экономической системы. Правильно проводимые реформы могут ослаблять фактор недостатка культуры населения, в то время как ошибки в ходе реформ могут этот фактор усугублять. Построив простую теоретическую схему, посмотрим теперь, как она «оживает» при наложении на феномен диссертационной ловушки. Истинные и мнимые ценности Ранее мы показали, что социальных предпосылок для формирования теневого рынка диссертационных услуг в западном мире больше, чем в России. Чем же тогда объяснить тот факт, что именно в России возобладал столь странный феномен? Исходным пунктом нашего объяснения является предположение о том, что в России к моменту экономических реформ была достаточно низкая общая культура населения, которая в частном случае проявлялась в плохом понимании науки, ее сущности и специфики. Ученые степени и звания ассоциировались с жизненным успехом и это, пожалуй, все, что знало население о научных регалиях. Когда же начались реформы, старые ценности были разрушены, а новые - не построены. Среди новых ценностей была одна, которая не подлежала обсуждению - успех. В дальнейшем в процессе реформ сложился целый класс преуспевающих в экономическом отношении субъектов, которые на определенном этапе захотели еще и общественного признания своего успеха. Само желание дополнительных атрибутов успеха базировалось на явной нехватке новых хорошо обозначенных ценностей, представителям «нового класса» хотелось чего-то еще. Низкий общекультурный уровень этих людей не позволил им самим сформировать внутренние интересы и собственные новые ценности, в связи с чем они и начали поиск новых ценностей вовне. Случайным образом в поле их зрения попали ученые степени, которые выступали в качестве некоего общепризнанного символа интеллектуальности и респектабельности их носителя. Хотя в прошлом наличие ученой степени тесно коррелировало с материальным благополучием человека, в новом обществе ученая степень фактически ничего не давала. Разумеется, следование традициям прошлого имело место, но вряд ли культурная инерция сама по себе могла бы породить устойчивый теневой институт диссертационной ловушки. Скорее всего, прагматически настроенные представители «нового класса» «клюнули» на красивые дипломы потому, что в их глазах эти дипломы представляли некую значительную ценность. И как только они осознали эту новую ценность, они перешли к имитационной стратегии, заключающейся в том, чтобы обзавестись ученой степенью, как это принято у всех умных людей. Именно так и сформировалась диссертационная ловушка как социальное явление. [ 20 ] Теперь выясним другой вопрос: насколько уникальна стратегия подражания «умным людям» путем покупки ученой степени? Как оказывается, новейшая история России знает и более вычурные примеры имитационных стратегий. Один из наиболее ярких примеров - покупка дорогих автомобилей марки «Мерседес» представительского класса людьми, многие из которых жили своими семьями в однокомнатных квартирах. Логика этих индивидуумов проста: автомобиль марки «Мерседес» - это символ успеха (новая ценность!) и, следовательно, его надо иметь, невзирая ни на что. Так или иначе, но в основе подобных имитационных стратегий лежит примитивизм личности. Также как для папуаса блестящие бусы являются желанной вещью, за которую он готов отдать свое последнее добро, так и для сегодняшних состоятельных россиян ученая степень выступает в роли ценной игрушки, иметь которую очень хочется. И также как папуас не понимает истинной ценности ни дешевых стеклянных бус, ни драгоценных изумрудных ожерелий, так и российские нувориши не понимают истинной ценности ученой степени. Фактически здесь мы наблюдаем подмену истинных ценностей ценностями мнимыми (символическими), если не ложными. Рассмотренный механизм формирования теневого рынка диссертаций можно представить и в усеченном виде, который позволит подчеркнуть роль культурного фактора в качестве значимого начального условия реформ. Так, нехватка культурного потенциала населения в дореформенный период приводит к тому, что в период реформ возникают различные неэффективные институты или как их называют институциональные ловушки, к числу которых относится и диссертационная ловушка. В дальнейшем, уже даже после завершения реформ возникший неэффективный институт сам начинает разрушать культурный потенциал населения, чем усугубляет тяжелое положение и тормозит социально-экономическое развитие страны. Подобная эрозия научных кадров ведет к падению научной культуры и оставляет страну без будущего. Таким образом, если к началу реформ уровень культуры населения не дотягивает до некоего критического значения, при котором блокируется возможность возникновения неэффективных институтов, то в дальнейшем начинается масштабное разрушение культурного потенциала страны. Или еще короче: нехватка культуры в начале реформ при неблагоприятных обстоятельствах приводит к подавлению ее остатков на последующих витках развития. В этом заключается институтообразующая роль социокультурного фактора. Ценность ученых степеней: субъективные представления Остается выяснить, чего же не понимают дельцы, покупающие ученые степени. Что же является истинной ценностью в ученой степени и чем она отличается от своего символа? Дать бесспорные ответы на поставленные вопросы невозможно, в связи с чем попытаемся представить лишь свою субъективную версию, не претендующую на истину в последней инстанции. Дело в том, что ученая степень, несмотря на то, что в настоящее время она почти ничего не дает с материальной точки зрения, по-прежнему остается и, по-видимому, всегда будет оставаться высокой ценностью. С чем это связано? Тезис первый: люди с ученой степенью - это люди, занимающиеся наукой. В глазах общественности имеет место именно такая связь явлений. Соответственно, если наука имеет ценность, то и ученая степень обладает ею, если наука не является ценностью, то и ученая степень не имеет смысла. Написанная и защищенная диссертация, которая стоит за ученой степенью, свидетельствует лишь о том, что человек уже испытал основные этапы научного творчества. Тезис второй: занятие наукой - это большая привилегия. Данный тезис следует пояснить. Дело в том, что наука представляет собой привилегированный вид деятельности в силу своей глубинной сути. Что же такое наука? На наш взгляд, наука - это поиск красивой истины . Это авторская трактовка, которая является глубоко субъективной. Здесь важны все три составляющие явления. Так, поиск содержит в себе элемент творчества, романтики и приключений, которые всегда сопровождают любую поисковую деятельность. Совершенно очевидно, что такие качества представляют собой бесспорные блага на фоне рутинных, тоскливых и однообразных видов работы, которыми занимается большинство людей. Вторая составляющая науки - истина - содержит в себе нечто высокое, универсальное и вечное. Возможность прикоснуться к таким атрибутам человеческого бытия также является несомненным благом по сравнению с низменными и преходящими потребностями людей, с которыми работают представители большинства профессий. И третья составляющая - красота - непосредственно связана с эстетическим мировосприятием человека, включение которого в профессиональную деятельность уже само по себе есть высшее благо, особенно если учесть число людей, вынужденных постоянно иметь дело с ужасами и мерзостями человеческой жизни. Соответственно, человек, занимающийся поиском универсальных проявлений бытия, которым он еще и придает максимально элегантную и изящную форму в соответствии со своими эстетическими представлениями, может быть смело отнесен к привилегированному сословию. Совмещение первого и второго тезисов приводит к пониманию того, что человек с ученой степенью - это человек, занимающийся поиском красивых истин. А это объективно должно вызывать уважение и, может быть, даже зависть. Именно этот аспект научного творчества заложен в высоком социальном статусе ученой степени и именно он выступает в качестве истинной ценности научных атрибутов. Если принять вышеизложенную версию, то что же тогда представляет собой процесс покупки ученой степени? Желание купить ученую степень в качестве некоего символа ума и успеха, базирующееся на полном непонимании сущности науки, научного творчества и процесса написания диссертации, означает, что это желание базируется не на истинных ценностях приобретаемого блага, а на мнимых. Если человек получил ученую степень и при этом даже не прикоснулся к науке, то реально никакой ценности в такой ученой степени нет. Более того, даже если человек сам написал диссертацию и получил ученую степень, но после этого ушел из науки, то ценность этой степени также является сомнительной, ибо все хорошее для него осталось позади, а это никак не может вызывать дополнительного уважения со стороны окружающих. Культивирование жизненной стратегии, основанной на мнимых ценностях, является свидетельством незрелого ума и серьезного комплекса неполноценности, возникшего из-за нереализованности творческого потенциала. Соответственно наличие в России большого числа состоятельных людей, придерживающихся при получении ученой степени подобной стратегии, свидетельствует о низком культурном багаже населения страны. Этот вывод является крайне важным, так как он противоречит традиционному взгляду на проблему: рост числа людей с учеными степенями (в том числе купленными) говорит о росте образовательного и культурного потенциала страны. В данном случае мы наблюдаем искажение смысла формальных показателей теневыми операциями. В контексте сказанного лучше высвечивается и смысл явления диссертационной ловушки. Безусловно, во всех странах представители бизнеса и коммерции жульничают и никогда не упустят возможности нарушить какие-то морально-этические и даже некоторые юридические нормы для повышения своей экономической эффективности. Однако в науке жульничать нельзя, ибо наука по определению является поиском истины. Если же в науку начинают проникать жулики, то искажается сам смысл науки. Западное сообщество создало такие механизмы, которые препятствуют проникновению в науку жуликов, Россия же наоборот создала такие механизмы, которые способствуют их перетеканию в научную сферу. Из сказанного следует еще один важный момент. Обсуждение темы подводит к следующему вопросу: как относиться к диссертационным работам, которые являются откровенно слабыми, но написаны соискателями самостоятельно? Может быть, это одна из форм диссертационной ловушки, с которой следует бороться столь же бескомпромиссно, как и с куплей-продажей диссертаций? На наш взгляд, купленные диссертации и слабые диссертации, но подготовленные самостоятельно, это не одно и то же. Каждому человеку дан свой талант, своя работоспособность и своя удача. Более удачливый человек получает больше научных результатов, более работоспособный придает им большую масштабность, более талантливый придает им более совершенную форму. Но каждый из таких людей в меру своих сил и способностей искренне и честно занимается наукой. Человек же, покупающий диссертацию, вообще не занимается наукой и входит в научную сферу с помощью примитивного жульничества. Именно поэтому рассматриваемые два явления принадлежат к разным классам. И если со слабыми диссертационными работами, написанными самостоятельно, как-то еще можно мириться, то с ангажированными работами, написанными посторонними исполнителями, мириться нельзя. Методы борьбы со злоупотреблениями Сущностью диссертационной ловушки является ее неэффективность и устойчивость. Поэтому самостоятельно она, скорее всего, не рассосется. Как же тогда можно бороться с ней? В настоящее время государство в лице различных властных структур так или иначе старается задействовать репрессивные методы борьбы с данным явлением. Однако опыт показывает, что почти все они оказываются мало результативными. Довольно сложно реализовать и контроль над защитами диссертаций на предварительной стадии. В конце концов, нельзя же превращать Высшую аттестационную комиссию в аналог Федеральной службы безопасности или в придаток Генеральной прокуратуры страны. В настоящее время ВАК является все-таки экспертным сообществом, нежели репрессивным органом. Однако экспертные качества данной организации могут быть оспорены по двум позициям. Во-первых, насколько квалифицированными и ответственными являются люди, заседающие в ВАКе? К сожалению, большинство по-настоящему сильных и талантливых исследователей страны экспертами ВАКа не являются. Как правило, в ВАК входят люди, достигшие определенного успеха по административной линии, а это сегодня имеет весьма слабую корреляцию с научными достижениями. Во-вторых, не слишком ли большие экспертные полномочия даны ВАКу? Дело в том, что при забраковывании какой-то диссертации ВАК противопоставляет себя научному руководителю, который курировал подготовку работы, оппонентам и ведущей организации, которые проводили экспертизу работы, и ученому совету, где прошла защита. Кто в этом споре имеет больше прав на верное решение? На наш взгляд, возможны два сценария улучшения ситуации: радикальный и умеренный. Первый из них уже обсуждался в литературе и по многим причинам считается нежелательным. [ 21 ] В связи с этим обсудим вариант умеренного реформирования нынешней системы, который, по нашему мнению, должен включать следующие положения. 1. Следует разрушить конвейерную систему защиты диссертаций. Аспирантуры (докторантуры) должны превратиться в форму дополнительного послевузовского обучения, но никаких планов по выпуску готовых кандидатов (докторов) наук быть не должно. Разумеется, не должно быть и никаких санкций и поощрений за невыполнение или перевыполнение таких планов. Критерий должен быть один: если диссертация отвечает существующим требованиям, то допускается к защите; если не соответствует, то не допускается. В данном случае должен действовать принцип «лучше меньше, да лучше». Количество не должно подминать под себя качество и система не должна создавать стимулов для таких перекосов. 2. Все дипломы должны стать в максимальной степени именными. Это означает, что дипломы кандидата (доктора) наук и аттестаты доцента (профессора) могут по-прежнему утверждаться ВАКом, но в них должно фигурировать несколько дополнительных позиций. Для ученых степеней эти позиции таковы: - название организации, где прошла защита; - специальность, по которой подготовлена диссертация; - название защищенной диссертации; - фамилия председателя диссертационного совета, который присудил ученую степень; - фамилия научного руководителя соискателя; - фамилия оппонентов защищенной диссертации; - название ведущей организации диссертации; - фамилия специалиста ведущей организации, давшего отзыв о защищенной диссертации. Для ученых званий следует предусмотреть следующие позиции: - название организации, которая выступила инициатором присуждения ученого звания; - фамилия председателя ученого совета, который выступил инициатором присуждения ученого звания; - название кафедры, на которой преподавал соискатель, и названия учебных дисциплин, которые он читал; - фамилии лиц, защитившихся под руководителя соискателя, и названия тем диссертаций, которые были ими защищены. Введение таких позиций приведет к повышению персональной ответственности за каждую защиту и создаст основы для формирования информационного банка о субъектах научного рынка, что в свою очередь создает информационную базу для формирования их профессиональной репутации . Сегодня все участники процесса защиты диссертации остаются безымянными. Между тем все перечисленные фамилии во всем мире служат своеобразным пропуском в мир науки. Участие же государства в виде водяных знаков на листке выдаваемого диплома совершенно недостаточно для подтверждения его качества. Предлагаемая акция по персонализации ответственности за каждую диссертацию несет в себе и еще один важный момент. Дело в том, что фамилии, указанные в дипломе, будут понятны только специалистам, работающим в соответствующей сфере. Именно специалисты и будут по достоинству оценивать носителя ученой степени. Людям же, не имеющим отношения к данной отрасли знания, фамилии в дипломе не будут ничего говорить, и следовательно, для них этот диплом не будет иметь никакой ценности. Тем самым «именные» дипломы формируют еще и целевую аудиторию для их держателей, что очень важно именно для сохранения научного (а не символического!) статуса ученых степеней. 3. Необходимо усиление пропаганды научной деятельности. Нынешнее плохое понимание населением страны содержания и смысла научной деятельности базируется на специфике сегодняшнего информационного пространства России. Большая часть простых людей недополучает сведения о науке и людях науки. Для сравнения приведем пример США, где в последние десятилетия главными героями большинства романов и кинофильмов являются университетские профессора, их работа и научные достижения. В России последнего десятилетия главными героями книг и фильмов являются бандиты и сотрудники правоохранительных органов. Такое положение дел надо пересматривать и менять. Люди должны понимать, что ученая степень - это свидетельство высококлассных достижений в рамках определенной профессии , а не абстрактный символ. В противном случае ситуация будет характеризоваться известным анекдотом, в котором профессор, узнавший цену за ремонт ботинок, восклицает: «Но это же половина моей месячной зарплаты!». И получает ответ: «Ну, чему Вы удивляетесь, профессор? Ведь Вы же не имеете профессии». При таком уровне культуры населения существование диссертационной ловушки в течение длительного времени гарантировано. 19 . Данная классификация факторов базируется, хотя и несколько отличается от нее, на классификации, которая дана в работе: Полтерович В.М. Политическая культура и трансформационный спад (комментарий к статье А.Хиллмаана «В пути к Земле обетованной»)// «Экономика и математические методы», №4, 2002. С.97. 20 . Некоторые исследователи подчеркивают, что в западном обществе степень доктора философии является редкостью не только среди чиновников, но и в среде практикующих специалистов. Данная степень является признаком принадлежности к особому миру – академическому сообществу, пользующемуся определенным уважением в широких слоях населения, но не входящему в элиту, состоящую из бизнесменов, политиков, врачей и адвокатов. См.: Железов Б. Российский Ph.D: быть или не быть?// «Платное образование», №12(38), 2005. С.16. 21 . См.: Балацкий Е. «Диссертационная ловушка»// «Свободная мысль – XXI», №2, 2005. Евгений Балацкий *** Источник . НАВЕРХ .